Учебно-тренинговый центр
«ЗОЛОТОЙ РЕБЕНОК» приглашает:
  8 (499) 347-65-78; 8-969-347-65-78
  м.Полянка или м.Октябрьская
  contact@goldenchild.ru
ГлавнаяРасписание  Медитации Оракул Книги Статьи Контакты

Медитации ОШО на каждый день

305. Посвящение

Жизнь должна быть чему-то посвящена — только тогда есть смысл. Смысл приходит из посвящения; и чем выше предмет, которому вы посвящаете жизнь, тем больше в ней будет смысла.

Есть люди, которые посвящают себя стране — родине, отчизне. Быть преданным стране — очень мелко, и к тому же глупо: эту преданность начнет эксплуатировать какой-нибудь Адольф Гитлер.

Есть люди, которые посвящают себя церкви — индуизму, христианству, исламу. Такое посвящение лучше, чем в первом случае — но все же в нем присутствует некий догмат, вероучение: нечто придуманное человеком, и это нечто лежит в основе всех человеческих раздоров. Один становится христианином, другой индуистом, они расходятся во взглядах, и возникает борьба, насилие — и ирония в том, что насилие совершается во имя любви!

Никогда не посвящайте себя ничему, что разделяет людей.

 

304. Корни

Если вы укоренены в любви, в вас есть корни. Других корней не бывает.

У вас могут быть деньги, у вас может быть дом, у вас может быть социальная защищенность, у вас может быть счет в банке; ничто из этого не даст вам укорененности. Это только заменители, бедные заменители любви. Они могут даже принести больше тревог, потому что, как только вы оказываетесь в физической безопасности — будь то посредством денег или социального статуса — у вас появляется множество страхов, так как эти вещи у вас можно отнять. Или вы начинаете беспокоиться о том, чтобы иметь больше и больше, потому что неудовлетворенность ума не знает пределов... Тогда как в основе всего лежала потребность иметь корни.

Любовь — вот почва, в которой человек нуждается, чтобы пустить корни. Точно так, как деревья укоренены в земле, человеческие существа укоренены в любви. Наши корни невидимы, и ничто видимое не поможет... Деньги вполне видимы, дом вполне видим, социальное положение вполне видимо. Но нам, деревьям с невидимыми корнями, нужно будет найти некую невидимую почву — назовите ее любовью, назовите ее божественностью, назовите ее молитвой... нечто подобное: невидимое, неосязаемое, неуловимое, таинственное. Нечто такое, что нельзя поймать и взять в руки — напротив: нужно будет позволить ему поймать и взять в руки себя.

 

303. История

История так уродлива! Человек еще не достиг уровня развития, с которого должна начинаться история. До сих пор история была похожа на сплошной кошмарный сон.

Человечеству пока нечего написать о себе, за исключением очень немногих случаев: где-то Будда, где-то Иисус — как дальние и рассеянные звезды...

Человечество живет среди насилия, войн и безумия, и хорошо бы было — в определенном смысле — забыть прошлое. Прошлое так тяжело, что знание его не приносит пользы. Напротив, оно развращает ум. Если посмотреть на прошлое, начинает казаться, что человечество не способно к росту. Начинает казаться, что надеяться ему вообще не на что.

История еще не стоит того, чтобы ее записывали или читали. И сам интерес к истории не хорош. История занимается прошлым. История занимается мертвым. История занимается тем, чего больше нет. Весь интерес должен быть к тому, что существует сейчас, в этот самый момент.

Забудьте не только историю, забудьте также собственную биографию и каждое утро начинайте так, будто день совершенно новый, будто вас никогда раньше не было. В этом вся медитация: начинать каждый миг заново, свежим, как роса, ничего не зная о прошлом. Когда вы ничего не знаете о прошлом и ничего из него не несете, вы не проецируете будущего. Вам нечего проецировать. Когда прошлое исчезает, исчезает и будущее. Одно связано с другим. Теперь остается чистое настоящее, остается чистая вечность.

 

302. Реинкарнация

Восточная концепция реинкарнации прекрасна. Суть не в том, верна она или нет. Она дает очень расслабленный подход к жизни — вот что ценнее всего.

На Западе слишком много спешки из-за христианской концепции одной жизни: со смертью вы исчезнете и никогда не сможете вернуться. Эта идея преломилась в умах людей совершенно сумасшедшим образом: каждый торопится и бежит, чтобы успеть.

Никто не беспокоится, куда бежит; люди думают только о том, чтобы бежать как можно быстрее, ни о чем больше. Никто ничем не наслаждается — как можно наслаждаться при такой спешке? Жизнь превратилась в серию столкновений на скоростной трассе.

Чтобы наслаждаться, нужно состояние глубокого расслабления. Чтобы наслаждаться жизнью, нужна вечность. Можно ли наслаждаться, если так скоро придет смерть? Человек пытается успеть как можно больше, но в самих этих попытках теряет покой, а без покоя нет наслаждения. Радоваться чему-то можно, только медленно его смакуя. Когда у вас достаточно времени, чтобы терять время даром — только тогда можно чему-то радоваться!

Восточная концепция реинкарнации прекрасна. Суть не в том, верна она или нет. Она дает очень расслабленный подход к жизни — вот что ценнее всего. Меня не волнует метафизика. Может быть, концепция реинкарнации верна, может быть, нет, на суть совсем не в этом. Для меня это несущественно. Суть в том, что эта концепция предлагает вам прекрасную опорную точку.

 

301. Родители

Всегда хорошо прийти к пониманию со своими родителями.

Гурджиев говорил: «Пока вы не научитесь ладить с родителями, вы ничего не добьетесь в жизни». Пока между вами и родителями сохраняется гнев, вам всегда будет немного не по себе. Где бы вы ни были, вы будете чувствовать себя немного виноватым. Вы никогда не сможете простить и забыть. Родители не просто случайные знакомые — из них вы появились на свет; вы их часть, ветвь их дерева. Вы все еще в них укоренены.

Когда родители умирают, что-то очень глубоко укорененное умирает в вас. Когда родители умирают, вы впервые чувствуете, что остались одни, остались без корней. И пока они живы, сделайте все возможное для взаимопонимания, чтобы вы могли общаться с ними, а они могли общаться с вами. Тогда все будет улажено, и все счета закрыты, и когда они покинут мир — а однажды они его покинут — вы не будете чувствовать вины, не будете раскаиваться. Вы будете знать, что все улажено. Они были довольны вами; вы были довольны ими.

 

300. Главный ключ

Тотальное принятие — это ключ, главный ключ, который отпирает все двери.

Нет такого замка, который нельзя было бы отпереть ключом принятия. Ключ подходит ко всем замкам: как только вы что-то принимаете, в вашем существе начинается трансформация, потому что теперь в нем больше нет внутреннего противоборства. Вы не разделены надвое. В принятии вы слились воедино, вы стали одним целым.

Помните, что вы, во всей своей сложности, одно целое, и это единое и сложное целое красиво. Желания красивы. Страсть красива — если вы ее принимаете, она становится состраданием. Если вы принимаете желания, постепенно вы увидите, что та же самая энергия становится свободной от желаний. Энергия, ранее направляемая в желания, осталась прежней. Когда вы принимаете желания, постепенно вы расслабляетесь, и течение энергии становится более естественным. Вы начинаете видеть вещи такими, как есть. Вы не увлекаетесь слишком одним или другим желанием. Вы их приняли; теперь ничто не мешает.

Все, что вы называете желанием, станет свободой от желаний. Сейчас оно как каменный уголь; его можно превратить в бриллиант, оно может стать драгоценностью. Только представьте себе человека, у которого нет желаний — он был бы бессилен! Вообще говоря, он не был бы даже живым — как можно быть живым без желаний? Таким образом, свобода от желаний не отрицательна, но бесконечно положительна: величайшая кульминация всех желаний. Когда желания познаны, поняты, пережиты и прожиты — вы вышли за их пределы. Вы стали взрослым.

 

299. Тень

Никто не может убить эго, потому что эго нет; оно как тень — нельзя убить тень.

Даже бороться с тенью глупо, вы обречены на поражение — не потому, что тень очень сильна, а потому, что тени нет! Если вы начнете бороться с тенью, как вы можете победить? Ее не существует — и точно так же не существует эго.

Эго — тень существа. Точно так, как тело отбрасывает тень, существо отбрасывает тень эго. Нельзя с ним бороться, нельзя его убить... по существу, само желание убивать исходит из эго.

Можно только понять. Если вы хотите убить тень, внесите свет, и тень исчезнет; внесите больше осознанности, и эго исчезнет.

 

298. Ритм тела

Очень важно понять ритм своего тела. Его нельзя изменить. У каждого он устанавливается в момент рождения.

Наблюдайте свой ритм. Если вам хочется ложиться спать рано, ложитесь рано и рано вставайте по утрам. И как только вы установите, какой распорядок вам подходит, лучше следовать ему регулярно. Если получается, следуйте порядку регулярно; если когда-нибудь не получится, ничего страшного, но не допускайте, чтобы отклонение входило в норму.

Сейчас в этой области проводится много исследований; кажется, изменить ритм тела невозможно. Программа заложена в тело на клеточном уровне. Например, некоторые птицы засыпают, когда садится солнце. Один раз таких птиц поместили в искусственные помещения и попытались обмануты, когда снаружи была ночь, в помещениях было светло, а когда снаружи был день, в помещениях была ночь. Птицы оставались в этих условиях много месяцев. Они стали невротичными — стали убивать себя, убивать друг друга, — но изменить ритм тела не удалось. Они спали, пока в помещении был день, и просыпались в темноте. И конечно, птицам было странно не спать ночью — им было не по себе, им становилось жутко, и это  стало сказываться на их организме.

Таким образом, просто следуйте своему ритму.

 

297. Побег из тюрьмы

Может быть, я ошибаюсь. Может быть, на самом деле я не освободился из тюрьмы, а только притворяюсь. А может быть даже, я и есть сам тюремщик! Никто не может быть уверенным. Поэтому ставку нужно делать вслепую; вопрос в доверии. Доверие всегда ставит вслепую.

Если вы решите бросить курить, оставите свое решение при себе и никому не скажете, девяносто девять шансов из ста за то, что вы будете продолжать. Предположим, кто-то другой решит бросить курить и скажет друзьям. Вероятность того, что он все же не бросит, — девяносто процентов. Есть третья возможность: что он вступит в общество некурящих, где никто не курит. Теперь шансов, что он бросит курить, девяносто девять из ста.

Гурджиев часто говорил, что если вы хотите что-то сделать, найдите себе несколько друзей и действуйте сообща. О вас можно сказать, что вы в тюрьме; вы хотите бежать, но бежать в одиночку очень трудно. Если вам удастся собрать группу заговорщиков, будет немного легче: вместе вы сможете убить тюремщика, что в одиночку очень трудно. Вместе вы сможете проделать отверстие в стене, что в одиночку очень трудно. Не исключено все же, что вы не добьетесь желаемого, потому что ваша группа останется небольшой кучкой беспомощных заключенных. Силы, управляющие тюрьмой, превосходят ваши.

Лучше всего установить связь с кем-то, кто уже снаружи, кто уже вне стен тюрьмы, кто уже свободен, кто сможет снабдить вас всем необходимым, дать вам карту, подкупить охрану... позвать тюремщика на пикник.

 

296. Техника

Действует любовь; техника служит только предлогом. Действует терапевт, не терапия.

Иногда, рядом с каким-то человеком — как, например, Фриц Перлз, основатель гештальт-терапии, — что-то начинает получаться. Действует не гештальт, действует личность этого человека: его огромная смелость, его огромное сострадание. Он пытается помочь; он пытается донести свое открытие до других.

Но наши логические умы говорят, что, должно быть, помогает гештальт-терапия; подобное заблуждение царило во все века. Помогает не христианство, помогает Христос. Не буддизм — Будда: две с половиной тысячи лет люди думают, что помогает буддизм, тогда как на самом деле помога­ет Будда. Если бы Будда сказал что-нибудь другое, помогало бы и другое. Если бы даже он сказал противоположное тому, что им было сказано, помогало бы и противоположное. Помогает жизненная сила этого человека, его сострадание, его любовь и понимание.

Но наши умы тут же хватаются за технику — за поверхностное. Теперь важным становится поверхностное, а существенное мы упускаем из виду. С существенным же все не так просто: ему нельзя научить; научить можно только несущественному. Так нельзя «научить Фрицу Перлзу» — можно научить только гештальту. А Фриц Перлз случается лишь однажды, в свое время; таким вещам научить невозможно! Но общество хочет чего-то определенного и начинает учить — хотя учить можно только несущественному.

Всякое учение оборачивается против своего основателя, потому что основатель несет существенное, учение же передает несущественное.

 

295. Бег

Длинные пробежки, если вы сможете ими заниматься, будут прекрасной медитацией. Ходьба, бег или плавание — что угодно, во что вы вовлекаетесь целиком, — очень хороши.

Остается только действие, и вас нет, потому что эго не может продолжаться: когда вы бежите, на самом деле существует только сам бег, не остается бегущего. А это и есть медитация.

Если есть только танец и нет танцора, это медитация. Если вы рисуете, и есть только рисование, нет рисующего, значит, это медитация. Любое действие, которое забирает вас целиком и в котором нет разделения между делающим и делаемым, становится медитацией.

 

294. Критический голос

...Этот критический голос — не ваш собственный. Когда-то в детстве отец вам сказал: «Не делай то-то и то-то», — мать сказала: «Не делай то-то и то-то». Все, что вы хотели делать, всегда оказывалось плохо, а от вас хотели «хорошего» — того, что вы делать не хотели.

Вы попали в заколдованный круг: вы знаете, что делать «правильно», но не хотите этого делать, а если все-таки делаете, то только из чувства долга, и тогда нет никакой радости, и вы чувствуете, что разрушаете себя, что теряете жизнь попусту. Если же вы делаете то, что на самом деле хотите, то чувствуете себя виноватым, чувствуете, что поступаете плохо. Стало быть, нужно просто избавиться от родителей, вот и все — и это очень просто, потому что теперь вы выросли и родителей рядом нет; их голоса звучат только у вас в уме.

Я не говорю, что вы должны пойти и убить родителей — я хочу сказать, что нужно убить этот пережиток прошлого. Вы больше не ребенок — признайте этот факт. Возьмите ответственность в свои руки; ваша жизнь принадлежит вам. Делайте, что хотите, и никогда не делайте того, чего не хоти­те. Если вам придется за это страдать, страдайте. За все нужно платить свою цену; в жизни ничто не дается даром.

Если вы чем-то наслаждаетесь, а весь мир это осуждает — ну и пусть, прекрасно! Примите последствия; дело того стоит. Если вам что-то не нравится, а весь мир считает это чудесным, все равно для вас это бессмысленно, потому что вы никогда не сможете наслаждаться жизнью. Ваша жизнь принадлежит вам, и — как знать?...завтра, может быть, вы умрете — наслаждайтесь жизнью, пока вы живы! Ваша жизнь никого не касается: ни родителей, ни общества — во­обще никого. Ваша жизнь принадлежит только вам.

 

293. Непознаваемое

Ум есть познаное; медитация есть проникновение в непознанное; божественность есть непознаваемое... – как линия горизонта, очерчивающая границу непознанного. Чем ближе вы подступаете, тем она становится дальше. Она всегда как радуга: ее нельзя поймать руками.

Можно пытаться достичь непознаваемое – и нужно приложить все усилия к тому, чтобы его достичь, - но оно всегда будет оставаться недостижимым.

Бог непознаваем – и благодаря тому, что существует непознаваемое, жизнь безмерно красива. Благодаря тому, что существует невозможное, жизнь прекращается в нескончаемое приключение и наполняет живущего трепетом первооткрывателя. Когда что угодно становится познанным и возможным, теряется всякий смысл. Поэтому на Западе жизнь обессмысливается более, чем на Востоке. Из-за того, что наука делает вас все более знающим – из-за пыли, которой осыпает вас наука, - способность удивляться становится меньше и меньше. Вы почти потеряли чувствительность к непознаваемому. Единственная ваша могила, единственная ваша смерть – думать, что все познано. Всегда оставайтесь открыты непознанному и непознаваемому.

 

292. Способность удивляться

Все, что красиво и истинно, всегда приходит неожиданно, поэтому сохраняйте способность удивляться неожиданному — это одно из величайших благословений жизни.

Как только вы теряете способность удивляться, вы мертвы. Если что-то может вас удивить, значит, вы еще живы. И чем больше вы удивляетесь, тем более живы. Именно поэтому дети такие живые — они удивляются любой мелочи. Они удивляются самым невероятным вещам: ничем не замечательному дереву, или птице, или собаке, или кошке, или камешку на морском берегу. И удивляются больше, чем удивились бы вы, если бы нашли самый красивый в мире бриллиант — Кохинор. Вы даже тогда не удивитесь! Но для детей, благодаря способности удивляться, каждый камешек становится бриллиантом. Если вы не удивляетесь, даже бриллиант становится обычным камешком.

В жизни содержится столько же смысла, сколько в вас — способности удивляться, и насколько в вас глубоко чувство чудесного. Поэтому всегда оставайтесь открыты. Напоминайте себе как можно чаще, что жизнь безбрежна. Она продолжается без конца; ее процесс нескончаем — бесконечное путешествие, в котором каждый миг нов, в котором каждый миг первозданен. Когда я говорю: каждый миг первозданен, — я хочу сказать, что каждый миг вновь отбрасывает вас к первозданному источнику, каждый миг снова делает вас ребенком.

 

291. Маски

Делайте что угодно, но будьте сознательны. Если вы носите маску, носите ее и знайте, что вы ее носите — носите ее сознательно, не механически.

Если, когда у вас плохое настроение, к вам кто-то придет, и вы останетесь в плохом настроении, испортится настроение и у него. А он этого не заслужил, он ничего вам не сделал — зачем напрасно портить ему настроение? Улыбнитесь, поддержите разговор, даже пересиливая себя, — но все время помните, что это только маска. Когда друг уйдет, вам снова станет грустно. Вы только исполнили социальную формальность. Если вы прибегаете к ней сознательно, в ней нет ничего плохого.

Если вы страдаете от какой-то раны, необязательно ходить и всем ее показывать; ваша рана никого не касается. Зачем из-за нее создавать в умах окружающих страдание? Зачем быть эксгибиционистом? Рана есть рана. Уделите ей внимание, позаботьтесь о ней, попытайтесь ее исцелить. Покажите ее врачу, но необязательно показывать ее каждому встречному на дороге. Только будьте с ней сознательны сами.

Человеку часто приходится надевать маски — они служат смазочным материалом. Представьте: кто-то подходит и спрашивает, как у вас дела, и вы начинаете рассказывать обо всех своих несчастьях. Вас об этом не спрашивали; с вами просто поздоровались, а теперь целый час приходится вас слушать... Кто угодно выйдет из терпения! В следующий раз с вами даже здороваться не будут, от вас будут прятаться!

В жизни много необходимых формальностей, потому что вы не одни на свете; и если не соблюдать формальных предписаний, принятых в обществе, вы только создадите себе страдание, ничего больше.

 

290. Единство

Деление на внешнее и внутреннее ложно, как и всякое деление на категории. Деление небесполезно — вряд ли можно было бы говорить без слов. Но рано или поздно приходит понимание, что есть только одно — одно, в котором нет внешнего и внутреннею. Одно едино, и вы едины с ним.

В этом единстве состоит смысл сутры Упанишад: Таттва-маси Светакету — «Другое суть Ты». Под «Другим» подразумевается внешнее, под «Ты» подразумевается внутреннее; они взаимосвязаны. «Другое» превращается в «Ты», «Ты» превращается в «Другое», и вдруг — никакого разде­ления нет.

Разделения действительно нет — смерть есть жизнь, жизнь есть смерть. Все деления на категории существуют только из-за неспособности ума видеть единство противоречивого. Из-за самой своей логики ум не может видеть, как что-то одно может быть одновременно собой и себе противоположным. Ум мыслит в терминах взаимоисключения, он говорит: или одно, или другое. А жизнь есть одно и другое вместе, существование есть одно и другое вместе — и до такой степени, что неправильно даже говорить о существовании как об «одном и другом», как о двух вещах: оно безмерно едино.

 

289. Особые моменты

Когда вы счастливы, когда вы любите, когда вы в радости и равновесии — это особые моменты, когда дверь совсем рядом. Стоит только постучать.

Почти всегда бывает, что, когда люди несчастны, встревоже­ны, напряжены и нервны, они пытаются медитировать — но тогда войти в медитацию трудно. Когда вам больно или грустно, когда вы расстроены или рассержены, вы думаете о медитации, но теперь войти в нее будет трудно — почти как плыть против течения.

Когда вы счастливы, когда вы любите, когда вы в радости и равновесии — это особые моменты, когда дверь совсем рядом. Стоит только постучать. Однажды утром — без всякой видимой причины — вдруг вы чувствуете, что вам хорошо. Наверное, что-то случилось глубоко в бессознательном. Наверное, что-то возникло между вами и космосом: некая гармония — может быть, ночью, в глубоком сне. Утром вам хорошо; не тратьте это время даром. Всего несколько минут медитации сейчас будут стоить больше, чем несколько дней, когда вы несчастны.

Или, может быть, однажды вечером вы лежите в постели и вдруг чувствуете себя хорошо и спокойно... уютная атмосфера, теплая постель... побудьте в этом хотя бы несколько ми­нут, не упускайте этот момент. Есть некая гармония — воспользуйтесь ею, дайте ей себя нести, и на ее волне вы продвинетесь дальше, чем смогли бы своими силами. Научитесь пользоваться этими счастливыми моментами.

 

288. Проводник

Каждая река впадает в океан — без всякого проводника, без всякой карты. Мы тоже могли бы достичь океана, но по пути мы отвлекаемся и теряемся.

Проводника, мастера не нужно, чтобы привести вас к океану, — это может случиться само — мастер нужен, чтобы помочь сохранить бдительность и не заблудиться по дороге, потому что вам встретится тысяча и один соблазн.

Река движется и движется; она течет мимо красивого дерева; она радуется дереву и движется дальше; она не привязывается к дереву, иначе всякое движение прекратится. На пути ей встречается красивая гора, но она течет дальше, признательная, бесконечно благодарная горе за радость, которую принесла эта встреча, за возникшую в ней песню, за танец. Река благодарна, безусловно благодарна, но совершенно не привязана. Она продолжает двигаться; ее течение не останавливается.

Беда человеческого сознания в том, что вам встречается красивое дерево, и вы хотите сделать его своим домом; вы больше не хотите никуда двигаться. Вам встречаются красивые мужчина или женщина, и вы становитесь привязаны. Мастер нужен для того, чтобы снова и снова напоминать: не будьте привязаны. Я не говорю, что ничему не нужно радоваться. Напротив — если вы привязаны, то не сможете радоваться; радоваться можно, только оставаясь непривязанным, ничем не скованным.

 

287. Позволение

Когда человек узнает позволение, жизнь впервые начинает случаться сама. Мы напрасно боремся, чтобы чего-то достичь; по существу, преградой становятся сами наши попытки.

Жизнь случается сама — ее нельзя достичь. Чем более человек к ней стремится, тем меньше ее получает. Не нужно идти к ней; она приходит сама. Все, что нужно, это состояние полной восприимчивости, открытости. Нужно пригласить жизнь в гости. За жизнью не нужно гоняться. Погоня приносит страдание; чем больше вы гонитесь, тем дальше она отступает.

А жизнь содержит все. Она содержит Бога, она содержит блаженство, она содержит благословение, она содержит красоту, добро, истину — или придумайте какое угодно название; она содержит все, и нет ничего, кроме жизни. Жизнью называется совокупность всего сущего.

Нужно научиться быть в терпеливом расслаблении, и тогда вершится чудо из чудес: однажды, когда вы в глубоком расслаблении, вдруг что-то меняется. Пелена спадает, и вы видите вещи такими, как есть. Глаза, слишком затуманенные желаниями, ожиданиями, стремлениями... — застилаемые пылью желания, — не могут видеть истины. Всякие поиски тщетны. Всякие поиски, вольно или невольно, порождаются умом. Быть в неищущем состоянии — великий момент трансформации.

Все медитационные техники только готовят этот момент. Это не настоящие медитации, только подготовка, чтобы однажды вы могли просто сидеть, ничего не делая, ниче­го не желая.

 

 

286. Избыточное общение

На девяносто девять процентов человеческая деятельность совершенно бесполезна и, более того, даже вредна. Когда ищете общения, встречаетесь с людьми, обмениваетесь фразами, поддерживаете разговор — почти все это вздор. И хорошо, что все это отпадает; когда человек становится немного бдительнее, это отпадает!

Можете себе представить, что у вас высокая температура — сорок градусов— и вы кричите и мечетесь в постели. Потом жар спадает, температура становится нормальной, тридцать шесть и шесть , — и вдруг вам кажется, что жизнь кончилась, потому что вы больше не мечетесь, не кричите, что кровать летает по небу и вас обступают призраки. Вы больше не бредите. Конечно, теперь жизнь может показаться немного тусклой: раньше вокруг вас было столько народу, вы летали по небу и разговаривали с богами, а теперь все кончилось, и вы всего лишь здоровы!

То же самое происходит, когда отпадает потребность в непрерывном общении: бред проходит — вы выздоравливаете. Вместо того чтобы целыми днями проводить время в бесполезных толках и пересудах, вы приобретаете в общении телеграфическую лаконичность. Может быть, вы говорите мало — становитесь немногословны, но эти немногие слова будут осмысленны. Теперь сохранятся только настоящие отношения, стоящие.

Человеку не нужно, чтобы вокруг него была толпа. Достаточно немногих глубоких, близких отношений; они приносят настоящую удовлетворенность. По существу, люди завязывают множество отношений как раз потому, что лишены в отношениях близости и глубины — нужен заменитель. Но для подлинной близости не может быть никакого заменителя. Даже если у вас будет тысяча друзей, они не заменят одного настоящего друга. Но люди пытаются: они думают, что количество может стать заменителем качества, — чего не бывает, что невозможно.

 

Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19


8 (499)347-65-78
8‒969­­­˗­­­347˗65˗78



г. Москва, м.Октябрьская или м.Полянка
1-й Бабьегородский переулок д.5
contact@goldenchild.ru

тренинг исцеление внутреннего ребенка

Карта сайта
  Рейтинг@Mail.ru   Rambler's Top100