Послания ОШО на каждый день

В этом разделе собраны отрывки из бесед Мастера ОШО с учениками — самая суть его учения, представляющая собой синтез многих духовных и философских традиций и современной науки и психологии. Жемчужины мудрости и глубокие прозрения о жизни, помогающие понять самих себя и мир вокруг нас, порой неожиданный и дерзкий взгляд на привычные вещи, позволяющий увидеть новые грани событий и открыть другие горизонты. Сам Ошо о своей работе сказал, что он помогает создать условия для рождения человека нового типа. Это человек, который способен наслаждаться как земными радостями, так и тихой безмятежностью. Человек который объединит в себе вечную мудрость Воcтока, и высший потенциал западной науки и технологии.

В этом разделе вы найдете идеи и озарения, подсказки и наставления, которые помогут каждый день жизни проживать во всей его полноте здесь и сейчас. Все тексты собранные здесь, призваны прежде всего, помочь освободить от стресса тело и разум, чтобы затем легко было перейти в свободное от мысли расслабленное состояние медитации.

И которые вы можете использовать как послание на день, то на что следует обратить внимание в текущем дне

Для удобства, каждое высказывание помечено цифрой. Их ровно 365, возможно вам повезет и вы соберете каждое, а может карты укажут вам на повторяющиеся моменты на которые стоит обратить особое внимание.

нажмите на фотографию, чтобы получить послание

Обновить

x
  1. Внутренний свет

Когда вы наполняетесь светом, в тот же миг светом наполняется все существование. Если вы темны, все существование темно. Все зависит от вас.

В мире распространено множество заблуждений — тысяча и одно заблуждение — о медитации.

Медитация очень проста — это не более чем сознательность… Не повторение мантры, не перебирание четок — это гипнотические методы. Они могут принести определенного рода покой… и в таком покое нет ничего плохого; чтобы расслабиться, гипнотические методы приемлемы и могут быть полезны. Но если человек хочет знать истину, их недостаточно.

Медитация просто означает превращение бессознательности в сознание. Обычно только десятая часть нашего ума доступна сознанию, девять десятых бессознательны. Освещена только небольшая часть ума, тонкий слой; в остальной части ума — в остальной части дома — темно. Задача в том, чтобы  вырастить этот небольшой свет, чтобы во всем доме стало светло и не осталось ни одного темного угла, ни одного темного закутка.

Когда весь дом полон света, жизнь становится чудом; в ней появляется качество волшебства; она больше не  обыкновенна — обыкновенное становится необыкновенным. Обыденное превращается в священное, мелочи жизни приобретают такую безмерную осмысленность, какой нельзя было даже предполагать. Обычные камни кажутся красивыми, как бриллианты; все существование становится сияющим. Когда вы наполняетесь светом, в тот же миг светом наполняется все существование. Если вы темны, все существование темно. Все зависит от вас.

x

2. Любители и эксперты

Все великие открытия были совершены любителями

Всегда бывает так, что начиная новую работу, вы к ней подходите очень творчески, глубоко вкладываете себя, в ней теряется  все ваше существо; но постепенно, по мере того как территория становится все более знакомой, изобретательность и творчество исчезают и вы начинаете повторяться. Навык вызывает повторение.

Все великие открытия были совершены любителями — потому что с приобретением навыка слишком многое ставится на карту: если случится  непредвиденное, что будет со старым навыком? Человек учился много лет и теперь стал экспертом…Эксперты никогда ничего не открывают; никогда не выходят за рамки своей компетенции. С одной стороны, они все более оттачивают навык, с другой — теряют блеск и остроту и работа становится малоинтересной. В ней не остается ничего нового, ничего такого, что могло бы взволновать и обрадовать, — они уже знают наперед, знают, что будут делать дальше, — и нет ничего неожиданного.

Итак, вот в чем урок: выработать определенный навык хорошо, но не хорошо застывать в нем навсегда. Как только возникает чувство застоя, перемените подход. Придумайте, добавьте что-нибудь новое, удалите что-нибудь старое. Освободитесь от накатанной колеи — а значит, и от навыка — и снова будьте любителем. Чтобы снова стать любителем, понадобятся храбрость и мужество, но это единственный путь к тому чтобы жизнь стала красивой.

x

3. Выбирайте природу

Когда между обществом и природой возникает противоречие, всегда выбирайте природу — чего бы это ни стоило. Вы никогда не проиграете.

До сих пор считалось, что индивидуальность существует  ради общества, что индивидуальность должна следовать тому,  что диктует общество — индивидуальность должна вписываться в общество. Определением нормального человеческого существа стали слова: «тот кто вписывается в общество».  Даже если общество ненормально, вы должны в него вписываться — тогда вы нормальны.

Но проблема индивидуальности в том, что  природа требует одно, а общество диктует противоположное. Если бы общество требовало тоже что и природа, никакого противоречия не было бы — мы оставались бы в Эдемском саду. Проблема возникает потому, что общество преследует собственные интересы, которые  необязательно созвучны интересам индивидуальности. Общество ограждает все то, на что сделало ставку, и ради этого жертвует индивидуальностью. В этом мире все перевернуто вверх дном. Должно быть наоборот — не индивидуальность существует ради общества, но общество ради индивидуальности. Потому что общество — только административная структура; в нем нет души. У индивидуальности есть душа, центр сознания.

x

4. Эхо в горах

Этот мир — как эхо в горах: если мы бросаем в него гнев, возвращается гнев;  если мы отдаем любовь, возвращается любовь.

Любовь не должна быть требовательной,  иначе она потеряет крылья,  она не сможет летать.  Она пустит корни и будет прикована к земле;  она  превратится в похоть и принесет много несчастий и страданий.  Любовь не должна ставить условий. Влюбленный не должен ждать от любви ничего,  кроме самой любви, — без всякой награды,  без всякого результата. Если в любви есть какое то побуждение,  кроме самой любви,  она не сможет стать небом.  Снова она будет ограничена: побуждение станет ее определением, ее границей. Ничем не побуждаемая,  кроме себя  самой,  любовь безгранична — сущий восторг, изобилие, аромат сердца.

И если никакого стремления к результату нет, это необязательно значит что результата не будет;  он будет,  и тысячекратный — потому что все,  что мы даем миру,  снова возвращается к нам.  Мир — как эхо в горах: если мы бросаем в него гнев, возвращается гнев; если мы отдаем любовь,  возвращается любовь. Но это естественное явление,  о нем не нужно думать. Можно ему довериться — все случится само собой. Это закон кармы: что посеешь, то и пожнешь — к вам вернется все, что вы отдадите.   Не  нужно об этом думать, все происходит автоматически.  Ненавидьте,  и вы будете ненавидимы.  Любите и будьте любимы.

x

5. Мудрость задним числом

«Другой» никогда не ответствен. Просто наблюдайте: если вы мудры в правильный момент, вы действительно  мудры. Но люди становятся мудрыми, только когда момент упущен.  Мудрость задним числом ничего не стоит.

Теперь, когда все уже сделано — вы поссорились и сказали друг другу много лишнего, — теперь вы становитесь мудрыми и видите,  что поссорились напрасно,  но уже слишком поздно. Такая мудрость бесполезна — вред уже причинен.  Это ложная мудрость.  Она дает ощущение, что вы «будто бы» понимаете.  Это уловка эго.  Такая мудрость не поможет.  Осознанность должна возникать в действии,  в то же мгновение,  одновременно с происходящим,  и вы должны видеть бессмысленность того,  что делаете.

Если бы вы видели эту бессмысленность в действии,  то не стали бы делать ничего подобного. Нельзя идти против собственной осознанности,  а если все-таки вы против нее  идете, значит, это не осознанность. Вы приняли за осознанность что-то другое.

Помните «другой» никогда не ответствен. Что-то кипит у вас внутри,  в этом все дело. И,  конечно,  близкий человек ближе всех остальных,  и он становится местом,  куда изливается и сбрасывается весь ваш мусор, — вы его не выбрасываете на первого встречного на улице.  Но этого следует избегать,  потому что любовь очень хрупка.  Если вы зайдете слишком далеко, переступите черту,  любовь может исчезнуть.

«Другой» никогда не ответствен — попытайтесь сделать это в себе постоянным состоянием осознанности,  чтобы вы могли вспомнить вовремя. Как только вы начинаете находить в ком-то что-то неправильное,  поймайте себя с поличным,  немедленно остановитесь.  И попросите прощения.

x

6. Благодарность

Будьте как можно более благодарны существованию — и в малом,  не только в большом… будьте благодарны за само дыхание. Существование ничем нам не обязано,  и все, что нам дано,  дано в дар.

Растите более и более в благодарности; пусть она станет для вас образом жизни. Будьте благодарны всем.  Если человек понимает благодарность,  он благодарен не только случившимся хорошим событиям, но даже и тем, которые не случились, хотя могли случиться.  Благодарность за помощь это только начало; следом приходит благодарность за то, что вам не причинили вреда, — хотя могли бы; тем самым к вам проявили доброту.

Когда вы понимаете чувство благодарности и глубоко его впитываете,  вы становитесь благодарны за все. И чем более вы благодарны,  тем меньше жалуетесь,  тем менее недовольны.  С жалобами исчезает и несчастье.  Несчастье существует только при наличии жалоб: оно опирается на жалобы и жалующийся ум.  В благодарности несчастье невозможно. Этот секрет стоит узнать — он один из самых важных.

x

7. Смех

Зачем дожидаться причин для смеха? Чтобы смеяться, достаточно самой по себе жизни. Она так абсурдна, так нелепа. Она так красива, так чудесна! Такая пестрая смесь… великая космическая шутка

Смеяться легче всего на свете, если только позволить себе смех; но людям стало трудно смеяться. Они смеются очень редко, и даже когда смеются,  они не подлинны. Они смеются так, будто делают кому то одолжение, будто исполняют некий долг. Но ведь смеяться приятно! Вы никому не делаете одолжения!

Не нужно смеяться ради того, чтобы обрадовать кого-то другого, потому что, если вы сами не рады, никто другой не обрадуется.  Смейтесь для себя и не дожидайтесь причин.

Для смеха уже все готово — в совершенстве, в избытке! — но обычно мы его себе не позволяем. Мы так скупы… скупы в смехе, скупы в любви, скупы в жизни. Как только вам становится ясно, что скупость можно отбросить, для вас открывается другое измерение. Смех — вот настоящая религия,  остальное только метафизика.

 

x

8. Несуждение

Когда вы судите, возникает раздробленность.

Может быть,  вы увлеченно разговаривали с другом и вдруг вам захотелось замолчать.  Вдруг вам захотелось перестать говорить — прямо на середине фразы.  Остановитесь,  не заканчивайте даже фразу, — иначе вы пойдете против природы.

Но теперь начинается суждение.  Вас смущает,  что могут подумать другие,  если вы умолкнете посреди фразы.  Если вот так,  ни с того ни с сего,  вы перестанете говорить,  вас могут не понять и вы кое как пытаетесь закончить фразу.  Вы притворяетесь,  что вам интересно,  выжидая,  когда можно будет наконец улизнуть.  Это обходится очень дорогой ценой,  и совершенно напрасно.  Просто скажите,  что у вас сейчас нет настроения разговаривать.  Извинитесь и замолчите.

Первые несколько дней будет немного хлопотно,  но постепенно окружающие начнут понимать.  Не судите себя за то,  что замолчали; не говорите себе,  что поступили плохо.  Все хорошо!  В глубоком принятии все становится благословением.  Так получилось — все ваше существо захотело замолчать.  Следуйте ему.  Станьте тенью собственной тотальности,  и,  куда бы она ни вела,  просто следуйте.  Никакой цели нет.  Вы начнете чувствовать — в себе и вокруг — необычайное расслабление.

 

x

9. Истинные воры

Нам нечего бояться, потому что нам  нечего терять. То, что у вас можно украсть, ничего не стоит. Нужны ли страхи, сомнения, подозрительность?

Вот истинные воры: подозрительность, сомнения, страхи. Они разрушают саму возможность празднования. Пока вы ходите по этой земле, празднуйте землю; пока длится это мгновение, наслаждайтесь им сполна. Из-за страха мы многого лишаемся; из-за страха мы не можем любить, а если даже любим, то только в полсердца, колеблясь и сомневаясь. Мы никогда не преступаем границ: подойдя к определенной черте, мы пугаемся — и замираем на месте. Из-за страха мы не способны к глубокой дружбе. Из-за страха мы не способны к глубокой молитве.

Будьте сознательны, но не осмотрительны. Различие очень тонко: сознательность не коренится в страхе, осмотрительность укоренена в страхе. Осмотрительность служит тому, чтобы никогда не ошибаться, никогда не заходить слишком далеко. Сам этот страх не позволит вам исследовать и открывать новые стили жизни, новые пути движения энергии, новые направления, новые территории. Вы всегда будете двигаться по одной и той же проторенной колее, туда и обратно —  как товарный состав по рельсам!

 

x

10. Критический ум

Я не говорю, что критический подход всегда вреден. Если вы работаете над научным проектом, он не вреден; без него такая работа невозможна.

Критический ум абсолютно необходим,  если вы работаете над научным проектом.  Но он становится абсолютной помехой,  когда вы пытаетесь достичь внутреннего мира,  своей субъективности.  В объективном мире он вполне уместен,  без него не было бы науки;  но рядом с ним нет места религиозности.  Это нужно понять: когда человек работает с объективным,  он должен быть способен использовать критический ум; когда человек работает с субъективным,  он должен быть способен отложить его в сторону.  Ум должен оставаться средством.  Он не должен становиться idee fixe; вы должны быть свободны использовать его или не использовать.

Нет никакой возможности войти во внутренний мир с критическим умом; сомнение в нем становится точно такой же преградой,  какой доверие было бы в науке. Человек доверия не пойдет далеко в науке. Поэтому в те времена,  когда в мире царствовала религия,  мир оставался ненаучным. Противоборство между церковью и наукой возникло не случайно,  оно очень значимо.  На самом деле противоборствовали не церковь и наука,  противоборствовали два измерения существа: объективное и субъективное.  Они устроены по-разному.

 

x

11. Оргазм

Иногда бывают моменты,  редкие моменты,  когда эго исчезает,  потому что вы так тотально опьянены.  Иногда это случается в любви,  иногда это случается в оргазме.

В глубоком оргазме личная история исчезает; прошлое отступает и рассеивается,  пока не исчезает полностью.  В оргазме у вас нет никакой истории,  прошлого,  ума,  биографии.  Вы всецело здесь и сейчас.  Вы не знаете,  кто вы; у вас нет личности. В этот момент эго не действует,  отсюда радость и освежающее,  обновляющее качество оргазма.  Именно поэтому оргазм оставляет вас в таком молчании,  в такой тишине,  в таком расслаблении,  в такой осуществленности.  Но снова входит эго,  входит прошлое и покушается на настоящее.  Снова начинается история,  и прекращаетесь вы.  Эго — ваша история,  не ваша реальность.  И ваш враг; эго — ваш враг.

Каждый человек много раз в жизни приближается к этой черте,  потому что жизнь движется по кругу.  Снова и снова мы возвращаемся к одной и той же точке,  но из страха бежим от нее.  Иначе ложность эго была бы очевидна.  Фактически, позволить эго умереть должно быть проще простого,  а поддерживать в нем жизнь — труднее всего на свете,  но мы поддерживаем в нем жизнь и думаем,  что так проще.

 

x

12. Цепная реакция

Все случается одновременно.

Когда в вас меньше чувства вины,  вы тут же становитесь счастливее.  Когда вы становитесь счастливее,  становится меньше борьбы и больше гармонии — сразу же.  Когда вы более целостны,  более гармоничны,  вдруг вас окружает определенное качество блаженства.  Все это происходит как цепная реакция; одно ведет к другому,  другое к третьему,  и процесс продолжается.

Очень важно,  чтобы чувства вины стало меньше.  Все человечество было принуждено чувствовать себя виноватым — многовековая обусловленность,  приказы и запреты… принуждение: людям говорили,  что если они делают нечто осуждаемое обществом или церковью,  то становятся грешниками.  Если они делают нечто ценимое обществом и церковью,  то становятся святыми.  Так каждый был принужден делать,  что хочет общество,  и не делать,  чего общество не хочет; никто не заботился о том,  что подходит самому человеку.  Никто не заботился об индивидуальности.

Двигайтесь в новый свет,  в новое сознание,  туда, где вы сможете освободиться от чувства вины. Тогда станет возможным многое другое.

x

13. Гибкость

Вы настолько же молоды,  нисколько гибки.  Посмотрите на маленького ребенка: какой он мягкий,  нежный и гибкий.  С возрастом все становится жестким,  косным, негнущимся.  Но можно до самой смерти сохранять абсолютную юность, если сохранять гибкость.

В счастье вы расширяетесь.  В страхе вы сжимаетесь,  прячетесь в свою скорлупу,  потому что снаружи становится опасно.  Вы сжимаетесь во всем — в любви,  в отношениях,  в медитации — во всем.  Вы превращаетесь в черепаху и прячетесь в панцирь.

Если постоянно оставаться в страхе,  как многие люди,  постепенно энергия теряет эластичность.  Вы становитесь застойным водоемом,  вы больше не течете; вы больше не река.  Тогда с каждым днем вы более и более мертвеете.

Но у страха есть естественная функция.  Когда дом горит,  вы должны спастись.  Не пытайтесь быть бесстрашным в горящем доме,  это просто глупо!  Человек должен быть способным сжиматься,  потому что бывают моменты,  когда нужно перестать течь.  Нужно быть способным двигаться наружу и внутрь, н аружу и внутрь… Это и есть гибкость: расширение,  сжатие,  расширение,  сжатие.  Как дыхание.  Испуганные люди боятся дышать глубоко,  потому что даже такое небольшое расширение вызывает страх.  Грудь сжимается — у таких людей впалая грудь.

Ищите способы позволять энергии двигаться.  Иногда может быть полезен даже гнев.  По меньшей мере,  он дает энергии двигаться.  Если выбирать между страхом и гневом,  выберите гнев.  Но не доходите до крайности.  Расширение хорошо,  но не впадайте в наркотическую зависимость.  Самое главное,  что нужно помнить, — это гибкость:  способность переходить из одного состояния в другое.

 

x

14. Грация

Грация приносит красоту.  Грация просто означает ауру окружающую тотальное расслабление.

Если вы живете спонтанно,  каждый момент решает,  каким ему быть.  Один момент не определяет другой; ум просто остается открытым.  Следующий момент будет решать за себя;  нет никаких планов,  схем, ожиданий.

Сегодняшнего дня достаточно;  не планируйте на завтра — или даже на следующий момент.  Сегодня кончится,  и завтра придет свежим и невинным,  свободным от прошлых влияний,  раскроется само собой,  без всякого вмешательства прошлого.  Это и есть грация.  Посмотрите, как утром распускается цветок.  Просто смотрите… это и есть грация… без всякого усилия — цветок в согласии с природой.  Или посмотрите,  как просыпается кошка:  без всякого усилия — она полна грации.  Вся природа полна грации,  но мы потеряли эту способность из-за своей внутренней раздробленности.

Итак,  просто живите,  и пусть каждый момент решает за себя — не пытайтесь управлять.  Вот что я называю позволением — с него начинается все.  Попробуйте, рискните!

 

x

15. Особенный страх

Когда вы не знаете,  чего именно боитесь,  это хороший страх.  Он значит только,  что вы стоите на грани неизвестного.

Когда у страха есть объект,  такой страх вполне зауряден.  Человек боится смерти — совершенно обычный,  инстинктивный страх;  в нем нет ничего особенного.  Страх старости или болезни,  страх физической беспомощности — очень распространенные страхи, обычные, как трава. Необычно,  когда вы не можете найти объект страха,  когда у страха нет никакой причины.  Такой страх поистине невыносим!  Если находится причина,  ум удовлетворен.  Если находится ответ, ум может ухватиться за какое-то объяснение.  Все объяснения помогают только отмахнуться и успокоиться,  ничего больше,  но,  получив рациональное объяснение,  вы довольны.

Лучше видеть вещи такими,  какие они есть,  и не спрашивать,  почему все так,  а не иначе.  Вокруг вас — вокруг всякого ищущего — витает нечто неведомое.  Через этот страх должен пройти каждый ищущий.  Я здесь не для того,  чтобы давать вам объяснения,  но чтобы втолкнуть вас в самую глубь.  Я не психоаналитик — я экзистенциалист.  Моя задача в том,  чтобы дать вам способность переживать как можно больше опыта — любви,  страха,  гнева,  жадности,  насилия,  сострадания, медитации,  красоты — и так далее.  Чем больше вы переживаете опыта,  тем становитесь богаче.

x

16. Раздвоенное тело

Первобытное общество принимает тела целиком,  таким как есть:  ничто в нем не осуждается,  ничто не выше и не ниже.

Йога принимает тело,  но идет недостаточно далеко.  Она предписывает контроль,  а контроль в любой форме есть своего рода подавление.  Вы подавляете и забываете о подавленном;  оно перемещается в область желудка и скапливается у диафрагмы.  Желудок — единственная область тела,  куда можно выбрасывать подавленное;  никакого другого места нет.

В тот день,  когда контроль взорвется,  вы почувствуете столько свободы,  столько жизни;  вы почувствуете,  что родились заново,  потому что раздвоенное тело соединится в одно целое.  У диафрагмы тело разделяется на нижнюю и верхнюю половины.  Старые религиозные учения осуждали нижнюю половину,  а верхней приписывали некое превосходство,  верховенство,  возвышенность.  Это неверно.  Тело едино,  и эта раздвоенность опасна;  она вас раздваивает.  Постепенно вы начинаете отрицать многие части жизни,  а все исключенное из жизни однажды возьмет свое… может быть,  в форме болезни.

Современные медицинские исследования показывают,  что рак — не что иное,  как слишком большой внутренний стресс.  Рак существует только в подавленных обществах.  Чем более общество цивилизованно и культурно,  тем больше вероятность рака. В первобытном обществе рак не встречается,  потому что первобытное общество принимает тело целиком,  таким как есть: ничто в нем не осуждается,  ничто не выше и не ниже.

x

17. Невежество

Когда я употребляю слово невежество,  я не придаю ему никакого осуждающего смысла — не имею ввиду недостаток знания.  Я имею ввиду нечто очень важное,  очень осязаемое,  очень позитивное… нам свойственное.  Бесконечная таинственность — в природе существования,  и именно поэтому оно так красиво.

Всякое знание избыточно.  Знание как таковое избыточно.  Всякое знание только создает иллюзию,  что мы знаем.  Но мы не знаем.  Можно прожить с кем-то всю жизнь и думать,  что этот человек известен — но он остается неизвестным.  Можно родить ребенка и думать,  что ребенок известен, — но он неизвестен.

Все что нам кажется зиянием очень иллюзорно  Кто-то спрашивает: «Что такое вода?» — и вы говорите:  «Н 2 0».  Вы просто играете в игру:  не известно ни что такое вода,  ни что такое «Н» или «О».  Вы просто клеите ярлыки.  Кто-то спрашивает,  что такое это «Н»,  что такое водород,  и вы переходите к молекулам,  к атомам,  к электронам — но снова только даете названия. Тайна не кончается — тайна только отодвигается дальше,  но в конце всего остается прежнее безграничное невежество.  Раньше мы не знали,  что такое вода;  теперь мы не знаем,  что такое электрон;  мы не пришли ни к какому знанию.  Мы играем в игру,  даем вещам названия и классифицируем,  но жизнь остается тайной.  Невежество так глубоко и так бесконечно,  что не может быть разрушено.  И когда вы это понимаете,  вы можете найти в нем покой.  Такая красота,  такое расслабление…  потому что идти некуда.  Познавать нечего,  потому что ничто не может быть познано.  Невежество вечно.  Оно безмерно и безгранично.

x

18. По ту сторону гнева

Переместитесь от гнева к творчеству,  и вы сразу  же увидите,  что в вас многое изменится.  Завтра те же самые вещи не будут поводом для гнева.

Из ста людей,  страдающих от гнева,  пятьдесят страдают от избытка творческой энергии,  которую им не удается использовать. Их проблема не в гневе,  но они всю жизнь думают,  что страдают от гнева.  Если найден правильный диагноз, пол дела сделано.

Вложите энергию в творчество. Перестаньте считать проблемой гнев;  не обращайте на него внимания.  Вкладывайте больше энергии в творчество. Вложите себя во что-то такое,  что вы любите.  Вместо того,  чтобы делать из гнева проблему,  сделайте объектом медитации творчество.  Переместитесь от гнева к творчеству,  и вы сразу же увидите,  что в вас многое изменится.  Завтра те же самые поводы не будут поводами для гнева — стоит ли обращать внимание на такие мелочи? — потому что теперь энергия движется,  радуется,  наслаждается танцем.

x

19. Спонтанность

Что бы вы не делали,  будьте в этом как возможно тотальны.  Если вы идете и вам нравится идти,  прекрасно! Если вдруг вы осознаете,  что не хотите больше двигаться,  тут же сядьте;  не делайте ни шагу против воли!

Что бы ни происходило,  примите это и наслаждайтесь;  ни к чему себя не принуждайте.  Если вам хочется говорить,  говорите.  Если вам хочется молчать,  молчите — но следуйте внутреннему ощущению.  И ни к чему себя не принуждайте — ни на мгновение — потому что,  когда вы себя принуждаете,  вы тут же оказываетесь разделены надвое.  И это создает трудности;  тогда вся жизнь становится раздробленной.

Человечество пришло в шизофреническое состояние,  потому что нас учили себя принуждать.  Одна часть вас хочет смеяться,  другая не позволяет вам смеяться;  они разделяются,  и вы раздваиваетесь.  Вы создаете в себе победителя и побежденного,  возникает конфликт.  Трещина,  созданная этим конфликтом,  становится шире и шире.  Задача в том,  чтобы склеить эту трещину и больше ее не создавать.  Есть прекрасное дзэнское изречение:  Когда сидишь, просто сиди.  Когда идешь, просто иди.  Но главное — без колебаний.

x

20. Замкнутость

Почему мы замыкаемся и сдерживаемся?  Из страха,  что,  если мы отдадим все,  ничего не сдерживая,  нам будет больше нечего дать.  И мы даем,  но только отчасти,  оставляя наживку на удочке.  Мы хотим оставаться загадочными.

Когда вы не позволяете другому войти в свое существо и узнать его тотально,  это происходит от страха,  что, может быть,  если другой узнает вас целиком,  он — или она — потеряет интерес.  И какие-то уголки своего существа вы держите закрытыми,  чтобы другой оставался в вечном недоумении:  «Что это за уголки? Что еще ты в себе прячешь?..»  И другой продолжает исследовать,  пытаться,  убеждать,  соблазнять… И точно так же себя прячет другой.

За этим стоит некое инстинктивное понимание,  что,  как только тайное станет явным,  все будет кончено.  Мы любим тайну,  мы любим неизвестное.  Когда все известно,  нанесено на карту и измерено — конец!  «Как, больше ничего нет?»  Беспокойный ум начинает думать о других женщинах,  других мужчинах.  Это происходит с миллионами мужей и жен;  они заглянули друг в друга целиком — и всему пришел конец!  У другого больше нет души,  потому что в нем больше нет тайны, — а душа существует,  пока остается тайна.  Вот стоящая за этим логика.

Но если вы по-настоящему независимы… если вы целиком сдались богу любви — только тогда вы можете целиком раскрыться.  В самом этом раскрытии вы сливаетесь в одно целое.  Когда двое людей раскрываются,  их больше не двое.  Когда стена рушится,  две комнаты становятся одной.  И именно это приносит осуществление;  именно этого ищут все влюбленные,  жаждут все влюбленные, — к этому устремлены все их мечты и помыслы.  Но по непониманию они могут заблудиться в своих поисках.

x

21. Будьте как ребенок

Мы отдельны только на поверхности; глубоко внутри мы не отдельны. Отделена только видимая часть; невидимая по-прежнему едина и нераздельна.

В Упанишадах говорится; «Те, кто думают, что знают, не знают», — потому что сама идея, что вы знаете, не позволяет вам знать. Сама идея, что вы невежественны, делает вас уязвимым, открытым. Ваши глаза, как у ребенка, полны удивления. Тогда трудно решить, действительно ли ваши ваши мысли, или они вошли извне, — потому-что теряются всякие якоря. Но не стоит об этом беспокоиться, потому что в своем основании ум един; он принадлежит вселенной. Назовите его Богом, если угодно… — или, словами Юнга, «коллективным бессознательным».

Мы отдельны только на поверхности; глубоко внутри мы не отдельны. Отдельна только видимая часть; невидимая по-прежнему едина и неделима. И если вы расслабляетесь, приходите в молчание и становитесь более и более невинны, скромны, похожи на ребенка — поначалу будет трудно понять, действительно ли ваши ваши мысли, или же исходят неизвестно откуда, или же кто-то другой посылает сигналы, а вы только их принимаете! Они действительно приходят из ниоткуда. Они приходят из самого сердца вашего существа; и это же сердце — сердце каждого.

Таким образом, всякая поистине оригинальная мысль не несет ничьей подписи. Она просто является — из коллективного, из вселенского, из единого Ума — Ума с большой буквы. И когда индивидуальный ум, эгоистический ум расслабляется, вас наводняет ум вселенной

x

22. Хрупкость любви

Не думайте, что любовь вечна. Она очень хрупка – хрупка, как роза. Утром роза цветет, к вечеру ее больше нет. Ее может погубить любой пустяк.

Чем явление выше, тем оно более хрупко; высокое нуждается в защите. Камень останется целым, но роза погибнет, — если камень и роза столкнутся, камню это не повредит, но роза погибнет.

Любовь очень хрупка, очень деликатна. С ней нужно обращаться очень осторожно и бережно. Вы можете причинить непоправимый вред, и один из вас закроется, начнет защищаться. Если вы будете слишком много ссориться, одному из вас захочется бежать от другого; он будет становиться более и более холодным, более и более закрытым, чтобы защитить себя от нового нападения. Тогда, в ответ на холодность, другой будет нападать еще больше. Так круг замыкается, и влюбленные постепенно расходятся; между ними растет отчуждение, и каждый считает виновным другого, каждый считает, что его предали.

Насколько я вижу, ни один влюбленный не предавал другого. Только невежество убивает любовь. Оба хотят быть вместе, но в чем-то оба невежественны, и это их суммарное невежество играет с ними злую шутку.

x

23. Существенное

Медитация означает быть с самим собой, любовь — быть с кем-то другим. Медитация дает вам сокровище: любовь помогает им поделиться. Вот две основы всего. остальное несущественно.

Есть старый анекдот о трех путешественниках, приехавших в Рим. Они пришли к папе, и первым делом он спросил: «Надолго ли вы приехали?» Первый ответил: «На три месяца». Папа сказал: «Значит, вам удастся основательно осмотреть Рим». Второй на тот же вопрос ответил, что приехал на шесть месяцев. Папа сказал: «Значит, вы сможете увидеть гораздо больше первого». Третий сказал, что приехал всего на две недели, и папа ответил: «Вам посчастливилось: вы увидите в Риме все!»

Путешественники были озадачены — потому что не знали механизма ума. Только подумайте: если бы ваша жизнь длилась тысячу лет, вы бы многое упустили, потому что продолжали бы откладывать на потом. Но поскольку жизнь так коротка, человек не может позволить себе откладывать. И все же люди откладывают — даже в ущерб себе.

Представьте, если бы кто-нибудь вам сказал, что вам осталось жить всего один день, — что бы вы сделали? Продолжали бы думать о ненужных вещах? Нет, вы бы о них забыли. Вас интересовала бы только любовь, только молитва, только медитация, потому что осталось всего двадцать четыре часа Настоящее, существенное вы не стали бы откладывать.

x

24. Авторитеты

Никогда ни у кого не спрашивайте,  что правильно,  а что неправильно.  Жизнь — эксперимент,  в ходе которого это следует выяснить.

Чтобы выяснить,  что для него хорошо,  каждый человек должен быть сознательным и бдительным,  наблюдать свою жизнь и с ней экспериментировать.  Хорошо все,  что приносит покой,  все,  что приносит блаженство,  все,  что приносит безмятежность,  все,  что подводит нас ближе к существованию и его бесконечной гармонии.  А все,  что вызывает в вас борьбу,  страдание,  боль, — плохо.  Никто другой не может решать за вас,  потому что у каждого — свой индивидуальный мир,  своя чувствительность.  Все мы уникальны.  Никакие универсальные формулы не помогут.  Весь мир служит тому доказательством.

Никогда ни у кого не спрашивайте,  что правильно,  а что неправильно. Жизнь — эксперимент,  в ходе которого следует выяснить,  что правильно,  что неправильно.  Иногда,  может быть,  вы поступите неправильно,  но это даст соответствующий опыт,  от которого вы тут же получите пользу.  И награды этой жизни — не за ее пределами,  не в раю и не в аду;  они — здесь и сейчас

Каждое действие ведет к немедленному результату.  Просто будьте бдительны и наблюдайте.  Зрелый человек — тот,  кто наблюдал себя и нашел,  что для него правильно и неправильно;  что хорошо и что плохо.  И благодаря тому,  что он нашел это сам,  у него есть огромный авторитет: даже если весь мир будет говорить что-то другое,  для него ничего не изменится.  У него есть собственный опыт, на который он может опираться,  и этого достаточно.

x

25. Счастье

Для счастья или несчастья не бывает внешних причин;  извне приходят только предлоги.  Мало-помалу мы начинаем признавать,  что счастье и несчастье приходят откуда-то изнутри нас — где действует нечто постоянно меняющееся,  не имеющее ничего общего с внешними обстоятельствами.

Ваше самочувствие приходит откуда-то изнутри вас;  колесо непрерывно вращается.  Просто наблюдайте — это очень красиво,  потому что это осознание принесет некое достижение.  Вы увидите,  что свободны от внешних предлогов:  снаружи ничего не случилось,  но все же за несколько минут ваше настроение изменилось,  из счастливого стало несчастным — или наоборот.

Это значит,  что счастье и несчастье — ваши собственные настроения,  не зависящие ни от чего внешнего.  Это одно из самых важных пониманий,  потому что с ним возможно многое.  Нужно понять еще одно:  настроения приходят из неосознанности.  Просто наблюдайте и станьте осознанны.  Если приходит счастье,  просто наблюдайте его и не отождествляйтесь с ним.  Когда приходит несчастье,  снова — просто наблюдайте.  Они похожи на утро и вечер.  Утром вы наблюдаете и радуетесь восходящему солнцу.  Когда солнце садится и сгущается темнота,  снова вы наблюдаете — и радуетесь.

x

26. Играя роль

Играйте,  но играйте осознанно.  Играйте в свои игры,  какими бы они ни были;  не подавляйте.  Играйте в них как возможно более совершенно,  но в полной бдительности.  Играйте с удовольствием,  и тогда будут получать удовольствие и другие.

Когда человек играет роль,  за этим стоит какая-то причина.  Роль имеет для него какой-то смысл.  Если сыграть в игру безупречно, что-то в бессознательном рассеется,  испарится и вы освободитесь от тяжести.

Например,  если вам хочется играть,  как в детстве,  значит,  в детстве что-то осталось незавершенным.  В детстве вы не могли быть таким,  как хотели;  кто-то вам помешал.  Вас заставили казаться более серьезным,  взрослым и зрелым,  чем вы были на самом деле.  Что-то осталось незавершенным.  Эта незавершенность требует завершения и продолжает вас преследовать. Завершите.  Ничего страшного.  Тогда,  в прошлом,  вы не могли быть ребенком — но теперь можете. Однажды сыграйте в эту игру с полной отдачей,  и вы увидите,  что эта незавершенность исчезнет и никогда больше не вернется.

x

27. Ярлыки

Не говорите «счастье» и «несчастье»,  потому что эти слова содержат суждение.  Наблюдайте без суждения — просто говорите себе:  «Вот настроение „А».  Вот настроение „Б»».

Настроение «А» прошло,  наступило «Б»;  вы же остаетесь просто наблюдателем.  Вдруг вы осознаете,  что,  хотя вы называете «А» счастьем,  оно не так уж счастливо,  и хотя вы называете «Б» несчастьем,  оно не так уж несчастно.  Просто называя эти настроения «А» и «Б», вы создаете дистанцию.

Когда вы произносите слово счастье,  в нем многое подразумевается:  вы говорите,  что хотите за него цепляться и не отпускать,  не хотите, чтобы оно кончилось.  Когда вы говорите несчастье,  вы не просто произносите слово;  многое подразумевается:  вы говорите,  что его не хотите,  что его не должно быть.  Все эти вещи подразумеваются бессознательно.

На семь дней придумайте себе новые термины для обозначения настроений.  Будьте наблюдателем — будто сидите на вершине холма и смотрите в долину,  наблюдая облака,  рассветы и закаты,  дни и ночи.  Будьте наблюдателем на холме,  вдалеке от всего.

x

28. Новолуние любви

Пусть у вас в любви наступит новолуние.  Будьте рядом,  любите друг друга,  заботьтесь друг о друге и не жалейте о прошедшем жаре — потому что этот жар был безумным,  горячечным состоянием,  и хорошо,  что он прошел.  Считайте, что вам повезло.

Если любовь становится глубже,  мужья и жены превращаются в братьев и сестер.  Если любовь становится глубже,  солнечная энергия превращается в лунную:  жара спала,  наступила прохлада.  И когда любовь становится глубже, возможно непонимание,  потому что мы привыкли к лихорадке,  страсти,  волнению,  а теперь все это кажется глупым.  Но это и в самом деле глупо!  Теперь,  когда вы занимаетесь любовью,  это кажется глупым;  если вы не занимаетесь любовью,  то чувствуете, будто чего-то не хватает,  — из-за старой привычки.

Когда муж и жена начинают чувствовать что-то подобное,  они пугаются — не стали ли они принимать друг друга как должное?  Не стали ли они друг другу братом и сестрой,  вместо того чтобы оставаться избранниками и радостью для эго?  Возникают все эти страхи.  Иногда приходит такое чувство,  будто чего-то не хватает, — своего родя пустота.  Но не смотрите на нее глазами прошлого.  Смотрите глазами будущего.  Многое случится в этой пустоте,  многое случится в этой близости — вы оба исчезнете. Ваша любовь станет абсолютно несексуальной,  весь жар исчезнет,  и тогда вы сможете узнать совершенно иное качество любви.

x

29. Доверие

Всегда помните:  любой ценой нужно избегать потери доверия.  Даже если доверие позволяет другим вас обманывать,    это все же лучше,  чем не доверять.

Очень легко доверять,  когда кто-то вас любит и никто не обманывает. Но даже если весь мир полон обмана и каждый пытается вас обмануть, — а обмануть вас можно только когда вы доверяете, — даже тогда продолжайте доверять.  Никогда не теряйте доверия к доверию,  чего бы то ни стоило,  и вы никогда не проиграете,  потому что само по себе доверие ценнее всего в жизни.  Оно не должно служить средством к чему-то другому,  потому что по самой своей природе может быть только целью.

Если вы способны доверять,  вы остаетесь открыты.  Люди закрываются ради защиты,  чтобы никто не мог их обмануть,  чтобы никто не мог ими пользоваться.  Пусть вами пользуются как угодно!  Если вы настаиваете и продолжаете доверять,  случается самое красивое цветение,  потому что тогда в вас нет никаких страхов.  Страшно,  что люди могут вас обмануть, — но когда вы это принимаете,  все страхи проходят и нет препятствий к тому,  чтобы быть открытым.  Страхи опаснее любого вреда,  который способны причинить вам другие.  Страхи могут отравить вам всю жизнь.  Оставайтесь открыты,  просто доверяйте — невинно,  безусловно.

Вы расцветете — и поможете расцвести другим,  когда они осознают,  что обманывают не вас,  а только себя.  Нельзя бесконечно обманывать человека,  который не перестает доверять.  Само его доверие снова и снова отбрасывает окружающих к самим себе.

x

30. Пустота

Величайший в жизни день — когда вы не можете найти в себе больше ничего,  чтобы выбросить;  все уже выброшено,  и остается только чистая пустота.  В этой пустоте вы находите себя.

Медитация значит:  просто опустошите ум от всего содержимого — воспоминаний,  воображения,  мыслей,  желаний,  ожиданий,  проекций,  настроений.  Продолжайте опустошать себя от всего содержимого.  И придет величайший в жизни день,  когда вы не сможете найти в себе больше ничего,  чтобы выбросить;  все уже выброшено,  и осталась только чистая пустота.  В этой пустоте вы найдете себя,  в этой пустоте — чистое сознание

Эта пустота пуста только с точки зрения ума;  на самом деле это изобилие,  переполнение существа — опустошенного от ума,  но полного сознания.  Не бойтесь слова пустота,  оно не отрицательно.  Оно отрицает только ненужный багаж,  который вы носите по старой привычке;  он не помогает,  только мешает;  он дает только тяжесть,  огромную тяжесть.  Когда эта тяжесть сброшена,  вы свободны от всех границ;  вы становитесь бесконечны,  как небо.  Это опыт Бога — или природы Будды,  назовите его как угодно… Назовите его дхаммой,  назовите дао,  назовите истиной,  назовите нирваной — все эти слова значат одно и то же…

x

31. Экспериментальным путем

Всегда оставайтесь открытыми и продолжайте экспериментировать,  всегда будьте готовы ступить на путь,  которым никогда не ходили раньше.  Кто знает?  Даже если он никуда не приведет,  он даст опыт.

Эдисон почти три года работал над определенным экспериментом:  семьсот раз он его проводил и не добивался успеха.  Коллеги и ученики потеряли всякую надежду,  а он каждое утро приходил в лабораторию счастливым и сияющим от радости, готовым начать заново.  Семьсот попыток и три года,  потраченных впустую,  — это было чересчур!  Все были уверены,  что из этого эксперимента ничего не получится.  Сама идея казалась бесполезной,  его упорство казалось капризом.

Они собрались и сказали Эдисону:

— Мы совершили семьсот безуспешных попыток и ни чего не добились.  Пора остановиться.

Эдисон рассмеялся.  Он сказал:

— Что значит,  безуспешных!  Мы успешно нашли семьсот бесполезных методов.  Мы с каждым днем приближаемся к истине! Если бы мы не постучали в эти семьсот дверей,  то ничего бы не могли знать.  Но теперь мы твердо знаем,  что эти семьсот дверей никуда не ведут.  Это большое достижение!

Вот основа научного подхода:  если вы можете точно установить,  что нечто ложно,  вы приближаетесь к истине.  Истина не продается на рынке,  и нельзя прийти прямо в нужный магазин и ее заказать.  Она не выпускается в готовом виде.  К ней приходят экспериментальным путем.  Всегда оставайтесь экспериментаторами.  И не будьте слишком самодовольны.  Никогда не считайте свою работу совершенством.  Ваша работа никогда не совершенна: всегда можно ее улучшить,  всегда можно ее усовершенствовать.

 

x

32. Проблемы

Если вы будете вести себя так,  будто у вас нет никаких проблем,  вы обнаружите,  что никаких проблем нет.  Все проблемы надуманы;  вы в них верите,  и именно поэтому они существуют.

Вы себя гипнотизируете: продолжаете повторять,  что вы такой-то и такой-то,  что вы неадекватны,  ни к чему не способны… Вы повторяете,  и это становится мантрой,  впитывается вам в сердце,  воплощается в действительность.

Просто попытайтесь вести себя так,  будто у вас нет никаких проблем,  и вы увидите,  что приобретаете совершенно новое качество: у вас нет никаких проблем!  И тогда от вас зависит,  приняться снова за проблемы или оставить их навсегда.  Проблему так легко отбросить,  если вы понимаете,  что это вы держитесь за проблему,  а не проблема за вас.  Но мы не можем жить без проблем,  поэтому продолжаем их создавать.  Без проблем человеку так одиноко — и делать становится нечего.  Когда проблема есть,  вы очень довольны — вам есть что делать,  есть о чем думать;  проблема вас занимает.

Эти постоянные мысли — о том,  что вы неадекватны и ни к чему не способны,  что вы такой и сякой — в своей основе очень эгоистичны.  Вы хотите адекватности — но почему?  Вы хотите гениальных способностей — но почему?  Почему не удовольствоваться всеми существующими неадекватностями и ограничениями?  Когда вы их принимаете,  вы видите,  что становится легче струиться и течь.

x

33. Оставайтесь в неведении

Не принимайте никакой позиции в отношении страха;  вообще говоря,  не называйте его даже «страхом».  Называя его страхом,  вы уже принимаете позицию.

Одна из самых фундаментальных основ:  прекратите давать вещам названия.  Просто наблюдайте чувство — таким как есть. Позвольте его и не наклеивайте на него никаких ярлыков — оставайтесь в неведении.  Неведение — очень медитативное состояние.  Упорствуйте в неведении и не позволяйте уму собой помыкать.  Не позволяйте уму прибегать к словам и лингвистике,  клеить ярлыки и классифицировать,  потому что это запускает целый процесс.  Одно ассоциируется с другим,  другое с третьим,  и так до бесконечности…

Просто смотрите — не говорите: «страх».  Будьте в страхе,  дрожите — это красиво!  Забейтесь в угол,  спрячьтесь под одеяло.  Ведите себя,  как испуганное животное.  Если вы позволите страху себя захватить,  у вас волосы станут дыбом!  Тогда впервые вы узнаете,  какое это красивое явление — страх.  Среди этого смятения,  в вихре этого циклона вы впервые узнаете,  что все же где-то внутри у вас есть точка,  которая остается абсолютно незатронутой.

x

34. Жизнь проста

Жизнь очень проста.  Даже деревья живут — очевидно,  жизнь проста.  Почему она так сложна для нас? – потому что мы строим о ней теории.

Чтобы быть в самой гуще жизни,  в интенсивности и страсти жизни,  нужно отбросить все жизненные философии.  Иначе вы будете вечно блуждать в тумане собственных слов.

Знаете известную историю о многоножке?  Одним прекрасным утром,  когда, наверное,  многоножка была счастлива и ее сердце пело… На берегу пруда сидела лягушка — должно быть,  у нее были философские склонности.  Она спросила:

— Обожди-ка!  Ты просто творишь чудеса!  Сто ног!  Как ты с ними управляешься?  Какая нога ступает первой,  какая второй, третьей — и так далее — до самой сотни?  Неужели ты никогда не сбиваешься?  Как тебе это удается?  Кажется,  это невозможно.

— Я никогда об этом не задумывалась, — ответила многоножка. — Дай мне подумать.

И тут же она споткнулась и упала.  Она запуталась — сто ног!  Как с ними справиться?

Философия парализует.  Жизнь не нуждается в философии,  жизнь самодостаточна.  Ей не нужно никаких костылей;  ей не нужно никаких подпорок,  никакой дополнительной поддержки.  Она самодостаточна.

x

35. Центрированность

Не создавайте противоречия между центрированностью и потерей центрированности.  Продолжайте течь.  Боясь потерять центрированность,  вы скорее ее потеряете – потому что все,  что вы пытаетесь подавить,  становится важным.

Все,  что вы пытаетесь подавить,  всегда становится очень привлекательным.  Поэтому не судите себя за потерю центрированности.  Пожалуй,  даже помогайте себе ее терять.  Если это происходит,  позвольте ему случиться — ничего страшного.  Наверное,  в этом что-то есть — вот почему это происходит.  Иногда хорошо даже заблудиться.

Человек,  который действительно хочет оставаться центрированным,  не должен беспокоиться о центрированности.  Если вы будете о ней беспокоиться,  само это беспокойство не даст вам быть центрированным — ум должен быть спокойным.  И иногда заблудиться тоже хорошо,  в этом нет ничего страшного.

Перестаньте бороться с существованием.  Прекратите всякий конфликт,  оставьте всякую идею о завоевании — сдайтесь.  А если человек сдался,  что он может сделать?  Если ум сбивается с пути,  сбиваетесь и вы;  если он не сбивается с пути,  тоже хорошо.  Иногда вы центрированы,  иногда нет.  Но глубоко внутри вы всегда будете сохранять центрированность,  потому что никакое беспокойство вас не отвлекает.  Иначе что угодно может отвлечь.  Тогда заблуждение будет грехом,  запретным действием — и проблема возникнет снова.

Никогда не создавайте в себе раздвоенности.  Если вы решите всегда быть правдивым,  в неправде появится привлекательность.  Если вы решите быть ненасильственным,  насилие превратится в грех.  Если вы решите быть безбрачным,  грехом станет секс.  Если вы попытаетесь быть центрированным,  заблудиться будет,  все равно что совершить грех — именно так все религии выродились в полную глупость.  Примите и заблуждайтесь — в этом нет ничего страшного.

x

36. Защищенность

В жизни не бывает защищенности.  Жизнь опасна,  она не опирается на твердую почву – она беспочвенна.

Вы создаете проблему самим тем,  что просите защищенности.  Чем более вы просите защищенности,  тем больше ваша незащищенность,  потому что опасность — в самой природе жизни.  Если вы не просите защищенности,  то никогда не будете о ней беспокоиться.  Как зелена трава,  жизнь опасна.  Если вы начинаете требовать,  чтобы трава стала белой,  возникает проблема.  Проблема создана вами,  не травой — она зеленая,  а вы просите ее стать белой!  Она этого не может.

Жизнь опасна,  любовь опасна.  И хорошо,  что они опасны.  Жизнь может быть безопасной,  только если вы мертвы; тогда все определенно.  Камень опирается на определенную почву.  Цветок ни на что не опирается; цветок незащищен.  От небольшого порыва ветра цветок может распасться; лепестки осыплются и исчезнут.  Просто чудо,  что цветок вообще существует.  Жизнь чудесна — она не вызвана никакими причинами.  Просто чудо,  что вы есть, — хотя есть все причины к тому,  чтобы вас не было.  Зрелость приходит только в этом принятии: когда вы принимаете,  и не только принимаете,  но начинаете даже этому радоваться!

x

37. Потребности и желания

Желаний много,  потребностей мало.  Потребности можно удовлетворить,  но желания не удовлетворяются никогда. Желание – это потребность,  которая сошла с ума;  ее невозможно удовлетворить.  Чем больше вы пытаетесь, тем больше и больше она просит.

В одной суфийской истории говорится,  когда Александр умер и оказался в раю,  он принес на себе всю свою ношу — все свое королевство,  золото,  бриллианты — не в реальности,  конечно,  но символически.  Он был слишком обременен самим фактом,  что он Александр.

Привратник рассмеялся и спросил:

— Почему ты несешь такую тяжесть?

— Какую тяжесть? — спросил Александр.

И привратник дал ему весы и положил на одну чашу весов глаз.  Он велел Александру положить всю свою ношу,  все свое величие,  сокровища,  королевство на другую.  Но глаз оставался тяжелее,  чем все королевство Александра.

Привратник сказал: — Это человеческий глаз.  Он символизирует человеческое желание.  Его нельзя удовлетворить,  как бы ты не пытался,  как бы ни было велико твое королевство.

Тогда привратник бросил в глаз немного пыли.  Глаз тут же моргнул и потерял весь вес.

Немного пыли понимания нужно бросить в глаз желания.  Желание исчезает,  и остаются только потребности,  с которыми не так трудно справиться.  Потребностей очень немного,  и они красивы.  Желания уродливы,  и от них люди становятся чудовищами,  сходят с ума.  Когда вы умеете выбирать мир,  становится достаточно небольшой комнаты;  становится достаточно небольшого количества еды;  становится достаточно небольшого количества одежды;  становится достаточно одного возлюбленного — одной возлюбленной.

 

x

38. Без условий

Если вы знаете,  что такое любовь,  вы готовы просто отдавать;  потому что вы знаете,  что чем больше любви отдаете,  тем больше ее у вас становится.  Чем больше любви вы изливаете на других,  тем больше ее рождается в вашем существе.

Любовь никогда слишком не беспокоится о том,  достоин ли возлюбленный ее принять.  Это образ мышления скупости,  а любовь никогда не скупится.  Облако не заботится,  достоина ли земля его дождя.  Оно изливается на горы,  оно изливается на скалы;  оно изливается на все и вся.  Оно отдает без условий,  без скрытых замыслов и мотивов.

И так же действует любовь:  она просто отдает,  наслаждаясь самой возможностью отдавать, — пусть ее примет каждый,  кто хочет.  Необязательно быть ее достойным;  не нужно принадлежать ни к какой особенной категории,  не нужно обладать никакими особенными свойствами.  Если подобные вещи требуются,  вы даете не любовь;  наверное,  вы даете что-то другое.  Если вы знаете,  что такое любовь,  вы готовы просто отдавать;  потому что вы знаете,  что чем больше любви отдаете,  тем больше ее у вас становится.  Чем больше любви вы изливаете на других,  тем больше ее рождается в вашем существе.

В обычной экономике другие правила: отдавая что-то,  вы это теряете.  Если вы хотите удержать,  старайтесь не отдать.  Копите,  будьте скупы.  В любви верно обратное:  если вы хотите,  чтобы у вас было много любви,  не будьте скупы;  иначе любовь потеряет жизнь,  потеряет свежесть.  Продолжайте отдавать — и откроются новые источники;  в вашем существе потекут новые ручьи.  Когда вы отдаете без условий,  когда вы отдаете целиком и без остатка,  в вас вливается все существование.

 

x

39. Электричество ума

Ум постоянно меняется:  отрицательный подход становится положительным,  положительный – отрицательным. Эти два полюса для ума составляют такую же основу,  как положительный и отрицательный полюса электрического тока.  С одним только полюсом не может существовать электрический ток – и не может существовать ум.

Глубоко в основе человеческого ума лежит принцип электричества;  именно поэтому его работу может делать компьютер,  и иногда даже лучше,  чем сам ум.  Ум — просто биокомпьютер.  В нем есть эти два полюса,  и между ними он течет.

Но проблема в том,  что иногда вы переживаете сказочные моменты,  иногда — очень темные.  Темнота темных моментов всегда пропорциональна сказочности сказочных.  Если вы достигаете высшей точки в положительном,  то коснетесь и нижней точки в отрицательном.  Чем выше поднимается положительное,  тем ниже становится отрицательное.  Чем выше вы взлетаете,  ем глубже пропасть,  в которую вам придется упасть.

Нужно это понять:  если вы пытаетесь не касаться нижних ступеней,  высшие точки тоже исчезнут,  и жизнь станет плоской равниной.  Именно так живут многие люди:  боясь глубины,  они лишаются вершин.  В жизни нужно рисковать.  За вершину придется платить,  и ценой,  которую вы платите,  будут моменты темноты,  моменты глубокого дна.  Но дело того стоит.  Единственное мгновение,  сказочное мгновение на вершине,  стоит целой жизни на темном дне.  Если хотя бы на миг вы можете дотянуться до небес,  вы будете готовы целую вечность прожить в аду.  Светлое и темное всегда пропорциональны — уравновешены,  равноценны.

x

40. За работой

Нужно помнить,  что людей,  нисколько не заботит ваша задача;  у них есть своя внутренняя жизнь,  чтобы над ней работать.

У ваших коллег бывают свои негативные настроения,  собственные проблемы и тревоги,  как у любого другого — начиная с вас.  Но когда вы сталкиваетесь с людьми в рабочей ситуации,  не нужно вносить в общение подобных вещей,  потому что,  если они начнут вносить все свою негативность,  а вы — свою,  этому не будет конца.

Если вы чувствуете негатив,  сделайте что-нибудь,  например напишите что-нибудь очень плохое и сожгите.  Пойдите в зал для терапии и побейте,  разбросайте подушки.  Вы должны найти для себя решение;  это ваша забота.

А иногда хорошо спросить людей,  с которыми вы работаете,   не чувствуют ли они с вашей стороны негатива,  не обидели ли вы их.  Потому что иногда вы можете сами не замечать,  что негативны.  Можно обидеть жестом,  одним словом,  даже молчанием;  можно даже обидно посмотреть.  Поэтому время от времени просите у окружающих прощения.  Скажите им:  «Пожалуйста,  ответьте честно,  когда я вас спрашиваю: выскажите все,  потому что я живой человек и иногда могу быть неправ,  и я должен это исправить».

x

41. Посредственное

Никогда и ни в чем не довольствуйтесь посредственным,  потому что это святотатственно в отношении жизни.  Никогда не просите,  что бы в жизни  не было риска,  никогда не просите безопасности,  потому что тем самым вы просите смерти.

Многие люди решили жить плоско:  в безопасности,  никогда не рискуя.  Они никогда не падают в расселины,  никогда не взбираются на вершины.  Вся их жизнь проходит в серости и бесцветности,  монотонно — без вершин,  без пропастей,  без ночей,  без дней.  Они живут в тусклом мире,  в котором нет ничего яркого — у них не бывает радуги.  Они живут серой жизнью и постепенно сами становятся серыми и посредственными.

Опаснее всего в жизни — взбираться на самые высокие вершины божественного и падать в самые темные глубины ада;  путешествуйте между ними и ничего не бойтесь.  Постепенно придет понимание,  постепенно вы узнаете,  что вы не вершина и не дно,  не гора и не ущелье.  Постепенно вы узнаете,  что вы — наблюдатель,  свидетель.  Иногда вы взбираетесь на вершину ума,  иногда спускаетесь в ущелье,  но всегда присутствует нечто запредельное — только наблюдающее,  отдающее себе отчет в происходящем,  — и это и есть вы.

В вас содержатся обе полярности,  но ни одна из них не вы — вы башня,  возвышающаяся над ними обеими.  Вершина или пропасть, рай или ад,  вы стоите далеко в стороне. Вы только наблюдаете всю эту игру — всю игру сознания.

x

42. Откладывание

Жизнь коротка, а научиться нужно многому.; люди, которые всегда откладывают, упускают все.

Постоянно спрашивайте себя, движетесь ли вы в более блаженные состояния. Если да — вы на верном пути. Идите в них глубже и глубже, получите как можно больше. А если вы чувствуете себя несчастным, посмотрите: где-то вы сбились с пути, заблудились. Вас что-то отвлекло; вы больше не естественны, отчуждены от собственной природы — вот что делает вас несчастным. Посмотрите, проанализируйте и, установив причину несчастного состояния — какой бы она ни была, — тут же ее отбросьте. И не откладывайте на завтра, отбросьте немедленно.

Жизнь коротка, а научиться нужно многому; люди, которые всегда откладывают, упускают все. Постепенно откладывание входит в привычку. А приходит всегда сегодня; завтра никогда не приходит. Откладывать можно вечно. Если вы видите, что вас что-то делает несчастным, отбросьте его тотчас же — не теряя ни секунды. Вот что такое храбрость: храбрость жить, храбрость рисковать, храбрость искать приключений. Только храбрых однажды вознаградит целое — светом, любовью, блаженством, благословением.

x

43. Я верю в поэзию

Сокровище жизни неисчерпаемо, но знать его может только сердце поэта.

Любовь — единственная существующая поэзия. Вся остальная поэзия — только ее отражение. Поэзия может быть в звуке, поэзия может быть в камне, поэзия может быть в архитектуре… Но в основе все это — отражения любви, уловленные разными средами. Душой же поэзии остается любовь, и те, кто переживает живую любовь — настоящие поэты. Может быть, они никогда не пишут стихов, может быть, никогда не сочиняют музыки — может быть, не делают ничего такого, что обычно считается искусством… — но те, кто пережинает живую любовь, кто любит всецело, безгранично — истинные поэты. Религия истинна, если она создает в вас поэта. Если она убивает поэта и создает так называемого святого, это не религия. Это патология, своего рода невроз, облаченный в одежды религиозной терминологии. Настоящая религия раскрывает в вас поэзию, и любовь, и искусство, и творчество; она делает вас чувствительнее. В вас становится больше жизни, и само сердце бьется по-другому. Ваша жизнь больше не скучное, застывшее явление; она вечно удивительна, и каждый миг открывает новые тайны. Сокровище жизни неисчерпаемо, но знать это может только сердце поэта. Я не верю в философию, я не верю в теологию; но я верю в поэзию.

x

44. Самосовершенствование

Путь самосовершенствования ведет в ад. Все попытки себя улучшить – превратиться в нечто идеальное – только создают большие и большие безумия. Идеалы лежат в основе всякого безумия, и все человечество невротично, потому что у него слишком много идеалов.

Животные не так невротичны,  потому что у них нет никаких идеалов.  Деревья не так невротичны, потому что у них нет никаких идеалов. Они не пытаются стать ничем отличным от себя; они прости остаются собой и радуются, какими бы они ни были.

Вы есть вы. Но где-то в глубине вы хотите стать Буддой или Иисусом, и вот вы начинаете ходить по кругу, который будет  нескончаемым. Просто поймите суть — вы есть вы. И целое — или существование — хочет, чтобы вы были вами; именно поэтому существование создало вас… иначе оно произвело бы какую-нибудь другую модель. Оно захотело, чтобы в это мгновение в этом месте были вы. Оно не захотело, чтобы вместо вас был Иисус. И существование мудрее вас. Целое всегда мудрее части.

Просто примите себя. Если вы сможете себя принять, вы узнаете величайший секрет жизни, и тогда все придет к вам само. Просто будьте собой. Не нужно тянуться и пытаться стать выше своего роста. Не нужно другого лица. Оставайтесь таким, как есть, глубоко примите себя, и случится цветение, и вы будете все более и более становиться собой.

Когда идея стать кем-то другим отброшена, прекращается всякое напряжение. Вдруг все напряжения исчезают. Вы есть — сияющее присутствие — на этом самом месте, в это самое мгновение. И ничего не нужно делать, только праздновать и радоваться.

x

45. Дом

Нам предстоит продолжать путешествие,  продолжать паломничество,  пока мы не найдем своего настоящего дома.  И удивительнее всего,  что настоящий дом – близко.

Мы строим себе много домов,  но никогда не ищем настоящего дома.  Дома,  которые мы строим,  непостоянны;  дворцы на песке или карточные замки — всего лишь игрушки,  с которыми мы играем…  Это не настоящие дома,  потому что их разрушит смерть.

Определение настоящего дома — то,  что вечно.  Только Бог вечен;  все остальное временно.  Ум,  тело временны;  деньги,  власть,  престиж — все это временно.  Не делайте эти вещи своим домом.  Я не против этих вещей;  пользуйтесь ими,  но помните,  что это только гостиница:  они хороши для ночлега,  но утром вы должны идти дальше.

Мы не находим настоящего дома,  потому что он очень близко;  даже не близко — внутри нас.  Ищите его внутри.  Его нашли все,  кто вошёл вовнутрь.

x

46. Творческий хаос

Бросьте свои твёрдые убеждения.  Тогда вы сможете лучше наслаждаться замешательством  –  пусть будет творческий хаос.  В сердце нам нужен творческий хаос,  чтобы рождать танцующие звезды,  —  другого пути нет.

Если у вас есть твёрдые убеждения,  жизнь часто будет приводить вас в замешательство,  потому что жизнь никогда не станет разделять ваших убеждений.  Она все приводит в беспорядок.  Она во все вмешивается и распоряжается по-своему.  Она всегда играет  ту или другую шутку.  Жизнь не как гостиная,  в которой можно расставить мебель,  и она не сдвинется с места;  жизнь — совершенно дикое явление.

Бог очень хаотичен.  Бог не инженер и не архитектор,  не ученый и не математик.  Бог — мечтатель,  и в мире мечтаний и снов вес беспорядочно смешивается…  Вдруг ваш муж прекращается в лошадь!..  Во сне вы никогда не начинаете спорить и не говорите:  «Как это?..  Только что это был мой муж,  а теперь он стал лошадью!»  Во сне вы принимаете.  Происходящее не вызывает ни малейшего подозрения,  потому что в сон вы не вносите убеждений.
Но наяву вы не сможете спокойно смотреть,  как муж превращается в лошадь…  А ведь он всегда превращается в лошадь!  Может быть,  лицо остается прежним,  но энергия меняется.  Тогда вы приходите в замешательство.

Мне никогда не встречался человек,  который был бы в замешательстве.  Скорее,  мне встречались люди твердых убеждений.  Чем тверже убеждения,  тем больше замешательства.

Если вы не хотите быть в замешательстве,  бросьте убеждения — замешательство не изменится,  но совершенно перестанет казаться замешательством.  Это просто жизнь — живая жизнь.

x

47. Бедность

Рано или поздно бедность исчезнет – теперь в нашем мире достаточно развита технология,  чтобы исчезла бедность,  — и возникает настоящая проблема.

Действительно бедны те люди,  которые никогда не знают любви;  вся Земля полна этих бедных людей,  голодающих людей.  Рано или поздно внешняя бедность исчезнет — теперь в нашем мире достаточно развита технология,  чтобы исчезла бедность,  — и возникнет настоящая проблема.  Настоящей проблемой будет внутренняя бедность.  Тут не поможет никакая технология.  Мы способны накормить людей — но кто накормит дух,  душу?  Наука этого не может.  Необходимо нечто другое — то,  что я называю религией.  Наука сделала свою работу;  только теперь в мир может войти истинная религия.

До сих пор религия была своего рода неформальным явлением — изредка является Будда,  Иисус,  Кришна.  Это исключительные люди;  они не представляют человечество,  они только возвещают возможность будущего.  Но это будущее становится ближе.  Когда наука раскроет потенциальные силы материи и будут  удовлетворены физические потребности человеческих существ — у них будет крыша над головой,  достаточно пищи,  достаточно образования,  — тогда впервые вы увидите,  что необходима новая пища.  Этой пищей будет любовь,  и ее не может предоставить наука.  Сделать это может только религия.  Религия — наука любви.

x

48. Простить родителей

Труднее всего на свете простить родителей.  Они дали вам жизнь — как вы можете их простить?

Пока вы не начнете любить себя,  пока вы не придете в состояние,  в котором собственное существо приводит вас в восторг и трепет,  — как вы можете благодарить родителей?  Невозможно.  Будет  только гнев — они дали вам жизнь и даже не спросили у вас разрешения.  Они создали этого ужасного человека.  И вы должны страдать только потому,  что они решили родить ребенка?  Вас никто не спрашивал.  Зачем было тащить вас в этом мир?.. — вот откуда этот гнев.

Если вы приходите к точке,  в которой можете любить себя,  в которой само ваше бытие вызывает настоящий экстаз,  в которой благодарность безгранична,  тогда вдруг вы начинаете чувствовать огромную любовь к родителям.  Они стали для вас дверьми в существование.  Без них этот экстаз не был бы возможен — они сделали его возможным.

Если вы можете праздновать свое существо — а в этом вся цель моей работы: помочь вам праздновать свое существо, — вдруг вы можете почувствовать к родителям благодарность — за их сострадание,  за их любовь.  И не только благодарность — прощение.

x

49. Поражение

Невозможно быть неудачником.  Жизнь не допускает неудачников.  И поскольку никакой цели нет,  невозможно разочарование.

Если вы разочаровываетесь,  то только из-за искусственных целей,  которые ваш ум приписывает жизни.  К тому времени,  как вы достигаете цели,  жизнь ее покидает;  от целей и идеалов остается только мертвая скорлупа,  и вы вновь и вновь разочаровываетесь.  Это разочарование создаете вы сами.

С пониманием,  что жизнь не бывает ограниченной целью,  ориентированной на цель,  вы течете во все измерения и ничего не боитесь.  Поскольку нет будущего,  нет и успеха — а значит,  не может быть разочарования.  Тогда каждый миг становится самостоятельной ценностью;  не потому,  что он куда-то ведет,  не потому,  что служит средством к какой-то цели — его ценность внутренне ему свойственна.

Каждый миг как бриллиант,  и вы переходите от одного бриллианта к другому — но ни в чем нет окончательности:  жизнь остается живой…  и смерти нет.  Окончательность означает смерть,  достижение цели означает смерть.  Жизнь не знает смерти — она постоянно изменяет вид и форму.  Она бесконечна,  но не устремлена ни к какой цели.

x

50. Любовь — ненависть

Когда вы любите, вы одновременно и ненавидете. Вы всегда находите для ненависти предлоги, но это только предлоги.

Никогда не позволяйте ненависти решать. Хорошо помня, что такое ненависть,  всегда позволяйте решать любви.  Я не говорю подавлять ненависть — но не позволяйте ей решать.  Пусть она будет такой,  как есть,  но пусть она остается второстепенной.  Примите ее, но не позволяйте ей решать.

Не обращайте на нее внимания,  и она умрет сама.  Уделяйте больше внимания любви,  пусть решает любовь.  Рано или поздно любовь захватит все ваше существо,  и тогда для ненависти не останется места.

x

51. Воображение

Всякие отношения воображаемы,  потому что,  когда вы выходите изнутри себя наружу,  вы можете выйти только через двери воображения.  Других дверей нет.

Друг,  враг… то и другое — ваше воображение.  Когда вы останавливаете воображение полностью,  вы одни,  абсолютно одни.  Когда вы понимаете,  что жизнь и все ее отношения воображаемы,  вы не идете против жизни,  но это понимание помогает сделать отношения богаче.  Теперь,  когда вы знаете,  что всякие отношения воображаемы,  почему не вложить в них больше воображении?  Почему не наслаждаться ими как можно глубже?  Если цветок — не более,  чем плод вашего воображения,  почему не сделать его красивее?  Зачем довольствоваться обычным цветком?.. — пусть цветок будет из изумрудов и бриллиантов!

Пусть будет все,  что бы вы ни вообразили.  Воображение — не грех,  это способность;  это мост:  точно как же,  как вы строите мост через реку,  чтобы попасть с одного берега на другой, — так и воображение служит мостом между двумя людьми.  Два существа проецируют мост — назовите его любовью,  назовите его доверием — но это воображение.  Воображение — единственная творческая способность человеческих существ,  и всякое проявление творчества будет и проявлением воображения.  Наслаждайтесь воображением,  сделайте его как можно красивее.  Мало-помалу вы придете к точке,  в которой не будете зависеть от отношений.  Вы делитесь… если вам есть чем поделиться с людьми,  вы делитесь,  но вы самодостаточны.  Вся любовь создается воображением,  но не в обычном осуждающем смысле слова;  воображение — божественная способность

x

52. Бури

Хорошо быть открытым ветру,  дождю,  солнцу,  потому что это и есть жизнь.  Итак,  вместо того чтобы беспокоиться – танцуйте!

Рост означает,  что вы каждый день впитываете что-то новое,  а это возможно,  только если вы открыты.  Ваши окна и двери открыты:  иногда входит дождь,  иногда входит ветер,  иногда входит солнце,  и внутри вас движется жизнь.  Иногда вы чувствуете,  что некоторые вещи вас беспокоят:  ветер уносит газету,  разбрасывает на столе бумаги,  а если войдет дождь,  может быть,  намокнет одежда…  Если вы всегда жили в закрытой комнате,  вы скажете:  «Что происходит?»

Происходит нечто красивое.  Хорошо быть открытым ветру,  дождю,  солнцу,  потому что именно это и есть жизнь.  Итак,  вместо того чтобы беспокоиться, — танцуйте!  Танцуйте,  когда приходит буря,  танцуйте,  когда за бурей приходит безмолвие.  Танцуйте,  когда приходят перемены и беспокоят нашу жизнь… Потому что,  откликаясь на эти перемены,  вы растете к новым высотам.  Помните,  даже в страдании есть благословение.  Если человек принимает его правильно,  оно становится опорой для следующего шага.

Люди,  которые никогда не страдают и живут удобной и комфортабельной жизнью,  почти мертвы.  Их жизнь никогда не остра,  как меч… ею нельзя даже резать овощи!  Разум становится острым,  когда вы принимаете вызов.  Каждый день молитесь Богу: «Пошли мне завтра больший вызов,  более сильную бурю», — и тогда вы узнаете наивысшее качество жизни.

x

53. Отношения

Чем более вы центрированы,  чем более вы расслаблены,  тем больше возможность глубоко войти в отношения.

В отношения входите вы:  если вас нет — если вы напряжены,  нездоровы,  встревожены и раздробленны — кто сможет глубоко войти в отношения?  Из-за своей раздробленности мы боимся входить в глубокие слои отношений,  потому что тогда будет открыта наша реальность.  Тогда нужно будет открыть сердце,  а сердце состоит из сплошных фрагментов.  Внутри вы не один человек — вы целая толпа.  Если вы действительно кого-то любите и открываете сердце,  другой может подумать,  что вы толпа,  не один человек — вот в чем страх.

Вот почему люди удерживают отношения на поверхностном уровне.  Они не хотят идти глубоко;  только поверхностные контакты,  только поверхностное соприкосновение и бегство,  прежде чем появится что-то более глубокое…  У вас бывает только секс — и даже секс обедненный,  поверхностный.  Встречаются только границы,  но никогда не любовь;  может быть,  расслабление для тела,  катарсис,  но не больше того.

Если отношения не очень глубоки,  мы можем сохранять маски,  и когда мы улыбаемся,  не нужно улыбаться нам самим — улыбается только маска.  Если вы действительно захотите идти вглубь,  встретятся опасности.  Вам придется идти обнаженным — а это значит,  что все внутренние проблемы будут очевидны другому.

x

54. Заблуждение

Что бы что-то узнать,  человек должен этого лишиться.

Люди сбиваются с дороги и теряют внутренний мир,  внутреннее пространство,  и со временем они начинают чувствовать внутренний голод,  жажду.  Возникает аппетит,  возникает жажда.  Из губины внутреннего существа приходит зов,  приглашение вернуться домой,  и человек начинает путешествие.  Именно это и значит быть искателем:  вернуться в теплое внутреннее пространство,  которое вы однажды покинули.  Вы не приобретаете ничего нового.  Вы приобретете то,  что было всегда,  но снова это будет приобретением,  потому что теперь — впервые — вы увидете,  что это такое.  В последний раз,  когда вы были в этом пространстве,  вы были к нему слепы.

Человек не может что-то осознать,  пока не потеряет.  Все хорошо; заблудиться тоже хорошо.  Грешить тоже хорошо,  потому что это единственный способ стать святым.

x

55. Спокойствие

Влюбленные пугаются,  когда любовь становится спокойной.  Они начинают чувствовать,  что,  может быть,  любовь исчезает?

Когда любовь становится глубже,  она становится спокойной.  Тогда любовь становится скорее как дружба — и в этом собственно и есть красота.  Дружба — сливки любви,  сама эссенция любви.  Поэтому,  пусть будет спокойствие!  И не тревожьтесь,  иначе рано или поздно вы начнете создавать себе трудности.  Уму всегда хочется создавать трудности,  потому что тогда он сохраняет значительность;  когда трудностей нет,  он становится незначительным.  Ум — точно как полицейский участок: если в городе тихо и спокойно,  полицейским становится не по себе — никаких ограблений,  волнений,  убийств… Ничего! Они чувствуют себя ненужными.  Когда в жизни царят покой и молчание,  уму становится страшно,  потому что,  если станет действительно спокойно,  ума больше не будет.

Помните: однажды ум должен исчезнуть,  потому что цель не в нем,  Цель в том,  что бы выйти за пределы ума.  Помогите друг-другу быть в молчании и не препятствуйте тому,  что бы все было спокойно.  Если другой чувствует панику,  попытайтесь ему помочь.

x

56. В скорлупе

Когда вы выходите из обусловленности,  вы остаетесь просто человеческим существом.  И это настоящая свобода!  Вы больше не носите вокруг себя корку.  Амплуа разбита.

Когда птица в яйце,  она не может летать.  Когда мы «индийцы»,  или «немцы»,  или «англичане»,  или «американцы»,  нас покрывает скорлупа яйца.  Мы не можем летать,  не можем расправить крылья,  не можем воспользоваться чудесной свободой,  которую нам предоставляет существование.

Вас обволакивает много слоев обусловленности.  Кто-то обусловлен быть немцем,  кто-то обусловлен быть христианином — и так далее.  Кто-то обусловлен быть мужчиной,  кто-то обусловлен быть женщиной.  Я не говорю о биологических различиях — они естественны,  не имеют с обусловленностью ничего общего,  — но мужчина обусловлен быть «мужчиной».  Вы постоянно помните что вы мужчина,  что вы не женщина; вы не должны вести себя как женщина — не должны плакать,  слезы запрещаются; они приличны только для женщины,  вам не полагается плакать.  Это обусловленность,  окружающая вас скорлупа.

По-настоящему свободный человек не мужского и не женского пола;  биологические различия сохраняются — но исчезают психологические различия.  Свободный человек не белый и не черный — черный не становится белым,  белый не становится черным,  кожа остается такого цвета,  какого была всегда,  но психологического цвета больше нет.

Когда все эти вещи отпадают,  с вас спадает тяжесть.  Вы ходите,  не касаясь земли;  гравитация теряет силу.  Вы можете расправить крылья и лететь.

 

x

57. Оставьте бога в покое

Вы слышали замечательную историю о Мулле Насреддине?

Мулла скопил денег на новую рубашку и,  дрожа от радости,  пришел к портному.  Портной снял с него мерку и сказал:
— Возвращайся через неделю,  и ,  если будет на то воля Аллаха,  твоя рубашка будет готова.
Неделю Мулла сдерживал нетерпение и в указанный срок пришел наконец за рубашкой.  Портной сказал:
— Вышла задержка,  но,  если будет на то воля Аллаха,  твоя рубашка будет готова завтра.
На следующий день Насреддин вернулся.
— Извини,  — сказал портной, — но рубашка еще не совсем закнончена.  Приходи завтра,  и, если будет на то воля Аллаха,  она будет готова.
— А сколько времени потребуется, — спросил в раздражении Насреддин, — если ты оставишь Аллаха в покое?

Лучше всего оставить Бога в покое.  Обычно,  когда мы чего-то не знаем,  мы говорим: «Бог знает»!  Что бы скрыть тот факт,  что мы сами не знаем,  мы говорим,  что знает бог!  Лучше сказать «не знаю»,  потому что,  когда вы говорите «бог знает»,  невежество притворяется знанием  — что очень опасно.

x

58. Грех

Подавлять что бы то ни было преступно:  это калечит душу.  Подавление уделяет больше внимания страху,  чем любви,  — а это и есть грех.

Уделять внимание страху грешно,  уделять внимание любви добродетельно.  Всегда помните: уделяйте больше внимания любви,  потому что именно в любви человек достигает величайших вершин жизни,  божественного.  В страхе человек не может расти.  Страх калечит,  парализует — он создает ад.

Все парализованные люди — психологически парализованные,  духовно парализованные — живут в аду.  Как они его создают? Секрет в том,  что они живут в страхе;  они готовы действовать,  только если бояться нечего,  но тогда им не остается ничего стоящего.  Все,  что ценно,  вызывает определенные страхи.  Если вы кого-то любите,  будет и страх,  потому что вас могут отвергнуть.  Страх говорит — «Не люби — тогда тебя никто не отвергнет.»  Это правда — если вы никого не любите,  вас никто не отвергнет.  Но тогда в вашей жизни не будет места любви,  что гораздо хуже,  чем быть отвергнутым… И если отвергнет один,  примет другой.  Те,  кто живет из страха,  думают в основном о том,  что бы не совершать ошибок.  Да,  они не совершают ошибок — но не совершают и ничего стоящего;  их жизнь пуста.  Они ничего не вносят в существование.  Они возникают,  они живут — скорее существуют,  как овощи на грядке,  — и умирают.

x

59. Свобода

Жизнь опасна — а значит, жизнь свободна.  Любая безопасность была бы одновременно и рабством.  Если бы все было определенно,  не было бы никакой свободы.

Если бы завтра было определено,  было бы больше безопасности,  но не было бы свободы.  Тогда вы жили бы как роботы.  Вам приходилось бы совершать,  определенные,  уже предрешенные действия.  Но завтра красиво,  потому что завтра несет полную свободу.  Никто не знает,  что будет дальше.  Будете ли вы дышать – будете ли вы вообще живы?.. – никто не знает.  В этом красота – все пребывает в хаосе,  и каждый миг бросает вызов,  и каждый миг несет возможность.

Не просите утешений.  Продолжая просить,  вы будете оставаться в опасности;  примите опасность,  и опасность исчезнет.  Это не парадокс,  это простая истина – парадоксально,  но совершенно верно.  Вы существовали до сих пор;  нужно ли беспокоиться о завтра?  Если вам удается существовать сегодня,  если вам удалось существовать вчера,  завтра тоже позаботиться о себе.

Не думайте о завтра,  живите в свободе.  Безмятежный хаос – вот каким должен быть человек.  Когда вы содержите внутри революцию.  Каждый миг несет новый мир.  Новую жизнь…каждый миг становится новым рождением.

x

60. Смерть

Нет ничего плохого в смерти.  Когда бы она не пришла,  она приносит глубокий отдых.

Когда тело изнашивается полностью,  может помочь только смерть.  Тогда она приходит,  тогда вы движетесь в другое тело.  Вы можете стать деревом,  или птицей,   или тигром,  или еще кем-нибудь,  и вы продолжаете двигаться… Существование дает вам новое тело,  когда старое изнашивается.

Смерть красива,  но никогда не просите ее,  потому что,  когда вы ее просите,  качество смерти изменяется и она становится суицидальной.  Тогда смерть не естественна.  Может быть,  вы не совершите самоубийства,  но само желание смерти суицидально.  Когда вы живы,  будьте живы;  когда вы мертвы,  будьте мертвы.  Но не смешивайте одно с другим.  Есть люди,  которые умирают и цепляются за жизнь, — и это тоже не правильно,  потому что когда приходит смерть,  нужно уйти,  и уйти танцуя.  Если вы просите смерти – хотя бы думаете о ней, — вы живы и цепляетесь за идею смерти.  То же самое ,  только наоборот.  Кто-то умирает и продолжает цепляться за жизнь,  не хочет умирать.  Кто-то живет и хочет умереть.  Это неприятие.

Принимайте все,  что бы ни происходило,  и в таком принятии без всяких условий все становится красиво.  Даже боль служит очищению.  Что бы не встретилось на вашем пути,  просто будьте благодарны.

x

61. Монодрама

Быть религиозным очень трудно, потому что нужно быть одновременно и экспериментатором, и объектом эксперимента; одновременно и ученым, и опытом. Внутри нет разделения. Вы играете монодраму.

В обычной драме играет много актеров и роли распределены. В монодраме вы одни. Все роли должны быть сыграны вами.
Один дзэнский монах каждое утро громко говорил:
-Где ты, Бокудзю?
Это было его собственное имя. И он отзывался:
-Да, сэр? Я  здесь.
Потом он говорил:
-Учти, Бокудзю, тебе дан еще один день.Будь осознан, будь бдителен, не делай глупостей!
И отвечал:-Да, сэр, я сделаю, что смогу.
А кроме него никого не было!!!
Его ученики стали задумываться: не сошел ли он с ума?

Но он только играл монодраму. И в такой же внутренней ситуации находитесь вы сами. Вы сами говорите, сами слушаете, сами отдаете приказы, сками их выполняете- что не просто, потому что роли легко смешиваются , перепутываются. Очень легко руководить другими, а самому оставаться режиссером. Если роли распределены, все четко и ясно. Ничто не спутывается-вы исполняете свою роль, кто-тодругой должен исполнить свою. Все просто; ситуация произвольна, искусственна.

Когда же вы играете обе роли, ситуация естественна, не произвольна, не искуственна, и, конечно, она сложнее. Но постепенно вы научитесь.

x

62Подлинность

Если вы не хотите,  чтобы что-то росло,  просто повернитесь к нему спиной – и оно умрет само собой.  Точно как растение,  которое забыли и не поливают – оно увядает и гибнет.  Так и всякий раз когда вы видите нечто фальшивое,  просто отодвиньте его в сторону.

Вы собирались улыбнуться,  но внезапно осознали,  что это было бы фальшиво.  Остановитесь – даже на пол пути к улыбке; расслабьте губы и попросите у собеседника прощения.  Скажите,  что эта улыбка была фальшивой и что вы сожалеете.  Если придет настоящая улыбка,  хорошо; если она не придет,  тоже хорошо.  Что вы можете сделать?  Если она придет,  она придет; если она не придет,  она не придет.  Нельзя вызывать ее усилием.

Я не предлагаю начать игнорировать все социальные условности.  Я предлагаю только осознанность, — и если вам приходится быть фальшивым,  будьте фальшивы сознательно.  Зная,  что какой-то человек ваш начальник и вы должны улыбаться,  улыбайтесь сознательно,  хорошо помня что эта улыбка фальшива.  Пусть улыбка обманет начальника,  но она не должна обманывать вас,  вот в чем суть.  Если вы улыбаетесь бессознательно,  начальник может быть и не будет обманут,  потому что начальников обмануть не просто, — но вы можете обмануть себя.  Вы поздравите себя и похвалите,  погладите по голове и будете неправы.

И если иногда вы считаете это необходимым – а это может быть необходимо… жизнь сложна,  и вы в ней одни,  многие вещи приходится делать только потому,  что все общество держится на фальши, — фальшивте сознательно.  Но в таких отношениях,   где вы можете быть подлинны,  не допускайте фальши.

x

63. Равновесие

Когда чувство и рассудок уравновешены,  человек свободен.  В самом этом равновесии — свобода,  в этом самом равновесии — центрированность,  безмятежность,  молчание.

Когда головы слишком много — а ее слишком много,  убийственно много,  — она не допускает ничего невыгодного,  не допускает ничего бесполезного.  Но любая радость бесполезна,  любая радость — просто игра,  игра без всякой цели.  Любовь — игра,  в которой нет цели … и танец,  и красота. Все,  что важно и замечательно для сердца,  бессмысленно для рассудка.

Поначалу нужно будет многое сделать для сердца,  чтобы восстановить равновесие.  Нужно будет перетянуть чашу весов на сторону сердца.  Нужно будет дойти до противоположной крайности,  чтобы вернуть равновесие.  Мало-помалу середина будет найдена,  но сначала нужно дойти до крайности — слишком велика была до сих пор власть рассудка.

x

64. Сатори

Много раз приходят проблески сатори,  внутреннего света,  но вы не можете их удержать.  Не беспокойтесь о том,  что не можете удерживать их дольше,  — забудьте о них!  Просто запомните ситуацию,  в которой они случились,  и старайтесь снова и снова двигаться в такую ситуацию.

Сам по себе опыт не так важен.  Важно то,  что вы чувствовали,  важна ситуация.  Если вам удастся воссоздать эту ситуацию,  опыт случится снова.  Опыт как таковой не важен.  Важна ситуация: что вы чувствовали?  Поток,  любовь… какая была ситуация?  Может быть играла музыка,  может быть,  люди танцевали и ели.  Вспомните вкус этой еды,  во всех его оттенках — или,  может быть,  рядом с вами был какой-то красивый человек,  или вы разговаривали с другом — и вдруг… просто вспомните аромат,  в котором это случилось…-вспомните поле;  попытайтесь воссоздать поле.  Сядьте в молчании и попытайтесь воссоздать эту ситуацию.

Иногда сатори происходит случайно.  Вся наука йоги развивалась из случайностей.  В самый первый раз люди не искали сатори;  откуда они могли о нем знать?  В самый первый раз оно случилось в определенной ситуации,  и они осознали.  Они стали искать,  разрабатывать методы,  чтобы его достичь.  Естественно они поняли:  если воссоздать ситуацию,  может быть последует тот же опыт.  Именно так,  путем проб и ошибок,  развивалась вся наука йоги,  тантры,  дзэн.  Их развитие продолжалось веками.

Но каждый должен найти для себя,  в какой ситуации случается искра сатори,  в какой ситуации случается самадхи.  Каждый должен прочувствовать и нащупать собственный путь.  Если вы будете немного бдительны,  несколько опытов спустя вы научитесь воссоздавать такие ситуации.

x

65Глаголы

Подлинность — это глагол.  Все,  что красиво в жизни,  —  глаголы,  не существительные.  Истина  —  глагол,  не существительное.  Любовь  —  не существительное …  Это глагол …  Это когда любят …  Это процесс.

Подлинность — одна из величайших ценностей жизни;  с ней ничто не сравнимо.  В старой терминологии подлинность также называлась истиной.  В новой терминологии она называется подлинностью  —  что лучше «истины»,  потому что,  когда мы говорим об истине,  кажется, будто это какой-то предмет,  какое-то явление,  которое нужно найти.  Истина больше похожа на существительное.  Но подлинность — это глагол.  Это не предмет,  который где-то лежит и ждет,  пока вы его найдете.  Вы должны быть подлинны;   только тогда будет подлинность.  Ее нельзя найти;  ее нужно постоянно воссоздавать,  оставаясь подлинным,  верным себе.  Это динамический процесс.

Пусть это как можно глубже проникнет в вас:  все что красиво в жизни,  —  глаголы,  не существительные.  Истина — глагол,  не существительное.  Язык создает заблуждения.  Любовь — не существительное,  это глагол.  Любовь это когда любят.  Это процесс.  Когда вы любите — только тогда есть любовь.  Когда вы не любите,  любви нет.  Любовь существует только в динамике.  Доверие — глагол,  не существительное.  Когда вы доверяете,  есть доверие.  Доверие  — это когда доверяют,  любовь  — это когда любят.  Истина  —  это когда человек истинен,  верен себе.

x

66. Ничего

«Ничего»  — недостаточно;  «ничего»  — не  экстатичное слово;  если ваши дела «ничего»,  вы ни здесь,  ни там.  Будьте блаженны!  —  все дело в чувстве.  Что вы чувствуете,  тем вы и становитесь;  ответственны вы.

Именно это мы подразумеваем  когда говорим:  «Это ваша собственная карма».  Карма значит «ваше собственное действие»,  то,  что вы с собой сделали.  И когда вы понимаете,  что именно с собой сделали,  вы можете это отбросить.  Это ваш собственный подход;  никто не заставляет вас чувствовать себя так,  а не иначе.  Вы это выбрали  — может быть,  косвенно,  может быть по каким-то бессознательным причинам:  раньше что-то приносило хорошее чувство,  но теперь обернулось горечью,  —  но это выбрали сами.

Если вы понимаете,  что все сделали сами,  зачем довольствоваться этим  «ничего»?  Это не так много,  и ваша жизнь не будет жизнью песни,  танца празднования.  Поддерживая себя на уровне «ничего»,  как вы можете праздновать?  Чувствуя себя «ничего»,  как вы можете любить?  Зачем так скупиться?  Но многие люди останавливаются в точке «ничего».  Из-за своих идей они теряют всю энергию.  «Ничего» — это как человек который не болен,  но и не здоров… ни здесь,  ни там.  Он ничем не болен,  но нельзя назвать его здоровым и полным жизни.  Он не может праздновать.

Я бы предложил  —  если вам трудно чувствовать себя блаженным  —  чувствуйте себя хотя бы несчастным!  Это уже лучше чем «ничего»;  по крайней мере есть какая-то энергия.  Вы можете плакать…  Может быть,  вы не можете смеяться,  но будут возможны слезы.  Даже в них будет больше жизни,  чем в холодном «ничего».  А если выбирать,  зачем выбирать несчастье — когда можно быть счастливым.

x

67. Открытость

Пусть дуют ветры,  пусть восходит солнце – приветствуйте всё.  Если однажды вы настроите жизнь на струну открытого сердца,  вы никогда не закроетесь.  Но этому придется уделить немного времени.  И эту открытость нужно будет поддерживать,  иначе она снова закроется.

Быть открытым – значит быть уязвимым.  Когда вы открыты,  вы чувствуете,  что в вас может войти что-то ненужное.  И это не только чувство;  эта реальная возможность.  Поэтому люди закрываются.  Если вы откроете двери,  чтобы вошел друг,  сможет войти и враг.  Здравомыслящие люди держат двери закрытыми.  Чтобы избежать врага,  они не открывают даже другу.  Но тогда вся их жизнь становится мертвой.

Но с нами ничего не может случится,  потому что по большому счету нам нечего терять  –  а  то,  что действительно нам принадлежит,  не может быть потеряно.  То,  что может быть потеряно,  не стоит того,  чтобы его хранить.  Когда это понимание становится самоочевидным,  человек остается открытым.

Я вижу,   что даже влюбленные защищаются друг от друга.  И потом они плачут,  потому что ничего не получается.  Они закрыли все окна и задыхаются.  Внутрь не проникает новый свет,  и жить почти невозможно,  но кое-как они продолжают.  Но все равно не открываются,  потому что свежий воздух кажется опасным.

Когда вы чувствуете себя открытым,  попытайтесь этим наслаждаться.  Бывают такие редкие моменты,  и когда они приходят,  идите и набирайтесь опыта открытости.  Когда у вас появляется опыт,  когда вы держите в руках реальный опыт,  можно отбросить страхи.  Вы видите,  что открытость – сокровище,  которого вы напрасно себя лишили.  И сокровище это таково,  что никто не может его отнять.  Чем больше вы им делитесь,  тем более оно растет.  Чем более вы открыты,  тем более вы есть.

x

68. Цели

Жизнь бесцельна… и в этом ее красота!

Если бы в жизни была цель,  было бы не так красиво,  потому что однажды вы пришли бы к определенному осуществлению,  и после было бы просто скучно.  Оставалось бы только повторение,  повторение,  повторение;  продолжалось бы одно и то же монотонное состояние  –  а жизнь презирает монотонность.  Она постоянно выдвигает новые цели – потому что она бесцельна!  Как только вы достигаете определенного состояния,  жизнь дает вам следующую цель.  Горизонт отступает и отступает перед вами;  вы никогда его не достигаете,  все время к нему стремясь –  вечно пытаясь его достичь,  вечно пытаясь к нему приблизиться…  И если вы это понимаете,  все напряжение ума исчезает,  потому что напряжение вызывается целеполаганием,  стремлением к чему-то прийти.

Ум всегда стремится к чему-то прибыть,  но жизнь состоит из постоянных прибытий и отбытий  –  «прибытие случается лишь для того,  что бы снова «отбыть».  В жизни нет ничего окончательного.  Она никогда не совершенна  –  и в этом ее совершенство.  Это динамический процесс,  не мертвый,  статичный предмет.

Жизнь не застойна  –  она течет и течет,  но другого берега нет.  С этим пониманием вы начинаете наслаждаться самим путешествием.  Каждый шаг составляет собственную цель,  и никакой другой цели нет.  Когда это понимание утверждается глубоко у вас внутри,  вы расслабляетесь.  Теперь нет никакого напряжения,  потому что идти некуда;  нельзя заблудиться.

x

69. Контроль

Жизнь – за пределами вашего контроля.   Ею можно наслаждаться,  но нельзя ее контролировать.  Ее можно жить,  но нельзя контролировать.  Ее можно танцевать,  но нельзя контролировать.

Обычно мы говорим,  что «мы дышим»,  но это неверно – жизнь дышит нами.  Но мы всегда приписываем себе действия,  и это создает трудности.  Подчинив себя контролю,  чрезмерному контролю,  вы не позволяете жизни случаться с вами.  Вы ставите слишком много условий,  а жизнь не может выполнить условий.

Жизнь случается только когда вы принимаете ее без условий;  когда вы готовы ее приветствовать,  какие бы формы она не принимала.  Но человек чрезмерного контроля всегда требует от жизни,  что бы она приняла определенную форму,  удовлетворила определенным условиям  –  жизнь об этом не беспокоится;  она просто обходит подобных людей стороной.
Чем раньше вы вырветесь из ограничений контроля,  тем лучше,  потому что всякий контроль – от ума.  А вы больше чем ум.  Небольшая часть вас пытается управлять,  быть диктатором.  Жизнь все время движется,  а вы остаетесь далеко позади,  и тогда вы разочаровываетесь.  Логика ума такова,  что он всегда говорит:  «Смотри,  ты плохо контролировал,  поэтому ничего не получилось;  впредь контролируй лучше».

Истина противоположна:  люди многого лишаются только из-за чрезмерного контроля.  Будьте как дикая река,  и многое,  о чем вы не могли даже мечтать,  чего не могли даже вообразить,  на что не могли даже надеяться,  —  окажется в вашем распоряжении,  стоит вам только протянуть руку.  Но пусть ладонь будет открыта;  не живите жизнью сжатого кулака,  потому что тогда ваша жизнь будет жизнью контроля.  Живите жизнью открытой ладони.  Все небо – ваше;  не довольствуйтесь меньшим.

x

70. Сильные ветры

Сильные ветры,  которые бьют так больно,  на самом деле не враги.  Они помогают вам стать цельными.  Кажется,  они вот вот вырвут вас с корнем  —  но в борьбе с ними корни крепнут.

Представьте себе дерево.  Если внести дерево в помещение,  в каком-то смысле оно будет защищено;  оно не пострадает от ветра.  Когда снаружи бушуют бури,  оно будет вне опасности.  Но не будет никакого вызова;  ему будет слишком безопасно.  Его можно поместить в оранжерею,  но постепенно оно побледнеет,  утратит свежесть и зелень.  Где-то глубоко внутри оно начнет умирать  —  потому что форму жизни придает вновь и вновь бросаемый ей вызов.

Сильные ветры,  которые бьют так больно,  на самом деле не враги.  Они помогают вам стать цельными.  Кажется,  они вот вот вырвут вас с корнем  —  но в борьбе с ними корни крепнут.  Корни только становятся глубже,  что бы буря не могла до них дотянуться.  Солнце очень жарко и кажется обжигающим,  но,  защищаясь от солнца,  дерево вбирает из почвы больше влаги. оно становится зеленее.  В борьбе с естественными силами оно приобретает некую душу.  Душа образуется только в борьбе.

Если все слишком легко,  вы начинаете слабеть и рассеиваться.  Мало-помалу вы разделяетесь на составные части  —  потому что цельности не требуется.  Вы становитесь как избалованный ребенок.  Таким образом,  когда жизнь бросает вам вызов,  встретьте его достойно и проживите храбро.

x

71. Новое начало

Оглянитесь на свою жизнь:  что бы вы не делали,  это не конец.  Начните заново,  пусть путешествие начнется заново.  Внесите новое  —  иногда странное,  эксцентричное,  иногда почти сумасшедшее,  —  такие вещи помогают.

Все изобретатели считаются немного сумасшедшими,  эксцентричными.  Они такие и есть,  потому что они выходят за всякие рамки;  они ищут собственные пути.  Проторенные дороги не для них;  они идут нехожеными тропами,  рискуя заблудиться,  не найти дороги обратно,  не вернуться больше в толпу  —  отбиться от стада…

Иногда,  может быть,  вы потерпите поражение.  Я не говорю,  что в вашей жизни не будет поражений  —  все новое всегда опасно.  Но зато вы узнаете трепет первооткрывателя.  И этот трепет стоит риска  —  какой бы ценой не пришлось заплатить,  он того стоит.  Поэтому:  или внесите в старую работу новое,  что бы она стала новой и росла,  была органичной,  не механической, или смените ее — бросьте все и начните что-то абсолютно новое.  Начните с самых азов и станьте гончаром,  или музыкантом,  или танцором,  или бродягой — подойдет что угодно.

Обычно ум говорит,  что это неправильно  —  вы достигли некоторого положения,  сделали имя,  добились определенной славы,  вас знает столько людей,  ваша работа так хорошо продвигается и так хорошо оплачивается…  Все налажено  —  зачем беспокоиться?  Ум всегда говорит одно и то же.  Никогда не слушайте ум,   ум служит смерти.

x

72. Любовь

Каждый влюбленный чувствует,  что ему чего-то не хватает,  потому что любовь всегда остается неоконченной.  Это процесс,  не вещь.  Каждый влюбленный обязательно чувствует что чего-то не хватает.  Не толкуйте это неправильно.  Это просто показывает,  что сама по себе любовь динамична.

Любовь — точно как река;  она всегда течет.  Жизнь реки  —  в самом этом движении.  Если она остановится,  она станет чем-то застывшим;  она больше не будет рекой.  А само слово река показывает процесс;  само звучание слова дает ощущение движения.

Любовь — это река.  Не думайте что чего-то не хватает;  это часть процесса любви.  Все,  что хорошо,  остается неоконченным.  Если чего-то не хватает,  значит,  нужно что-то сделать  —  вас зовут более и более высокие вершины.  И не ждите,  что,  достигнув их,  вы достигните осуществленности;  любовь никогда не осуществляется.  Она не знает осуществления,  но это прекрасно,  потому что она вечно остается живой.

И вы всегда будете чувствовать,  что что-то не гармонично.  Это тоже естественно,  потому что,  когда встречаются два человека,  встречаются два разных мира.  Ожидать,  чтобы они подошли друг другу полностью,  значило бы ожидать невозможного и тем самым создавать разочарование.  Полная гармония случится,  самое большее,  на несколько мгновений  —  редких мгновений.

Так и должно быть.  Приложите все усилия,  что бы создать гармонию,  но всегда будьте готовы к тому,  что она не будет совершенна.  И не беспокойтесь об этом,  иначе дисгармонии будет больше и больше.  Гармония приходит только когда о ней не беспокоятся.  Она приходит только когда в вас нет никаких напряжений,  вы даже ее не ждете  —  вдруг,  ни с того ни с сего…

x

73. Видение

Всякое видение помогает,  —  даже если его очень трудно принять;  даже если оно вам не нравится.  Оно помогает,  даже если потрясает эго.  Видение  —  единственный друг.

Человек должен быть готов глубоко заглянуть в любой факт,  никак его не рационализируя.  В этом видении случается многое.  Но если вы пропустили первое видение,  дальше вы ничего не поймете.  Будет много проблем без решения,  потому что с самого первого шага не была принята истина.  Вы предаете правду своего существа.

Есть много людей,  у которых много проблем,  но эти проблемы не реальны.  Девяносто девять процентов этих проблем ложны.  Если проблемы не решаются это плохо,  но,  даже если они решаются,  для этих людей ничего не меняется,  потому что проблемы не были настоящими.   Решив одни ложные проблемы,  они создадут другие.  Прежде всего глубоко поймите,  что составлет настоящую проблему,  увидьте ее такой как есть.  Увидеть ложное как ложное  —  начало способности видеть истину как истину.

 

x

74. Уберите камни нелюбви

Мы не любим.  Вот,  единственная наша беда:  мы нелюбящие.  Начните отбрасывать все,  что ощущаете как нелюбовь.  Любой подход,  любое слово,  которое говорили по привычке,  но теперь внезапно чувствуете,  что оно жестоко,  —  отбросьте его!

Всегда будьте готовы попросить прощения.  Очень немногие люди готовы на это.  Даже если кажется,  что они просят прощения,  это только видимость.  Может быть,  только социальная формальность. По-настоящему просить прощения  —  большое понимание.  Вы говорите что поступили неправильно  —  и не из одной только вежливости.  Вы что-то берете обратно;  берете обратно действие,  которое должно было случиться,  берете обратно слово,  которое произнесли.

Уберите все нелюбящее,  и,  по мере того как вы это делаете,  вы увидите многое  — суть не в том,  чтобы научиться любить.  Суть в том чтобы научиться не нелюбить.  Представьте ручей,  заваленный камнями:  только уберите камни,  и ручей потечет — есть камни или нет,  ручей остается на прежнем месте.

В каждом сердце есть любовь,  потому что сердце не может существовать без любви.  Любовь — самый пульс жизни.  Никто не может быть без любви  —  невозможно.  Вот одна из основополагающих истин:  любовь есть в каждом,  в каждом есть способность любить и быть любимым.  Но те или другие камни  — неправильное воспитание,  неправильные понятия,  хитрость,  коварство и тысяча и одна вещь  — не дают ручью течь.

Устраните нелюбящие действия,  нелюбящие слова,  нелюбящие жесты  — и вы вдруг поймаете себя на том,  что пришли в очень любящее настроение.  Будет много моментов,  когда вдруг вы увидите,  как что-то играет,  искрится внутри — это любовь,  проблеск любви.  И со временем такие моменты будут длиться все дольше.

x

75. Не растворимый кофе…

Любовь — не что-то такое,  что вы можете сделать;  но когда вы заняты чем-то другим,  любовь случается сама.

Есть простые вещи,  которые можно делать:  сидеть рядом,  глядя на луну,  слушая музыку…  —  непосредственно с любовью ничего сделать нельзя.  Любовь очень деликат
на,
хрупка.  Если вы станете на нее смотреть пристально и прямо,  она исчезнет.  Она приходит,  только тогда когда вы делаете что-нибудь другое,  застает вас врасплох.  Нельзя стремиться к ней прямо,  как стрела.  Любовь не мишень.  Это очень тонкое явление;  очень застенчивое.  Если вы пойдете напролом,  она спрячется.  Если вы сделаете что-то прямолинейное,  то не найдете ее.

Мир стал очень глупо относиться к любви.  Люди хотят ее немедленно.  Они хотят,  чтобы она была как растворимый кофе:  заказал  —  и готово.

Любовь — деликатное искусство;  она вне сферы ваших действий.  Иногда наступают эти редкие,  блаженные моменты…  словно веет нечто из запредельного.  Вы больше не на земле,  вы в раю.  Читая вместе книгу,  вы глубоко ею поглощены,  и вдруг оказывается,  что в вас обоих возникло новое качество существа.  Нечто окружает вас обоих будто бы аурой…  полный покой.  Но вы не делали ничего непосредственно:  только читали книгу или долго долго гуляли,  шли,  держась за руки,  против сильного ветра  — и вдруг это случилось…  Любовь всегда застает врасплох.

x

76. Близость

Люди совершенно забыли язык близости,  разучились что-то делать вместе…  или ничего не делать,  просто быть вместе.

Люди разучились просто быть.  Если им нечего делать,  они занимаются любовью.  Тогда ничего не происходит,  и мало-помалу они разочаровываются в самой любви.  Мужчина и женщина разные  —  не только разные,  противоположные люди;  они не могут подходить друг-другу.  И в этом красота:  когда они друг другу подходят,  это чудо,  момент волшебства.  Казалось бы,  они могут только друг — другу противоречить  — это естественно и понятно,  потому что у них разные умы.  Их точки зрения полярно противоположны.  Они ни в чем не могут прийти к согласию,  потому что у них разные образы действия,  разная логика.

Прийти в согласие,  в глубокую сонастроенность,  в глубокую гармонию  — это почти чудо.  Это своего рода Кохинор,  драгоценный бриллиант;  нельзя требовать,  что бы он лежал на дороге каждый день.  Нельзя требовать,  чтобы это чудо случалось по расписанию.  Его нужно дожидаться:  пройдут месяцы,  иногда годы,  и вдруг оно случится;  и всегда  — ни с того ни с сего,  беспричинно.

Не беспокойтесь — любовь позаботится о себе.  И не ищите любви,  иначе вы никогда ее не найдете.

x

77. Кипарис во дворе

Факт этого момента  —  и есть то,  в чем состоит истинная религия.  Если вам грустно,  ваша грусть  —  как кипарис во дворе.  Смотрите на нее…  просто смотрите.  Ничего больше не нужно делать.

Есть знаменитая история о дзэнском мастере Шу-Шу.  Один монах его спросил:
— Что такое истинная религия?
Была ночь полнолуния,  восходила луна.  Мастер долго молчал;  он ничего не говорил.  И вдруг он ожил и сказал:
— Посмотри на кипарис во дворе.
Дул чудесный прохладный ветер,  играл в листве кипариса,  и луна только только показалась над веткой.  Было невероятно красиво.  Красота была почти невероятной.
Но монах сказал:
— У меня был другой вопрос Я не спрашивал ни о кипарисе во дворе,  ни о красоте луны.  Я спросил что такое истинная религия.  Ты забыл мой вопрос?
Снова мастер долго молчал.  Потом он ожил и сказал:
— Посмотри на кипарис во дворе.
Истинная религия состоит здесь-и-сейчас.  Факт этого момента  —  и есть то,  в чем состоит истинная религия.  Если вам грустно,  ваша грусть  — как кипарис во дворе.  Смотрите на нее… просто смотрите.  Ничего больше не нужно делать.  Сам этот взгляд  раскроет многие тайны.  Откроются многие двери.

x

78. Ничего не делать

Если вы можете ничего не делать, это самое лучшее.

Чтобы ничего не делать, нужна большая храбрость. Чтобы что-то делать, большой храбрости не нужно, потому что ум всегда что-то делает; эго всегда хочет что-то делать — в этом мире или в мире ином, но эго всегда хочет что-то делать. Если вы что-то делаете, эго чувствует себя прекрасно и радуется; оно полно сил и здоровья.

Ничего не делать труднее всего на свете, и если вы можете ничего не делать, это самое лучшее. Сама идея, что мы должны что-то делать, ошибочна в основе. Мы должны быть, не делать. Когда я предлагаю людям что-то делать, это только чтобы им помочь узнать тщетность действия, чтобы однажды, выбившись из сил, они рухнули на землю и сказали: «Все! Мы не хотим ничего делать». Тогда начинается настоящая работа.

Настоящая работа — просто быть. Потому что все, что вам нужно, уже дано, и все, чего вы можете достичь,  уже достигнуто, — правда, вы этого еще не знаете… Нужно только быть в состоянии такого молчания, чтобы вы смогли снова упасть внутрь себя и увидеть, кто вы такой.

x

79. Завтра

Пока вы ищете, важно будущее, важна цель; когда вы не ищете, есть настоящее мгновение — и только оно. Будущего нет, и нельзя откладывать — вы не можете сказать: «Завтра я буду счастлив».

Завтрашним днем мы разрушаем сегодняшний; вымышленным мы разрушаем реальное. Вы можете сказать: «Да, сегодня мне грустно, но ничего — завтра я буду счастлив». Тогда сегодня можно стерпеть, можно вынести. Но если завтра нет, и нет будущего, и нечего искать и находить, и нет никакой возможности откладывать — само откладывание исчезает. Тогда от вас зависит, быть или не быть счастливым. Сейчас же, сию секунду вы должны решить! Не думаю, чтобы кто-нибудь решил быть несчастным. Зачем? Ради чего?

Прошлого больше нет, будущего никогда не будет. Сейчас — нужный момент. Вы можете его праздновать, можете использовать как угодно. И этот момент так мал, что, если только вы не будете очень бдительны, он выскользнет у вас из рук и его не станет. Следовательно, чтобы быть, нужно быть очень бдительным. Действие не требует бдительности; оно машинально.

И не говорите слова ждать — потому что это значит, что снова черным ходом вошло будущее. Если вы думаете, что нужно просто ждать, снова вы ждете будущего. Ждать нечего. Существование в этот миг совершенно, как никогда. Оно никогда не будет совершеннее.

x

80. Поклонение

Не нужно идти в церковь, или в храм, или в мечеть; где бы вы ни были, будьте блаженны, и храм будет с вами. Храм тонким образом создастся вашей энергией. Если вы блаженны, вы создаете вокруг себя храм.

То, что мы делаем в храмах, так фальшиво! Мы подносим Богу цветы, а они не наши — мы их крадем, отнимаем у растений. Они уже были поднесены Богу, когда цвели на ветвях. Вы их убили, разрушили нечто красивое, а теперь несете Богу эти погубленные вами цветы — и вам даже не совестно!

Я видел… особенно в Индии: люди не рвут цветов у себя в саду. Они рвут у соседей, и никто не может им помешать, потому что Индия — религиозная страна, и они рвут цветы в религиозных целях. Люди зажигают светильники и благовония, которые им не принадлежат; зажигают благовония и создают аромат, но этот свет и аромат — краденые.

Настоящий храм создается состоянием блаженства — и все эти вещи начинают случаться сами собой: если вы блаженны, вы найдете, что цветы поднесены, но это будут цветы вашего сознания; будет зажжен светильник, но это будет свет вашего внутреннего пламени; разнесется аромат, но аромат, принадлежащий самому вашему существу. Вот истинное поклонение!

x

81. Пламя без дыма

Когда вы видите свет,  будьте в поклонении.  Это храм.

Смотрите на тайны света.  Даже небольшой огонь — величайшая в мире тайна,  он является основой жизни.

Точно такой же огонь горит внутри вас.  Поэтому необходим кислород — огонь не может гореть без кислорода.  Поэтому йога так настаивает на глубоком дыхании:  вдыхайте больше и больше кислорода,  чтобы внутренняя жизнь горела ярче и пламя становилось яснее,  и в вас не было бы дыма — чтобы вы оставались пламенем без дыма.

x

82. Правильное и неправильное

Нет ничего правильного или неправильного.  Все зависит от точки зрения.

Одно и то же может быть правильно для одного человека и неправильно для другого,  потому что все в большей или меньшей мере зависит от самого человека.  Для одного и того же человека одно и то же может быть правильным в один момент и стать неправильным в другой,  в зависимости от ситуации.

Вас учили мыслить в категориях аристотелевой логики.  Одно правильно,  другое неправильно.  Вот белое,  вон черное. Здесь Бог,  там Дьявол.  Такая классификация ошибочна.  Жизнь не делится на черное и белое.  Большая ее часть ближе к оттенкам серого.

Если вы смотрите глубоко,  белое видится как одна крайность серого,  черное — как другая крайность,  но вся гамма полутонов между ними относится к серому.  Реальность состоит из полутонов — совершенно неизбежно,  потому что нигде в ней нет никакого разделения.  Нигде в ней нет герметичных перегородок.  Такая классификация глупа,  но она была привита вашим умам.

Правильное и неправильное постоянно меняются.  Что же делать?  Если кто-то захочет решить категорически,  он будет парализован; он не сможет двигаться.  Если вы хотите действовать,  только когда вам абсолютно ясно,  что правильно,  вы будете парализованы;  вы не сможете действовать.  Человек должен действовать,  и действовать в относительном мире,  где нет абсолютных решений,  поэтому не ждите их;  просто наблюдайте,  смотрите,  и если вы чувствуете,  что сделать так,  а не иначе, будет правильно, — делайте.

x

83. Умение слушать

Когда друзья предлагают совет,  слушайте внимательно.

Из всех искусств,  которым стоит научиться,  одно из величайших — умение слушать.  Слушайте очень внимательно.  Не будьте безразличны;  не слушайте других так,  будто хотите,  чтобы они замолчали,  не продолжаете слушать только из вежливости,  потому что они ваши друзья.  В этом случае лучше попросить их ничего не говорить — вам не хочется слушать.

Но когда вы слушаете,  слушайте по-настоящему — будьте открыты,  потому что друзья могут быть правы.  И даже если они не правы,  умение их выслушать вас обогатит.  Вы узнаете новые точки зрения,  а узнавать новое — всегда хорошо.  Итак,  слушайте внимательно,  но решение всегда принимайте сами.

С этим относительным пониманием все сразу становится ясно и просто.  Обычно люди очень категоричны.  Они мыслят в категориях абсолютного: вот истина,  а все,  что ей противоречит,  ошибочно.  Этот подход искалечил всю землю:  индуисты,  мусульмане,  христиане — все они борются друг с другом,  потому что каждый претендует на абсолютную истину.  Но никто не может на нее претендовать.  Истина не может быть чьей-нибудь монополией.

Жизнь безбрежна.  Бесконечны ее грани,  бесконечны ее пути познания.  Сколько бы мы ни знали,  все наше знание ограничено;  оно остается лишь одной из частей.

x

84. Может быть

Не будьте категоричны.  Чаще говорите «может быть…» и «возможно…»; предоставьте другим свободу решать за себя.

Следите за каждым словом,  которое произносите.  Так устроен наш язык,  так устроена наша манера говорить,  что,  вольно или невольно,  наши утверждения оказываются абсолютными и категоричными.  Не допускайте этого.  Чаще говорите: «Может быть…»  Не будьте категоричны.  Чаще говорите: «Возможно…» — предоставьте другим свободу решать за себя.

Попробуйте это делать и продолжайте эту практику месяц.  Вам понадобится большая бдительность,  потому что склонность говорить абсолютно и категорично вошла в привычку и глубоко укоренилась;  но,  если человек наблюдателен,  эту привычку можно оставить.  Тогда вы увидите,  что прекратятся споры,  и не нужно будет защищаться.

x

85. Соперничество братьев и сестер

Мать может любить одного ребенка больше, другого меньше.  Нельзя ожидать,  чтобы она любила всех детей абсолютно одинаково;  это невозможно.

Дети очень восприимчивы.  Они сразу видят,  что кого-то любят больше,  кого-то любят меньше.  Они знают:  как бы мать ни притворялась,  что любит всех одинаково,  это только видимость.  Так возникает внутренний конфликт,  борьба амбиций.

Все дети разные.  У кого-то есть талант к музыке,  у кого-то его нет.  У кого-то есть способности к математике,  у кого-то их нет.  Один ребенок физически красивее другого,  или,  может быть,  у него больше психологического обаяния,  а другому его недостает.  Возникает больше и больше проблем,  а нас учат быть вежливыми,  никогда не вести себя искренне.

Если бы детей учили быть искренними,  они поссорились бы один раз и забыли навсегда,  и всякие ссоры бы прекратились.  Они бы рассердились друг на друга,  подрались,  сказали бы что-нибудь обидное,  но потом все было бы забыто,  потому что дети очень легко избавляются от ненужного.  Если они сердятся,  они сердятся с таким жаром,  будто извергается вулкан,  но через секунду они уже  держатся за руки,  как ни в чем не бывало.  Дети очень просты,  и часто эту простоту им запрещают.  Им велят «хорошо себя вести»,  чего бы то ни стоило.  Им запрещают сердиться друг на друга:  «Ведь это твоя сестра! Это твой брат! Разве можно на него сердиться?»

Все эти случаи — гнев,  ревность и тысяча и одна рана — продолжают накапливаться.  Но если вы можете оставаться лицом к лицу в подлинном гневе и ревности,  если вы можете раз поссориться и покончить с этими чувствами,  возникнут глубокие любовь и сострадание.  И они будут настоящие.

x

86. Решения

Отвечайте на нынешнее мгновение.  Это и есть ответственность.

Кто-то предлагает вам пожениться;  вы не знаете,  согласиться или отказаться,  и идете гадать на Книге Перемен.

Речь идет о вашей жизни — зачем предоставлять решение вашей судьбы кому-то,  написавшему книгу пять тысяч лет назад? Лучше решить самому.  Даже если вы ошибетесь и поступите неправильно,  все равно лучше решить самому.  И даже если вы все сделаете правильно и ваша жизнь сложится лучше благодаря Книге Перемен,  все равно будет нехорошо,  потому что вы уходите от ответственности.

В ответственности человек растет.  Примите ответственность на себя.  Есть много способов ее избегать:  кто-то передает ответственность Богу,  кто-то — судьбе,  кто-то — Книге Перемен.  Но мы становимся духовными,  только когда принимаем весь груз ответственности на собственные плечи.
Ответственность огромна,  и ваши плечи слабы — я знаю.  Но когда вы примете ответственность на себя,  плечи станут сильнее.  Нет другого способа стать сильнее и расти.

x

87. Как порыв ветра

…Он уходит точно так, как пришел; нельзя его удержать, нельзя за него ухватиться.

Порыв ветра приходит,  как шепот. Он не поднимает шума, не объявляет о своем прибытии, он приходит безмолвно и неслышно, вдруг — он здесь! И точно так приходит Бог… — приходит истина… — приходит блаженство… — приходит любовь: все они являются, как шепот ветра, без барабанов и труб. Они приходят внезапно, даже не назначив встречи, даже не спросив у вас позволения войти. Точно как порыв ветра: мгновением раньше его не было, в этот миг он здесь.

И еще одно: он уходит точно так, как пришел; нельзя его удержать, нельзя за него ухватиться. Радуйтесь ему, пока он с вами, а когда он уйдет, отпустите. Будьте благодарны, он пришел. Не таите обиды, не жалуйтесь. Если его не стало, его больше нет — и ничего нельзя с этим сделать.

Но все мы пытаемся цепляться. Когда приходит любовь, мы счастливы, но когда она уходит, нам очень больно. Это очень бессознательно, неблагодарно… Непонимание. Помните: любовь ушла точно так же, как и пришла. Она не просила позволения, прежде чем прийти… зачем же теперь ей спрашивать позволения, чтобы исчезнуть? Она была даром запредельного, таинственным даром, и столь же таинственно должна исчезнуть. Если принимать жизнь как порыв ветра, не будет никакого стремления цепляться, никакой привязанности — одержимости. Человек просто остается открытым, и что бы ни случилось — все хорошо.

x

88. Равновесие в работе

Лучше всего, если получается работать в мире, но не теряться в этой работе. Работайте пять или шесть часов, потом забывайте о работе полностью. Уделяйте по меньшей мере  два часа своему внутреннему росту, несколько часов — отношениям, любви, детям, друзьям, обществу.

Ваша профессия должна быть только одной из частей жизни. Она не должна вторгаться в другие измерения, как это бывает обычно. Доктор остается доктором чуть ли не все двадцать четыре часа. Он думает о работе, он о ней говорит. Даже за едой он остается доктором. Даже занимаясь любовью, он остается доктором. Это безумие, это патологично. Чтобы избежать такого рода безумия, люди выбирают бегство: они становятся круглосуточными искателями. Снова они совершают ту же ошибку — ошибочно быть кем угодно двадцать четыре часа в сутки.

Моя задача состоит в том, чтобы помочь вам быть в мире и в то же время оставаться искателем. Конечно, это трудно, потому что ситуаций и вызовов будет больше. Трудно будет совмещать то и другое, потому что вы столкнетесь с множеством противоречивых ситуаций. Но в противоречивых ситуациях человек растет. В этом хаосе, в столкновении противоречий возникает цельность. Я предлагаю, чтобы работа длилась пять или шесть часов; оставшееся время используйте для другого: для сна, для музыки, для поэзии, для медитации, для любви — или просто чтобы валять дурака. Это тоже необходимо. Если человек становится слишком мудрым и больше не может валять дурака, он становится тяжелым, мрачным, серьезным. Он лишается радости жизни.

x

89. Несчастные случаи

Всегда думайте о положительной стороне вещей: произошел несчастный случай, но вы остались в живых — значит, вы его победили.

Не обращайте слишком много внимания на несчастные случаи; лучше сосредоточьте внимание на том, что вы остались в живых. Вот что важнее. Вы победили несчастные случаи, остались живы, поэтому беспокоиться не о чем. Всегда думайте о положительной стороне вещей: произошел несчастный случай, но вы остались в живых — значит, вы его победили, преодолели. Вы проявили характер, доказали, что вы сильнее несчастного случая.

Но я могу понять и страх, если подобные вещи происходят снова и снова. Вы падаете в колодец — или что-нибудь в этом роде — и в уме, естественно, появляется страх смерти. Но смерть случится в любом случае, упадете вы в колодец или нет! Если вы хотите избежать гибели, самое опасное место, которого следует всеми силами избегать, — ваша собственная постель, потому что девяносто девять процентов людей умирает именно в постели… и почти никто — в колодце!

Смерть случится в любом случае; как она случится — неважно. И если уж выбирать между постелью и колодцем, я бы сказал, что колодец куда лучше — в нем есть нечто эстетичное…

x

90. Страх смерти

Не нужно бояться смерти. Смерть придет — это единственное, что в жизни определенно. Все остальное неопределенно; зачем беспокоиться о единственном, что в жизни определенно?

Смерть абсолютно определена. Умирает сто человек из ста — не девяносто девять процентов, все сто. Никакой научный рост, никакие прорывы медицинской науки ничего не меняют в том, что касается смерти: сто процентов людей умирает точно так же, как умирало тысячу лет назад. Всякий, кто родился, умирает; исключений нет.

Таким образом, мы можем не заниматься смертью; она случится, и когда бы она ни случилась, это приемлемо. Какая разница, как именно она случится — погибнете вы в аварии или тихо умрете на больничной койке? Если вы видите тот факт, что смерть определена, остаются только формальности — как умереть, когда умереть… Единственное, что имеет значение, — человек умирает. Мало-помалу вы примете этот факт. Смерть должна быть принята. Нет смысла ее отрицать; никому и никогда не удавалось ее предотвратить. Расслабьтесь! Пока вы живы, всецело радуйтесь жизни; когда придет смерть, всецело радуйтесь смерти.

x

91. Телевизор

Весь секрет медитации в том, чтобы не быть ни за, ни против, но оставаться безмятежным, спокойным, без всяких пристрастий и предубеждений, без всякого выбора.

Метод медитации прост. Ваш ум — как экран телевизора. Проходят воспоминания, проходят образы, мысли, желания, проходит тысяча и одна вещь; час пик продолжается непрерывно — почти как на индийских дорогах: нет никаких правил движения, и каждый едет, куда ему хочется. Ум нужно наблюдать без всякой оценки, без всякого суждения, без всякого выбора — просто беспристрастное наблюдение, словно происходящее не имеет к вам никакого отношения, и вы только оказались свидетелем. Это и есть невыбирающая осознанность.

Если вы выбираете, если вы говорите: «Какая хорошая мысль — дай-ка я буду ее думать» или: «Этот сон красивый, продлим-ка его еще немного», — вы выбираете, вы теряете свидетельствование. Если вы говорите: «Ой, как нехорошо!., безнравственно!., грешно! Нужно немедленно прекратить», — и начинаете бороться, вы снова теряете свидетельствование. Свидетельствование теряется двумя способами: в позиции за или в позиции против. И весь секрет медитации в том, чтобы не быть ни за, ни против, но оставаться безмятежным, спокойным, без всяких пристрастий и предубеждений, без всякого выбора. Если хотя бы на несколько мгновений у вас получится такое свидетельствование, вы сами не поверите, какой оно принесет экстаз.

x

92. Простота сердца

Быть простым — значит переместиться из головы в сердце.

Ум очень коварен, он никогда не прост. Сердце никогда не коварно, оно всегда просто. Быть простым — значит переместиться из головы в сердце.

Мы живем головой. Поэтому наша жизнь становится все более запутанной и похожей на головоломку, в которой ничто, кажется, не хочет становиться на место. И чем более мы мудрствуем, тем более запутываемся. Вот вся наша история: мы становимся все более и более сумасшедшими.  Земля почти стала сумасшедшим домом. Пришло время — если человечество вообще хочет выжить — случиться великому сдвигу: мы должны переместиться из головы в сердце. Голова уже подготовила почву для самоубийства. Она создала столько несчастья, столько скуки, столько бед, что самоубийство кажется единственным выходом. Вся Земля готовится к самоубийству. Глобальному самоубийству может помешать только чудо. И вот какое это будет чудо — если чудо случится, оно будет следующим: произойдет великий сдвиг, радикальная перемена в самом нашем мировоззрении — мы начнем жить сердцем. Мы отбросим всю вселенную ума и начнем все заново, как маленькие дети. Живите сердцем. Больше чувствуйте, меньше думайте; будьте более чувствительны и менее логичны. Пусть в вас будет больше сердца — и ваша жизнь станет сущей радостью

x

93. Бессознательное

Бессознательное в девять раз больше сознательного, поэтому все приходящее из бессознательного так ошеломляет. Вот почему люди боятся эмоций и чувств. Они сдерживают чувства, боятся, что они создадут хаос. Эмоции и чувства действительно создают хаос — но хаос красивый!

Порядок нужен, но нужен также и хаос. Когда нужен порядок, наведите порядок, воспользуйтесь сознательным умом; когда нужен хаос, дайте свободу бессознательному уму, и пусть будет хаос. Целый человек, тотальный человек — тот, кто способен к обоим состояниям, кто не позволяет сознательному вторгаться в бессознательное, а бессознательному вторгаться в сознательное. Есть вещи, которые можно делать только сознательно. Например, если вы занимаетесь арифметикой или научной работой, вы можете это делать только сознательно. Но не в любви, не в поэзии — они приходят из бессознательного. Нужно будет отложить сознательное в сторону.

Сознательное пытается сдерживать порывы бессознательного, потому что боится: кажется, на свободу рвется что-то огромное — приливная волна. Сможет ли оно выжить? И оно пытается его избежать, от него спрятаться. Но это неправильно. Так люди становятся бесцветными и мертвыми. Все родники жизни — в бессознательном.

x

94. Эластичность

В некоторые моменты человек должен быть расслаблен, полностью расслаблен и дик, отбросив все цивилизованные формальности.

Однажды случилось так, что великий китайский император пришел встретиться с дзэнским мастером и застал мастера хохочущим и катающимся по полу; его ученики тоже хохотали — должно быть, он сказал или сделал что-то смешное.

Император смутился. Он не мог поверить своим глазам — так непочтительно было их поведение; он не смог удержаться, чтобы этого не высказать.

— Это невежливо! — сказал он. — И не подобает великому мастеру. Должен соблюдаться определенный этикет. А ты катаешься по полу и хохочешь, как сумасшедший.

Мастер посмотрел на императора, у которого был с собой лук — в те времена люди носили с собой лук и стрелы. Он сказал:

— Скажи мне: ты всегда держишь лук натянутым, согнутым, напряженным или иногда все же его ослабляешь?

— Если держать лук всегда натянутым, — сказал император, — он потеряет эластичность и будет никуда не годен. Его нужно ослаблять, чтобы, когда он понадобится, сохранилась эластичность.

— То же самое делаю и я, — сказал мастер.

x

95. Сила

Если уязвимость растет вместе с силой, можно не опасаться злоупотребления.

Люди решили жить по минимуму, чтобы ничем не рисковать. Когда у вас есть сила, велика опасность, что вы примените эту силу. Если у вас есть спортивная машина, которая может развить скорость до двухсот миль в час, возникает риск, что однажды вы решите разогнаться до такой скорости. Вызовом становится сама эта возможность. И люди выравнивают жизнь по наименьшему знаменателю, потому что, если они узнают, насколько могут вырасти в силе, какими могут стать сильными, будет трудно устоять перед искушением. Искушение будет слишком сильным, им захочется дойти до самого конца.

Патанджали, основатель йоги, в своих Сутрах Йоги написал о силе целую главу, чтобы помочь каждому искателю осторожно ступать по этой почве, потому что доступными становятся огромные силы и возникнет огромная опасность.

Но я смотрю совершенно по-другому. Если вместе с силой растет уязвимость, бояться нечего. Если растет только сила — без уязвимости — страх оправдан; значит, что-то разладилось. Этого боится Патанджали — потому что его методология не поддерживает уязвимость. Она дает силу, но не дает уязвимости. Она делает человека сильнее и сильнее, но это сила стали, не сила розы.

x

96. Два крыла

Отношения — не что-то такое, что возникает как гром среди ясного неба. Вы должны помочь им случиться.

В том, что касается отношений, ответственность можно всегда возложить на других: никто к вам не приходит, никто вас не достоин, никто не внушает вам чувств — что вам остается? Но все эти вещи глубоко взаимосвязаны: если вы движетесь в отношения, то начинаете чувствовать; если вы чувствуете, то больше движетесь в отношения. Все эти вещи помогают друг другу; и нужно с чего-то начать.

В мире так много красивых людей, которые открыты: каждый ищет любви, стремится к любви. Будьте открыты сами. Будьте немного более доступны; иначе ничего не получится.

С медитацией приходит глубокая потребность в любви. Любовь и медитация — как два крыла; нельзя летать с одним крылом. Если медитация продвигается хорошо, вдруг вы увидите, что вам недостает любви. Если хороша любовь, вдруг вы увидите, что недостает медитации. Если ни то, ни другое не хорошо, ничего не требуется: человек может довольствоваться своим несчастным, закрытым состоянием. Но когда начинает двигаться одно крыло, возникает потребность в другом.

x

97. Момент для любви

Любовь нужно лелеять, медленно смаковать, чтобы она пропитала все ваше существо и стала таким захватывающим опытом, будто вас больше нет… Не «вы занимаетесь любовью» — вы есть любовь.

Любовь может вырасти и окружить вас облаком энергии; любовь может вырасти за пределы вас и возлюбленного — возлюбленной, чтобы вы оба в ней исчезли. Но для этого нужно уметь ждать. Ждите нужного момента, и вскоре вы научитесь его улавливать. Пусть энергия скопится, и пусть все произойдет само собой. Мало-помалу вы научитесь осознавать, когда возникает такой момент. Вы начнете видеть его симптомы, предшествующие ему симптомы, и тогда никаких трудностей не будет.

Если не приходит момент, когда вы естественно ныряете в физическую любовь, тогда ждите; торопиться некуда. Западный ум слишком торопится — даже занимаясь любовью: будто это какое-то дело, которое нужно побыстрее выполнить и закончить. Это совершенно неправильный подход.

Нельзя управлять любовью. Она случается, когда случается. Если она не случается, беспокоиться не о чем. Не идите на поводу у эго… очередное свойство западного ума: мужчина думает, что должен любой ценой показать свои поразительные способности, иначе он не настоящий мужчина. Глупость, идиотизм. Любовь — нечто трансцендентальное. Она не поддается организации и управлению. Те, кто пытается ею управлять, лишаются всей ее красоты. Тогда, самое большее, реализуется ее сексуальная сторона, но более глубокие и тонкие ее царства остаются недоступны.

x

98. Движение и покой

На периферии продолжается танец, в центре — абсолютная тишина.

Медитация — это не просто когда вы закрываете глаза и сидите в молчании. Фактически, глубоко внутри — когда Будда сидит в молчании под своим деревом бодхи, совершенно неподвижно — глубоко внутри него продолжается танец, танец сознания. Конечно, этот танец невидим, но он есть, потому что ничто не остается в покое. Покой — нереальное слово; в реальности ему ничто не соответствует.

Все зависит от нас: мы можем сделать свою жизнь беспокойной или танцующей. Покой не в природе вещей, но мы можем быть беспокойны хаотически — это принесет страдание, это невроз, это безумие; или же можно подойти к энергии творчески, и тогда беспокойность будет больше не беспокойна. Парадокс в том, что когда танцор входит в танец тотально — полностью, без остатка, — приходит покой… случается невозможное… центр циклона.  Никаким другим путем достичь покоя нельзя. Когда танец тотален… — покой случается лишь тогда.

И в этом танце есть центр. Танец не может продолжаться без центра. Периферия танцует, окружность танцует… единственный способ узнать центр — это полностью стать танцем. Лишь тогда, по контрасту с танцем, человек внезапно осознает нечто безмолвное и исполненное покоя.

x

99. Логика

Современный ум стал слишком рациональным; он запутался в сетях логики. Многое оказалось подавленным, потому что логика — диктаторская, тоталитарная сила. Если логика захватывает над вами власть, она многое убивает.

Логика — как Адольф Гитлер или Иосиф Сталин; она не позволяет существовать ничему себе противоположному; а эмоции противоположны логике. Любовь, медитация — они противоположны логике. Религия противоположна рассудку. И рассудок безжалостно с ними расправляется, убивает, искореняет. И вдруг вы видите, что жизнь стала бессмысленной — потому что всякий смысл иррационален.

Сначала вы следуете логике и убиваете в жизни все, что могло придать ей смысл. Потом, убив все это, вы чувствуете себя победителем, но внутри становится пусто. У вас в руках ничего не осталось, только логика. А что делать с логикой? Ее нельзя есть. Ее нельзя пить. Ее нельзя любить. Ею нельзя жить. Просто бесполезный хлам!

Если у вас интеллектуальные склонности, вам придется трудно. Жизнь проста, не интеллектуальна. Вся беда человечества — в метафизике. Жизнь столь же проста, как проста роза — в розе нет ничего сложного — и столь же таинственна. Но, хотя в ней нет ничего сложного, ее нельзя постичь посредством интеллекта. В розу можно влюбиться, можно вдохнуть ее аромат, можно ее коснуться, можно ее почувствовать — можно даже ею стать — но если попытаться разобрать ее на части, в руках останется только мертвое.

x

100. Низкая энергия

Не думайте, что когда энергия низкая, это плохо. Нет и ничего замечательного или особенно правильного в высокой энергии.

Энергию можно использовать как разрушительную силу. Именно это делали во все века «высокоэнергетичные» люди; мир никогда не страдал от людей с низкой энергией. Более того — они были самыми невинными. Они никогда не становились Гитлерами, Сталиными или Муссолини. Они не разжигали мировых войн. Они не пытались завоевать мир. Они не амбициозны. Они не умеют воевать, не стремятся стать политиками. Низкая энергия нехороша только когда превращается в равнодушие. Пока она положительна, в ней нет ничего плохого. Они — высокая и низкая энергии — различаются точно так, как различаются крик и шепот. Бывают моменты, когда кричать глупо и уместен только шепот. Некоторые люди настроены на волну крика, некоторые настроены на волну шепота.

x

101. Единственный долг

Человек должен всегда поддерживать в себе только одно свойство — и это его единственный долг — быть счастливым.

Сделайте счастье своей религией. Если вы не счастливы, наверное, что-то разладилось и необходима какая-то радикальная перемена. Пусть все определяется счастьем.

Я гедонист. И счастье — единственный критерий, который есть у человечества. Никакого другого критерия нет. Счастье показывает, что все в жизни движется должным курсом. Несчастье дает указание, что то или другое в жизни разладилось и в чем-то необходима радикальная перемена.

x

102. Проложить дорогу

Когда случается прорыв, возьмите себе за правило: снова и снова проживайте его заново, вспомните его, просто сидя в молчании; и не только вспомните — проживите заново.

Начните чувствовать себя так же, как когда случился прорыв. Пусть вас окружат его вибрации. Двигайтесь в то же пространство, позвольте ему случиться, чтобы мало-помалу он стал для вас совершенно естественным. Вы приобретете способность возвращать его себе в любой момент.

Ценных прорывов будет множество, но они требуют развития; иначе они останутся только воспоминаниями, и вы потеряете связь с их миром и не сможете больше в него двигаться. Однажды вы сами в них усомнитесь. Может быть, вы подумаете, что это вам только приснилось, было вызвано гипнозом или каким-нибудь фокусом ума. Так человечество теряет множество ценных опытов.

Каждый переживает в жизни красивые состояния. Но мы никогда не пытаемся проложить к этим красивым состояниям дорогу, чтобы переживание их стало столь же естественно, как естественно есть, принимать душ или спать; чтобы мы могли возвращаться в такое состояние каждый раз, как закрываем глаза.

x

103. Почти безумие

Стать искателем значит почти сойти с ума – в том, что касается мира. Да, вы входите в безумие. Но это безумие – единственно возможное здоровье ума и души!

Наше несчастье в том, что мы забыли язык любви. И причина та, что мы слишком отождествились с рассудком. В рассудке нет ничего ничего неправильного, но у него есть тенденция к монополии. Он опутывает все ваше существо. Тогда чувство страдает – чувство не получает питания и умирает; и постепенно вы забываете о чувстве. Оно сжимается и сжимается, и мертвое чувство становится мертвой тяжестью; мертвое чувство становится мертвым сердцем.

Тогда человек кое-как продолжает жить – но только «кое-как». Без всякого очарования, без всякого волшебства, потому что без любви не бывает волшебства. Без поэзии жизнь остается прозаической и плоской. Да, в ней есть грамматика, но нет песни. В ней есть структура, но она бесплотна.

Риск перехода от рассудка к чувству, попытки восстановить равновесие – только для тех, кто действительно храбр, только для сумасшедших, — потому что цена, которую нужно заплатить за вход, не больше не меньше как ваш расчетливый ум, управляемый логикой ум, математически выстроенный ум.

Когда этот подход отброшен, проза отходит на второй план и в центре оказывается поэзия; в центре больше не целеполагание, но игра; в центре больше не деньги, но медитация; в центре больше не власть, но простота, непривязанность, радость жизни…почти безумие.

x

104. Изменить мир

Вы есть ваш мир; поэтому, изменяя свой подход к миру, вы тем самым изменяете весь мир, в котором существуете.

Мы не можем изменить мир — сделать то, что так безуспешно пытались осуществить политики всех веков. Мир можно изменить единственным способом: измените собственное видение — и вдруг вы окажетесь в другом мире.

Все мы живем не в одном и том же мире, мы друг другу не современны. Кто-то, может быть, живет в прошлом — как он может быть современным вам? Может быть, он сидит рядом с вами, но думает о прошлом; значит, он вам не современен. Кто-то может быть в будущем, которого еще нет. Может ли он быть вам современен?

Современны друг другу только двое людей, живущих в сейчас; но в сейчас их самих больше нет — потому что человек есть прошлое и будущее. Настоящее нам не принадлежит, не имеет с нами ничего общего. Когда двое людей абсолютно здесь и сейчас, их нет — есть только Бог. Мы живем в одном и том же мире только когда живем в Боге. Может быть, вы живете друг с другом много лет, но вы живете в своем мире, ваша жена или муж — в своем, и эти два мира постоянно сталкиваются. Со временем люди учатся избегать столкновений. Вот что мы называем «жить вместе»: умение избегать столкновений, избегать острых углов. Вот что мы называем семьей, обществом, человечеством… сплошная подделка! Нельзя жить с мужчиной или с женщиной, если вы оба не живете в Боге. Нет другой любви, нет другой семьи, нет другого общества.

x

105. Жизнь без плана

В существовании нет ничего запланированного. Жизнь без плана очень красива, потому что в будущем всегда ждет что-то неожиданное.

Будущее не просто повторяет прошлое; всегда происходит что-то новое, и ничего нельзя принимать как должное.

Некоторые люди живут буржуазной жизнью. Буржуазная жизнь значит: вставать в семь тридцать, завтракать в восемь, в восемь тридцать садиться в автобус и ехать в город, возвращаться домой в пять тридцать, пить чай, читать газету, смотреть телевизор, ужинать, заниматься любовью — без всякой любви — и отходить ко сну. И на следующий день — опять то же самое. Все определено и установлено, ничего неожиданного не происходит; будущее становится не более чем многократным и бесконечным повторением прошлого. Естественно, нет никаких страхов. Вы делали все это столько раз, вы так хорошо набили руку. Вы сможете проделать все это снова.

С новым приходит страх, потому что никогда нельзя знать — получится ли? Все всегда как в первый раз, и человеку не по себе, и нет уверенности, удастся ли справиться. Но в самом этом трепете, в самом приключении и состоит жизнь — давайте лучше скажем живое бытие, не жизнь, потому что слово жизнь тоже стало бесцветным и безжизненным — живой, струящийся поток бытия.

x

106. Чужестранка-любовь

Только дурак знает, что такое любовь, потому что любовь есть своего рода безумие.

Может быть, вы никогда не знали вершин любви — и испытываете глубокую жажду… Вы любили, но ваша любовь никогда не была чужестранкой — никогда не была фантасмагорией, никогда не была такой, словно свалилась с неба… Она была ни теплой, ни холодной. Она не была пожирающим пламенем. Вы любили, но в любви ваша жизнь не рушилась до основания; вы справлялись с любовью и оставались в целости. Вы всегда с ней хитрили, никогда не оставались в дураках. Но только дурак знает, что такое любовь, потому что любовь есть своего рода безумие.

Если вы слишком хитрите, вы позволите любви дойти лишь до определенной черты — там вы остановитесь. Каждый фибр ума говорит: «Стой. Преступать эту черту опасно». Любовь знает только один опыт, который дает удовлетворение, — это опыт восхождения к самой вершине, к высочайшей из вершин… Хотя бы однажды. Тогда происходит глубокая перемена в энергии. Знать любовь в кульминации хотя бы однажды достаточно. Тогда больше не нужно снова и снова в нее двигаться. Этот опыт изменяет все ваше существо. Не хитрите. Забудьте о ловкости; пусть лучше у вас в голове дует ветер!

x

107. Ветер в голове

Лао-цзы говорит: «У меня в голове дует ветер. Всем все ясно, только мне ничего не ясно; все вокруг так разумны, и я здесь единственный глупец».

Лао-цзы говорит, что в жизни он не расчетлив, в жизни он живет — живет, как звери и птицы, живет, как деревья. Он живет просто, не раздумывая, что такое жизнь и куда она ведет. Куда бы она ни вела, все хорошо; хорошо, даже если она никуда не ведет.

Отложите ум в сторону. Будет трудно, но у вас получится. Одна из критических проблем современного ума — отложить в сторону собственную ловкость. Вам нужно быть немного более дикими. Это принесет глубокую невинность, это даст готовность нырнуть в глубокую любовь. Необязательно, чтобы эта любовь была обращена к кому-то в частности, но она должна быть просто страстной любовью — все равно, к жизни ли, к существованию или к человеческому существу. Любовь может быть к живописи, к поэзии, к танцу, к музыке, к драме — к чему угодно, — но пусть она будет великой, страстной любовью, которая становится всей вашей жизнью и поглощает вас без остатка: вы сливаетесь со своей любовью в одно целое. Она будет для вас трансформацией.

Будет страшно, но не выбирайте страх. Те, кто выбирают страх, разрушают себя. Пусть будет страшно — вопреки всем страхам двигайтесь в любовь.

x

108. Заколдованный круг ограничения

Если мы убеждены в собственной ограниченности, то и действуем как ограниченные человеческие существа. Отбросив это дурацкое убеждение, мы сразу же начинаем действовать как существа без ограничений.

Вы очертили вокруг себя круг… Так делают цыгане. Они постоянно движутся — это кочевой народ. Когда старшие приходят в город, они очерчивают круг вокруг детей и говорят: «Сядьте и сидите. Вы не можете выйти: круг волшебный». И цыганский ребенок не может выйти — невозможно!  Потом он становится взрослым, становится стариком; и даже тогда, если его отец очертит крут, старик не сможет из него выйти. Он верит — а если верить, заклятье действует.

Вы скажете, что с вами ничего подобного не получится. Если кто-то очертит вокруг вас круг, вы тут же из него выпрыгнете — ничего не получится. Но этот старый цыган — он был обусловлен с самого детства. Для него заклятье действует, для него оно реально, — потому что реально то, что действует. Нет другого критерия реальности.

Таким же образом, любое ограничение — это идея. Люди держатся ошибочных убеждений и вследствие этого ошибочно действуют. Они сталкиваются с убеждением и продолжают его подчеркивать: «Из-за него я действую ошибочно». Заколдованный круг замыкается. Они становятся еще более ограниченными. Оставьте эту идею и забудьте о ней — это только круг, который вокруг вас очерчен; вы очертили его сами, или вам помогли другие.

x

109. Выше секса

Люди совершенно забыли, что секс ничтожен в сравнении с тем слиянием, которое происходит с влюбленными, когда они просто лежат рядом, в глубокой любви, в глубоком благоговении, в молитве.

Когда физическая энергия не вовлечена в секс, она достигает больших высот. Она может достичь высочайшей возможной точки — самадхи, пробуждения. Но люди совершенно забыли; они думают, что все кончается на сексе. Секс только открывает начало. Прежде чем любить, лежите рядом и чувствуйте любовь, и вы будете испытывать более тонкие и глубокие оргазмы. Так, мало-помалу, возникает то, что известно как целибат, безбрачие; то, что в Индии мы называем брахмачарьей. Но безбрачие, подлинное безбрачие, не против секса: оно выше секса, оно глубже секса. Оно больше секса. Оно дает все, что только может дать секс, — и больше. Если вы умеете использовать энергию на таком высоком уровне, кому нужны более низкие состояния? Никому!

Я не говорю, что нужно отбросить секс. Я говорю только, что иногда можно позволить себе чистые, любящие состояния, в которых секс не играет главной роли; без них вы слишком прикованы к земле и не можете лететь в небо.

x

110. Связующая нить

Вот работа медитирующего: найти связующую нить.

Мир, подобно реке, постоянно течет и меняется; он течет и струится, но за его течением, за его изменчивостью, за его потоком должна скрываться некая нить, связующая все сущее в единое целое. Изменчивость невозможна без чего-то такого, что оставалось бы абсолютно неизменным. Изменчивость возможна лишь при наличии элемента неизменного: иначе все распалось бы на части.

Жизнь подобна гирлянде: за цветами вам не видна связующая нить, но она есть, и именно она удерживает цветы в гирлянде. Если бы нити не было, цветы бы рассыпались; была бы груда цветов, но не было бы гирлянды. А существование не лежит грудой; оно свивается изысканным кружевом. Вещи меняются, но некий неизменный элемент — по ту сторону всего — блюдет космический закон. Этот космический закон называется также садашива, вечная божественность, неизменная божественность, божественное вне времени… И работа медитирующего — найти связующую нить.

Есть только два вида людей: первые слишком очаровываются цветами и забывают нить. В их жизни не может быть никакой долговременной ценности или смысла, потому что все, что они делают, исчезает. Сегодня они что-то делают; завтра сделанного не станет. Они строят замки из песка и пускают бумажные кораблики. Люди второго вида ищут связующую нить и посвящают всю жизнь тому, что остается вечным; они никогда не остаются в проигрыше.

x

111. Знание

Самое важное, что следует помнить: знание — не мудрость и не может быть мудростью; более того — оно противно мудрости; это преграда на пути возникновения мудрости.

Знание — фальшивомонетчик, притворщик. Оно притворяется, что знает. Оно ничего не знает, но способно одурачить — и дурачит миллионы — так тонко, что человек, не обладая поистине великим разумом, никогда не осознает этого факта. Корни знания глубоки, потому что нас растили на нем с самого детства.

Знать — значит собирать сведения, собирать информацию, собирать данные. Но это вас не меняет: вы останетесь прежним, только информационная коллекция становится больше и больше. Трансформирует мудрость… Мудрость, по существу, — не просто информация, но информация: интроспективная формация, новая форма внутреннего существа… трансформация, преображение… рождающее новое качество видения, познания, бытия. И как раз поэтому возможно, чтобы человек не был знающим, хорошо информированным, но все же был мудр; и также возможно, чтобы прекрасно информированный человек все же совершенно не был мудр.

По существу, это и случилось в мире: люди стали более образованными, более грамотными. Образование доступно повсеместно, и каждый стал знающим, а мудрость была утрачена. Знание в дешевых переплетах стало так доступно… Кто заботится о мудрости? Мудрость требует времени, энергии, увлеченности, преданности.

x

112. Смелость

Вас учили очень эгоистическим идеалам — «Будь смелым!» Какой вздор! Как может разумный человек избежать страха?

Боится каждый — неизбежно. Жизнь устроена так, что каждому приходится в жизни испытывать страх. И люди, которые становятся бесстрашными, становятся бесстрашными не благодаря развитию смелости — потому что смелые только подавляют страх; они не бесстрашны в настоящем смысле слова.

Человек становится бесстрашным, принимая все свои страхи. Никакая смелость здесь не при чем. Нужно просто рассмотреть факты жизни и осознать, что страхи естественны… И принять их! Трудности возникают, когда вы хотите их оттолкнуть. Вас учили очень эгоистическим идеалам — «Будь смелым!» Какой вздор! Как может разумный человек избежать страха? На вас едет автобус, водитель изо всех сил сигналит, а вы стоите столбом посреди дороги и ничего не боитесь! Или на вас бросается разъяренный бык, а вы смело не двигаетесь с места!.. Вести себя подобным образом глупо. Разумный человек отскочит в сторону. Если же на дороге никого нет, но все равно вы в страхе убегаете, значит, что-то не в порядке. В остальных случаях страх естественен.

Не ждите, чтобы в жизни не было страхов. Вы узнаете, что девяносто процентов ваших страхов рождены воображением; но около десяти процентов из них реальны, и их следует принять. Будьте более чутки, чувствительны и бдительны — этого достаточно. Вы осознаете, что можете использовать страхи, чтобы на них опереться и сделать следующий шаг.

x

113. Перемены

Вот мое наблюдение: человек никогда не должен прилагать усилия, чтобы что-либо изменить — потому что от самого усилия все только усложняется, вместо того чтобы стать проще.

Ваш ум к чему-то привязан, и тот же самый ум пытается стать непривязанным. Самое большее, ему удастся подавить привязанность, но настоящей непривязанности так никогда не получится. Чтобы пришла настоящая непривязанность, ум должен понять, почему существует привязанность. Не нужно торопиться ее отбрасывать; лучше посмотрите, почему она существует. Просто загляните в ее механизм, поймите, как она устроена, как она вошла в вашу жизнь: какого рода неосознанность, какого рода обстоятельства помогли ей возникнуть. Поймите все, что ее окружает. Не торопитесь ее отбрасывать, потому что те, кто торопится отбросить, не уделяют достаточно времени, чтобы понять, что это такое.

Поняв, вы вдруг видите, что привязанность выскальзывает у вас из рук и нет никакой надобности ее отбрасывать. Ничто не имеет иной причины, кроме непонимания. Что-то не было понято, поэтому оно существует. Поймите как следует, и оно исчезнет. Все, что затрудняет вам жизнь, похоже на темноту. Внесите свет — и один только свет, потому что самого присутствия света достаточно, чтобы темнота не могла более существовать.

x

114. Понимание

Главная проблема — почему вы есть? — исчезнет, только когда вы достигнете самого центра своего существа, не раньше.

Без глубокой медитации понимание не придет. Его не может вам дать никто другой; вы должны его заслужить… тяжелыми усилиями, борьбой, жертвой вы должны его заслужить, и только тогда проблемы исчезнут.

Главная проблема — почему вы есть? — исчезнет, только когда вы достигнете самого центра своего существа, не раньше. В этом центре вы узнаете, что были всегда. Вопрос «почему?» отпадает. Вы были всегда, были в разных формах. Формы менялись, но вы были всегда.

Формы будут продолжать меняться, но вы будете всегда. Вы составляете часть этого целого. Река впадает в океан, и снова воды океана поднимаются и становятся облаками. Снова они становятся рекой, и река впадает в океан, потом океан снова становится облаками… Процесс продолжается — будто вращается колесо. Вы были много раз. Вы будете много раз. По сути, вы были вечность и будете вечность. В существовании нет начала, нет конца — оно вечно.

Я могу вам сказать об этом, но такой подход не даст понимания. Когда вы войдете глубоко внутрь себя и откроете святая святых собственного существа, когда вы войдете в этот внутренний алтарь, внезапно вы осознаете, что были всегда.

x

115. По ту сторону слов

Все, что только есть великого, остается по ту сторону слов.

Когда многое нужно сказать, говорить всегда трудно. Можно высказать только незначительное, только небольшое, обыденное. Когда же мы чувствуем нечто ошеломляющее, высказать его невозможно, потому что слова слишком узки, чтобы содержать что-либо существенное.

Слова полезны в практических вопросах. Они хороши для повседневной, обыденной деятельности. Но когда вы движетесь за пределы обычной жизни, язык становится слишком тесным. В любви слова бесполезны; в молитве слова становятся абсолютно неуместны.

Все, что только есть великого, остается по ту сторону слов, и когда вы находите, что ничто не может быть выражено, вы достигли. Тогда жизнь полна великой красоты, великой любви, великой радости, великого празднования.

x

116. Истинное супружество

Весь метод тантры состоит в том, чтобы соединить противоположности, помочь противоположностям растаять и слиться в одно целое. А кто цел, тот свят.

Встреча мужчины и женщины не может длиться вечно; их встреча может быть только мгновенной. В этом трагедия любви — но и ее радость. Радостью, экстазом любовь обязана своей краткости. Хотя бы на миг человек чувствует себя целым — нет ничего недостающего, все приходит в одну гармонию. И радость велика, но вскоре она теряется.

Тантра говорит: используйте это как ключ — само то, что встреча с внешним может быть только мгновенной. Но есть внутренняя женщина, внутренний мужчина; встреча с внутренним может быть постоянной, вечной. Таким образом, научитесь этому секрету снаружи и примените его внутри. Никакой мужчина не только мужчина, и никакая женщина не только женщина. Вот одно из величайших прозрений тантры… потому что мужчина рождается из мужчины и женщины, из встречи двух полярных противоположностей. Что-то в нем от отца, что-то от матери. То же самое касается женщины. Таким образом, глубоко внутри каждого из нас есть и собственная противоположность; если в сознательном уме человек мужчина, в бессознательном он женщина — и наоборот.

Пока вы не научитесь искусству встречи с этой своей внутренней составляющей, любовь будет разрывать вас на части и оставаться замкнутым кругом страдания. Внутренняя встреча возможна точно так же, как возможна встреча внешняя. Но во внутренней встрече есть некая, только ей свойственная особенность — она не кончается; она может быть истинным супружеством.

x

117. Дружба

Первую в жизни дружбу можно найти только с самим собой — но очень редко встречается человек, способный дружить с собой. Мы остаемся себе врагами, но все же продолжаем надеяться — тщетно! — что сможем стать друзьями с кем-то другим.

Нас учили осуждать себя. Любовь к себе преподносилась как грех. Что неверно. Любовь к себе составляет основание всякой другой любви. Только благодаря любви к себе возможна альтруистическая любовь. Из-за того, что любовь к себе осуждалась, все другие возможности любви исчезли из мира. Эта коварная стратегия разрушила любовь.

Представьте, что вы говорите дереву: «Не ищи себе питания в земле; это грех. Не получай питания от луны, солнца и звезд; это эгоистично. Будь альтруистом — служи другим деревьям». Это кажется логичным, вот в чем опасность. Это кажется логичным: если вы хотите служить другим, принесите себя в жертву; служение означает самопожертвование. Но если дерево пожертвует собой, оно умрет, оно не сможет служить и никакому другому дереву; оно вообще не сможет существовать.

Вас учили: «Не люби себя». Почти повсеместно этому учат так называемые организованные религии. Не Иисус, но, безусловно, христианство, не Будда, но буддизм — все организованные религии; вот чему они учат: осудите себя, вы грешны, вы недостойны.

И из-за этого осуждения дерево человеческого существа увяло, поблекло и больше не может радоваться. Люди кое-как бредут по жизни, без всяких корней в существовании — люди вырваны из существования с корнем. Они пытаются служить другим и не могут, потому что не могут быть друзьями даже самим себе.

x

118. Скованное сердце

Когда вы допускаете какое-либо сомнение, в сердце возникает напряжение — потому что в доверии сердце расслабляется, а в сомнении сжимается.

Обычно люди не замечают этой динамики. По существу, они постоянно живут со скованным и сжавшимся сердцем; они даже не помнят, какое это чувство, когда сердце расслаблено. Им не с чем сравнить, и они думают, что все хорошо, но из ста человек девяносто девять живут со скованным сердцем.

Чем более вы в голове, тем более сердце сжимается. Когда вы не в голове, сердце раскрывается, как цветок лотоса… и это бесконечно красиво: когда сердце раскрывается. Тогда вы по-настоящему живы, и сердце расслаблено. Но сердце может быть расслаблено только в доверии, в любви. В подозрении, в сомнении входит ум. Сомнение открывает двери уму; сомнение служит для ума приманкой.

Когда вас ловит сомнение — вас ловит ум. Когда входит сомнение, его не стоит принимать серьезно. Я не говорю, что ваши сомнения всегда неправильны. Сомнение может быть абсолютно правильным, но, даже будучи правильным, оно неправильно, потому что разрушает сердце. Одно не стоит другого.

x

119. Оставайтесь необъяснённым

Не все в жизни нуждается в объяснении. Мы не обязаны никому ничего объяснять.

Все, что глубоко, всегда необъяснимо. То, что можно объяснить, очень поверхностно. Бывают вещи, которые нельзя объяснить.

Если вы кого-то любите, можете вы объяснить, почему любите? Любой ответ прозвучит глупо — у этого человека такой-то нос, такое-то лицо, такой-то голос.. Все это кажется глупостью, не стоящей даже упоминания, — но в этом человеке «что-то есть». Признаки могут отчасти быть причиной вашей любви, но это «что-то», которое в этом человеке «есть», — важнее чего бы то ни было другого. Это «что-то» — больше него самого.

x

120. Радость

Радость служит противоядием от всех страхов. Страх возникает, когда вы не радуетесь жизни. Когда вы радуетесь жизни, страх исчезает.

Настройтесь на радостную волну и больше смейтесь, больше танцуйте, больше пойте. Будьте веселее и веселее, и пусть даже мелочи, самые незначительные мелочи, будят в вас энтузиазм. Жизнь состоит из мелочей, но если вам удается каждой из них придать качество радости, сложенные вместе, они творят чудеса.

И не ждите, пока случится нечто из ряда вон выходящее. Такие вещи случаются — я не говорю, что их не бывает, — но не нужно их дожидаться. Значительное случается, только когда вы умеете переживать небольшое, обычное, повседневное с новым умом, с новой свежестью, с новыми силами, с новым энтузиазмом. Мало-помалу мелочи складываются, одна за другой, и однажды рождается всплеск удивительной радости.

Но когда это случится, заранее знать нельзя. Просто собирайте и собирайте на берегу цветные камешки — и из них сложится и свершится значительное. Когда камешек один, он простой и ничем не замечательный; но все камешки, сложенные вместе, вдруг становятся бриллиантами. В этом чудо жизни.

Часто люди многого лишаются, потому всегда ожидают великого и значительного, но ничего не происходит. Великое свершается только в малом: завтрак, прогулка, душ, беседа с другом… а можно просто посидеть в одиночестве, глядя в небо; или полежать в постели, ничего не делая, — вот мелочи, из которых складывается жизнь, мелочи, свивающие ткань жизни.

x

121. Темнота

Никогда не беспокойтесь об отрицательном. Зажгите свечу — и темнота рассеется сама собой. Не пытайтесь бороться с темнотой.

Нельзя победить темноту, потому что ее не существует — можно ли с ней бороться? Просто зажгите свечу — и темнота уйдет. Забудьте о темноте, забудьте о страхе. Забудьте обо всех отрицательных предметах, которые обычно преследуют человеческий ум. Просто зажгите небольшую свечу энтузиазма.

Проснувшись утром, встаньте с энтузиазмом и прежде всего примите решение, что сегодняшний день вы проживете в полнейшей радости — и начните жить в полнейшей радости. За завтраком ешьте так, будто Бог в самой пище, которую вы едите; теперь завтрак становится священнодействием. Принимая душ, помните Бога у себя внутри — знайте: вы свершаете омовение Бога. Теперь ванная превращается в храм, и струя из крана орошает вас святой водой.

Каждое утро вставайте с непреклонной решимостью, с уверенностью, с ясностью; обещайте себе, что этот день будет бесконечно красив, что вы проживете его сполна и выпьете до капли. А вечером, ложась спать, вспомните, сколько красивого случилось за день. Одна эта память поможет красивому вернуться завтра. Засните, вспоминая и перебирая в памяти красивые моменты прошедшего дня. Сны будут красивее. В сны войдет ваш энтузиазм, и даже в снах вы станете жить с новой энергией. Пусть каждый миг будет священным.

x

122. Между удовольствием и болью

Единственное состояние, в котором человек может пребывать постоянно, — пространство между одной и другой крайностью.

В этом пространстве  есть качество молчания и спокойствия. Поначалу, конечно оно покажется безвкусным, потому что ни боли, ни удовольствия нет. Но всякая боль и всякое удовольствие приносят только волнение. Волнение, которое вам нравится, вы называете удовольствием. Волнение, которое вам не нравится вы называете болью. Иногда бывает, что вам нравится определённое волнение, и оно оказывается удовольствием, а потом нравится другое, но оно оказывается болью. Даже один и тот же опыт может, в зависимости от ваших предпочтений, стать болью или удовольствием.

Остановитесь посредине, в пространстве между удовольствием и болью. Это самое естественное состояние, пространство покоя. Приходя в него, чувствуя его, постепенно вы узнаете его вкус. Его называют вкусом дао… Оно как вино. Поначалу оно очень горько на вкус; нужно научиться его ценить… А это самое изысканное вино, какое только бывает на свете, и самое пьянящее из вин — напиток молчания, напиток покоя. Мало  — помалу вы начнете понимать его вкус. Поначалу покажется что вкуса нет — покажется языку, слишком привычному к вкусу боли и удовольствия.

x

123. Покой

В течение дня, всякий раз как вспомните, глубоко расслабьтесь и успокойтесь. И чем чаще вы будете вспоминать, тем лучше. Через несколько дней вы почувствуете, что — без всякого участия с вашей стороны — установился покой. Теперь он следует за вами, как тень.

Бывает много уровней покоя. Первый вы можете вызвать сами, просто почувствовать, сделать себе глубокое внушение быть в спокойствии… Это первый слой. Второй уровень составляет покой, который внезапно приходит сам — вами не вызванный. Но второй уровень приходит только после первого.

Из этих двух уровней реален второй; но первый помогает проложить путь второму. Покой приходит — но прежде чем он придет, должно быть выполнено предварительное требование: вы должны окружить себя умственным покоем. Первый покой будет только умственным — он будет похож на самовнушение, он будет создан вами искусственно. Потом однажды вы видите, что вдруг появился второй. Он не имеет ничего общего ни с вашими действиями, ни даже с вами. По сути, он глубже вас. Он исходит из самого источника вашего существа, безымянного существа, неделимого существа, неизвестного существа.

Мы знаем себя очень поверхностно. «Собой» мы считаем небольшой, опознанный нами участок нашей реальности. Небольшая волна названа, помечена этикеткой, но за поверхностью этой волны, в самой ее глубине — огромный океан. Делая что угодно, всегда старайтесь помнить, чтобы это действие окружал покой. Цель не в нем, в нем только средство. Когда вы его создадите, его наполнит нечто из запредельного… Нечто не созданное вашими усилиями.

x

124. Вера и доверие

Вера — это мертвое доверие. По существу, вы не доверяете, но все же верите — вот что такое вера. Но доверие — нечто живое… как любовь.

Все веры потеряли то, что вы называете молитвой, потеряли то, что вы называете медитацией. Они забыли самый язык экстаза. Они стали интеллектуалами: доктрины, догматы, системы… Множество слов, но потерян смыл, потеряно значение. И это естественно. Так должно быть.

Когда Иисус жив, религия ходит по земле, и те немногие, кому посчастливилось его знать, пройти рядом с ним несколько шагов, преображены. Вы не становитесь христианами — это поверхностно; в вас входит нечто от Христа. Вам передается нечто от Христа. Вы становитесь исполнены молитвы. Вы смотрите другими глазами, сердце бьется по-другому. Все осталось прежним, но вы изменились.

Деревья зеленые, но теперь они зелены по-другому. Их зелень стала живой. Жизнь вокруг так осязаема, что вы почти можете ее коснуться. Но когда Иисуса не станет, все им сказанное тут же окажется сформулированным, приведенным в систему. Теперь люди становятся христианами — интеллектуально; но живого божественного присутствия больше нет.

Вера — это мертвое доверие. По существу, вы не доверяете, но все же верите — вот что такое вера. Но доверие — нечто живое… как любовь.

x

125. Сомнения и скептицизм

Сомнение значит, что у вас нет никакой позиции; вы готовы исследовать с открытым умом. Сомнение представляет лучшую отправную точку.

Сомнение не плохо. Подход скептицизма совершенно иной; скептицизм значит, что вы уже заняли позицию — против. Сомнение значит, что у вас нет никакой позиции; вы готовы исследовать с открытым умом. Сомнение представляет лучшую отправную точку. Сомнение просто означает поиск, вопрос; скептицизм означает, что вы заранее предубеждены, что вы фанатичны. Вы уже все решили. И теперь вам ничего не остается, кроме как пытаться тем или иным образом подтвердить обоснованность своего предубеждения. Сомнение безмерно духовно. Но скептицизм — нечто очень нездоровое.

x

126. Готовность

Вы ничего не можете сделать; просветление случится, когда случится. Но своими действиями вы готовите ему дорогу.

Нельзя принудить просветление случиться. Это не причинно-следственное явление. Но кое-что можно сделать: подготовить ему дорогу. Можно что-то сделать, чтобы не преграждать путь, — оно случится, когда случится, но если вы не готовы, то можете пройти мимо, даже не узнав его.

Многие люди подходят близко к первым проблескам сапюри, самадхи, просветления в ходе естественного течения жизни, но не могут его узнать, потому что не готовы… все равно что прекрасный, бесценный бриллиант, данный тому, кто никогда не слышал о бриллиантах, — он примет его за обычный камень, потому что никак не сможет его узнать.

Нужно стать своего рода ювелиром, чтобы научиться узнавать. Просветление случится, когда случится. Никак нельзя его вызвать усилием, никак нельзя им управлять. Нельзя заставить его случиться, но если оно случится, можно быть готовым его узнать. Если вы прекратите медитации, готовность исчезнет. Продолжайте медитации, чтобы вы были готовы, чтобы вы с трепетом ждали и, когда оно к вам приблизится, были открыты и могли его принять.

x

127. Ребенок заснувший в поезде

На днях я читал Жан-Поля Сартра. В одном месте он сравнивает человеческую жизнь с ощущениями ребенка, заснувшего в поезде, когда его будит кондуктор, который пришел проверить билеты, а у ребенка нет ни билета, ни денег, чтобы заплатить.

Ребенок не знает, ни куда он едет, ни какая ему нужна станция, ни даже зачем он едет в поезде. И последнее, но немаловажное: эти вопросы неразрешимы, потому что он оказался в поезде не по своему решению. Как он вообще оказался в поезде?

Такая ситуация становится все более типичной для современного ума, потому что так или иначе мы потеряли корни, мы потеряли смысл, и нам его не хватает. Человек чувствует: » Зачем?.. Куда я иду?..» Вы не знаете, куда едете, не знаете, почему оказались в поезде. У вас нет билета и нет денег, чтобы заплатить, и все же вы не можете выйти.  Жизнь кажется хаосом, сумашедшим хаосом.

Это происходит потому, что были утрачены корни в любви. Люди живут без любви, кое-как заставляют себя продолжать жить. Что же делать?

Я знаю, каждый однажды чувствует себя как ребенок, заснувший в поезде. Но все же жизнь не обречена на поражение — в этом огромном поезде крепко спят миллионы людей, но всегда есть кто-то не спящий, кто-то пробужденный.  Ребенок может поискать и найти того, кто не спит, того, кто вошел в поезд сознательно, того кто знает, куда поезд едет. Рядом с таким человеком ребенок может научиться не спать — научиться сознанию.

x

128. Страдание

Никто не хочет страдать, но мы носим у себя внутри семена страдания. Вся суть работы над собой в том, чтобы сжечь эти семена. Само их сожжение может причинить некоторое страдание, но это страдание ничтожно в сравнении с целой жизнью, прожитой несчастливо.

Как только семена страдания будут разрушены, вся ваша жизнь станет жизнью радости. Но если вы просто избегаете страдания, избегаете сталкиваться со страданием, которое у вас внутри, вы тем самым готовите почву для того, чтобы оставаться полным страдания всю жизнь.

Когда раны, которые вы несете внутри, выходят наружу, они начинают заживать. Но, я знаю, когда вы ранены, вы не хотите, чтобы кто-то касался раны. Вы не хотите даже знать, что эта рана у вас есть.Вам  хочется её скрыть, но если вы её скроете, от этого она не заживет. Она должна быть открыта лучам солнца, ветру.

Поначалу, может быть, будет больно, но когда она заживет, вы поймете. Нет другого способа ее исцелить. Она должна быть вынесена в сознание. Само вынесение ее в сознание составляет процесс исцеления.

x

129. Толкование

Мышление — не более чем привычка искать толкования. Когда мышление исчезает, озеро ума безмолвно, спокойно и тихо. Тогда на поверхности больше нет волн, больше нет ряби — ничто не искажается и отражение луны совершенно.

Мышление — как рябь на поверхности озера, и из-за этой ряби отражение не может быть подлинным; луна отражается, но рябь ее искажает. Бог отражается в каждом; мы — зеркала Бога, но наш ум полон мыслей, ряби, волн, облаков, и ничто нами видимое не остается неискаженным; мы видим не то что есть. Ум накладывает на все свои мысли, истолковывает; а любое толкование искажает. Реальность не нуждается в толковании; ей нужно только отражение. Нет смысла в толковании; истолковывающий ум не видит суть.

Когда вы видите розу, она просто есть: нет надобности ее истолковывать, нет надобности ее расчленять, нет надобности знать о ее смысле. Она сама себе смысл. Она не иносказательна; она ничего, кроме самой себя, не символизирует. Она просто есть! Она реальна, не символична. Символ нуждается в толковании, сон нуждается в толковании.  И психоанализ прав, когда анализирует сны, но философы заблуждаются в своих попытках истолковать реальность. Сон символичен, он что-то символизирует, и толкование может помочь узнать, что именно. Но роза есть роза, — значащая только себя саму. Она самоочевидна.

x

130. Шум

Жизнь полна шума, и в мире слишком тесно. Но борясь с этим шумом, вы от него не избавитесь; единственный способ от него избавиться — тотально его принять.

Чем более вы боритесь с шумом, тем больше он будет вас нервировать, потому что, чем больше вы боретесь, тем более он вас беспокоит. Откройтесь, примите его; шум — тоже составляющая жизни. И, начав его принимать, вы удивитесь: он больше не будет вас беспокоить. Беспокойство идет не от шума; беспокойство идет от нашего отношения к шуму. Шум сам по себе не беспокоит; беспокоит отношение. Если вы против шума, он причиняет беспокойство; если вы не против него, он не беспокоит.

В любом случае, куда вы можете от него деться? Куда бы вы ни пришли, везде неизбежно будет тот или другой шум; весь мир полон шума. А если вы найдете пещеру в Гималаях и будете в ней сидеть, то упустите жизнь. Шума не будет, но и не будет возможностей роста, которые предлагает жизнь, и вскоре молчание покажется тусклым и мертвым.

Я не говорю, чтобы вы наслаждались молчанием. Наслаждайтесь молчанием; но знайте, что молчание не против шума. Молчание может существовать в самом шуме. Фактически, оно существует в самом шуме. только тогда оно и есть настоящее молчание. Молчание, которое вы чувствуете в Гималаях, не ваше; оно принадлежит Гималаям. Но если вы можете чувствовать молчание посреди рыночной площади, если можете быть совершенно расслаблены и непринужденны, оно ваше. Тогда Гималаи будут у вас в сердце, а это и есть подлинное молчание!

x

131. Эго

Вас беспокоит, что если вы примете себя, это усилит эго? Забудьте об эго!

Примите себя. Об эго позаботимся потом; сначала целиком и полностью — тотально — примите себя. Пусть придет эго, не такая уж большая это проблема; и чем эго больше, тем легче оно лопается. Оно как воздушный шар — оно раздувается, но стоит только его уколоть, и оно исчезнет! Пусть будет эго, это допустимо, но примите себя, и все начнет меняться. Фактически, тотальное принятие означает принятие, в числе прочего, и эго. Начните с принятия.

Мир нуждается и в нескольких великих эгоистах. Нам нужны все возможные люди.

x

132. Климатические изменения

Времена года сменяются. Иногда приходит зима, иногда приходит лето. Если у вас всегда будет одна и та же погода, вы почувствуете застой.

Нужно научиться любить все, что происходит. Вот что я называю зрелостью. Нужно любить то что уже есть. Незрелость всегда живет в «вот если бы» или «хорошо было бы», но никогда не в «есть», а «есть» — реальность. Все, что «было бы хорошо», вам только снится.

Какой бы ни была реальность, она хороша. Любите ее, радуйтесь ей и расслабьтесь в ней. Если что-то уходит, проститесь. Все меняется… жизнь течет и меняется. Никто не остается прежним; иногда открываются широкие просторы, иногда двигаться некуда. То и другое хорошо. То и другое — дары существования. Нужно научиться такой благодарности, которая благодарит за все, что бы ни случилось. Просто наслаждайтесь происхоящим — оно, и ничто другое, происходит прямо сейчас. Завтра, может быть, что-то одно изменится и будет другое; тогда наслаждайтесь другим. Послезавтра, может быть, случится что-то третье. Наслаждайтесь третьим. Не сравнивайте с прошлым, с бесполезными фантазиями о будущем. Живите в этот миг. Иногда жарко, иногда очень холодно, но то и другое необходимо; иначе жизнь исчезнет. Она существует в полярных противоположностях.

x

133. Ничего не происходит

Если вы чувствуете, что все стихло, это то же своего рода событие — и событие гораздо большее, чем другие, создающие шум.

Если вы плачете или кричите, вы чувствуете, что что-то происходит. Когда вы не плачете, не кричите, не вопите, но просто  чувствуете глубокое молчание, вам кажется, что ничего не происходит. Вы  не знаете, что и это тоже  великое событие, гораздо более важное, чем любое другое. Фактически, те, другие моменты только мостили дорогу этому. Этот момент был целью. Те были только средством. Но поначалу он покажется пустым, словно ничего не осталось. Вы сидите, и ничего не происходит.

Если «ничего не происходит», происходит само ничто, и это происходящее ничто очень позитивно — самое позитивное, что только бывает на свете. Будда назвал это ничто нирваной, предельным. Позвольте ничто, лелейте его, и пусть оно происходит чаще, — встречайте его радушно. Когда оно происходит, просто закройте глаза и наслаждайтесь, и оно будет приходить чаще. Это сокровище. Но поначалу, я понимаю, так бывает с каждым… Есть множество вещей, которые люди называют всплесками. Когда эти всплески исчезают и случается реальное, они не имеют никакого понятия, что это такое, и им недостает всплесков. Им хочется, чтобы всплески продолжались. Может быть, они даже вызывают их усилием, но это все портит.

Подождите. Если всплеск происходит сам собой — хорошо, но не вызывайте его усилием. Если случается всплеск молчания, наслаждайтесь им. Вы должны ему радоваться! Вот в чем несчастье мира — люди  не знают, что есть что, и иногда радуются собственному несчастью, а иногда — когда следовало бы радоваться, когда счастье очень близко, — становятся несчастными.

x

134. Верьте глазам

Никогда ни во что не верьте, пока не пережили этого сами. Никогда не перенимайте предубеждений, даже если весь мир говорит, что что-либо так, а не иначе, пока не столкнетесь с явлением лично.

Великий индийский мистик, Кабир, сказал: «Никогда не верьте ушам — верь глазам». Все, о чем вы слышали, ложно. Истинно лишь увиденное своими глазами.

Пусть эти слова будут для вас постоянным напоминанием, потому что нам, человеческим существам, свойственно ошибаться в том , что мы говорим. Мы составляем часть этого безумного мира, безумие есть внутри каждого человеческого существа. Не позволяйте ему быть сильнее вас. Нужно помнить об этом постоянно, — хотя это тяжело, потому что быть предубежденным очень удобно и просто; предубеждения достаются бесплатно. Истина драгоценна; она дорого стоит, платить приходится большую цену. По существу, вам придется поставить на карту всю жизнь — тогда вы ее достигнете. Но только истина освобождает.

По этому, глядя на других людей, видя их умы, всегда помните, что точно такой же ум скрыт и вас самих. И никогда его не слушайте. Он будет вас убеждать; он будет приводить доводы, пытаясь склонить вас на свою сторону. Просто скажите ему: «Я посмотрю сам. Я еще жив. Я пойду и сам испытаю все, что необходимо».

x

135. Аскетизм

Английское слово «послушание», obedience, происходит от латинского obedire, «слушать». Если слушать правильно, возникнет послушание.

Если вы правильно видите , это приносит своего рода дисциплину. Главное, чтобы человек внутри был абсолютно пуст, в то время как слушает; абсолютно пуст, в то время как смотрит; абсолютно пуст, в то время как касается — без всякого предубеждения… оставаясь непредвзятым, без всякого пристрастия, даже самого тонкого, потому что любое пристрастие разрушает истину… Без малейшего пристрастия, допуская истину такой, какая она есть, ни к чему ее не принуждая, но просто допуская ее — какой бы она не была.

Вот аскетическая жизнь религиозного человека. Вот истинный аскетизм: позвольте истине сказать свое слово — ни в чем ее не нарушая, никак не окрашивая, никуда не пытаясь направлять, не стремясь так или иначе уложить в рамки своих убеждений. Когда истине позволено быть голой и новой, оставаться самой собой, в вас возникает глубокая дисциплина — религиозное послушание. В вас возникает великий порядок.

Тогда вы больше не хаос; впервые в вас начинает формироваться центр тяжести, гравитационное ядро, потому что истина, будучи познаной, мгновенно становится вашей истиной. Истина, будучи познаной, познаной такой, какая она есть, мгновенно вас трансформирует. Вы не прежний человек. Само это видение, сама эта ясность, само это опытное переживание истины приносит внезапную мутацию. Эта революция и  есть подлинная религия.

x

136. Если войти в страх

Когда возникает страх, не пытайтесь от него бежать.Воспринимайте страх как намек, указание, в каком направлении вам следует путешествовать. Страх просто бросает вам вызов, зовет:»Пойдем со мной!»

Что угодно хорошее также и страшно, потому что приносит некое видение, понимание; ставит перед необходимостью определенных перемен; подводит вас к самому краю, отступив от которого, вы никогда себе этого не простите, — вы всегда будете укорять себя за трусость. Если же идти дальше, это опасно. Вот почему хорошее пугает. Когда возникает страх, всегда помните: не отступайте, потому что таким образом проблема страха не разрешится. Войдите в него. Если вы боитесь темной ночи, войдите в темную ночь — потому что это единственный способ преодолеть страх. Это единственный способ выйти за его пределы. Двигайтесь в темную ночь; нет ничего более важного. Сядьте в одиночестве, ждите и предоставьте ночи действовать. Если вам страшно — дрожите. Пусть вас бьет дрожь, но скажите ночи:»Делай, что тебе угодно. Я готов» Через несколько минут вы увидете, что все разрешилось. Темнота больше не темна, она стала сияющей. Вы ею наслаждаетесь. Вы можете ее коснуться — она почти осязаема в своем бархатистом молчании, в своем просторе , в своей музыке… Вы можете ею наслаждаться; теперь скажете: » Как глупо было бояться такого красивого опыта!»

x

137. Подделка

Сначала человек должен осознать, что носит с собой только подделку, фальшивую монету. Конечно, от этого не улучшится настроение. Станет грустно, будто вы что-то потеряли — но, прежде всего, этого потерянного у вас никогда не было.

Например, многие люди думают, что они сострадательны. Качество сострадания встречается очень редко. Бывает сочувствие, но сострадание принадлежит очень высокому плану… Но если вы понимаете, что в вас нет сострадания, появляется возможность его приобрести.

В этом беда всего фальшивого: если ваш карман полон фальшивых монет, и вы думаете, что богаты, о чем беспокоиться? Если вдруг вы понимаете, что все эти монеты фальшивые и вы нищий, вы впадаете в уныние, потому что думаете,  что потеряли все деньги. Но теперь вы можете узнать, как и где найти настоящие деньги.

Сейчас, сию минуту вы не можете отличить реальное от нереального. Эта способность приобретается только с возникновением очень цельного сознания. Не думайте, что некоторые вещи в вашей жизни реальны, некоторые нереальны: в таком состоянии, когда вы неосознанны, все нереально как сон, но кажется реальным.

В другом состоянии, когда вы просыпаетесь, когда вы становитесь буддой, реально все; нет ничего нереального. И не думайте, что некоторые вещи реальны, некоторые нереальные. Если вы неосознанны, нереально все. Если осознанны, реально все. Но вы сможете узнать, что все было нереальным, только когда проснетесь, не прежде.

x

138. Поэтичность

Некоторые вещи открываются только в поэтической связи с реальностью; их знает только поэт.

Поэт в мире считается простофилей; о нем говорят, что он не умеет устраиваться в жизни. Он никогда не достигнет высот в мире денег и власти. Но в своей бедности он знает другого рода богатство, которого не знает никто другой.
Для поэта возможна любовь, для поэта возможен Бог. Лишь тот, кто достаточно невинен, чтобы наслаждаться малыми вещами в жизни, может понять, что Бог существует, — потому что Бог существует в малых вещах жизни: он существует в еде, которую вы едите, он существует в прогулке, которую вы совершаете утром. Бог существует в любви, которую вы чувствуете к возлюбленному, в дружбе, которой вы с кем то связаны. Бог не существует в церквях. Церкви не занимаются поэзией, они занимаются политикой.

Пусть в вас будет больше и больше поэтичности. Чтобы быть поэтичным, нужен сильный внутренний стержень; нужно достаточно мужества, чтобы считаться простофилей в мире, но без этого поэтичным быть нельзя. Под поэтичностью я не подразумеваю, что вы должны заниматься стихосложением; это лишь небольшая, незначительная часть поэтичности. Человек может быть поэтом, не написав ни строчки. Или написать тысячи стихотворений, но все же не быть поэтом.

Быть поэтом — это образ жизни. Это любовь к жизни,почитание жизни, связь с жизнью из самой глубины сердца.

x

139. Тревога

Создайте дистанцию между собой и личностью. Все проблемы касаются вашей личности, не вас. У вас никаких проблем нет; ни у кого на самом деле не бывает никаких проблем. Все проблемы относятся к личности.

Вот какой будет ваша работа: когда вы чувствуете тревогу, тут же вспомните что она относится к личности. Вы чувствуете напряжение — просто вспомните, что оно относится к личности. Вы — наблюдатель, свидетель. Создайте дистанцию. Ничего больше делать не нужно.

Когда появится дистанция, вы вдруг увидете, что тревога исчезает. Когда дистанция теряется и вы закрываетесь, тревога возникает снова. Чувствовать тревогу значит отождествляться с проблемами личности. Быть в расслаблении значит не вовлекаться, оставаться неотождествленным с проблемами личности.

Итак, в течении месяца наблюдайте. Что бы ни происходило, оставайтесь далеко в стороне. Например, у вас болит голова. Просто попытайтесь отойти в сторону, наблюдать головную боль издалека. Она продолжается где-то в механизме тела. Наблюдатель на холмах, вы стоите в стороне, далеко в стороне, и боль продолжается за много миль от вас. Поддерживайте дистанцию. Создайте между собой и головной болью пространство, и пусть это пространство становится больше и больше. Придет момент, когда вдруг вы увидете, что в этой дистанции головная боль растворяется.

x

140. Сначала осознанность

Когда осознанность растет и вы приобретаете  ясность и бдительность, принятие становится естественным следствием.

Принятие — плод роста осознанности. Возникает жадность — наблюдайте ее; возникают амбиции — наблюдайте их; возникает жажда власти — наблюдайте ее. Пока не осложняйте себе жизнь идеей принятия, потому что если вы попытаетесь принять и не сможете, то начнете подавлять.Так люди начинают подавлять. Они не могут принять определенные вещи, и единственным выходом остается просто забыть о них и оттолкнуть их в темноту. Тогда человеку становится легче, и ему кажется, что проблемы нет.

Для начала забудьте о принятии. Просто осознавайте. Когда осознаность растет и вы приобретаете ясность и бдительность, принятие становится естественным следствием. Видя факт, нужно его принять, другого выхода нет. Что еще вам остается? Это точно такой же факт, как тот, что у вас два глаза. Два, а не четыре.
Когда вы что-то принимаете, оно сохраняется, только если оно рельно. Если что-то нереально, оно рассеивается. Любовь сохранится, ненависть рассеется. Сострадание сохранится, гнев рассеется

x

141. Несчастье

Люди говорят, что хотят быть счастливыми, но на самом деле не хотят. Они боятся потерять себя в счастье.

Когда вы что-либо осознаете, вы всегда становитесь от него отдельны. Если вы счастливы, вы отдельны и отдельно счастье. Следовательно, быть по-настоящему счастливым — значит стать счастьем, не «стать счастливым». Вы растворяетесь — постепенно. Когда вы несчастливы, вас слишком много. Когда человек несчастлив, в фокус внимания входит эго. Именно поэтому эгоистичные люди всегда очень несчастливы, а несчастливые люди очень эгоистичны. Есть взаимосвязь.

Если вы хотите быть эгоистичным, вам придется быть несчастливым. Несчастье создает фон, на котором эго проступает очень ясно, кристально ясно, как белое пятно на черном фоне. Чем вы счастливее, тем меньше остается вас. Именно поэтому многим людям кажется, что они хотят быть счастливыми, но на самом деле они боятся. Вот мое наблюдение: люди говорят, что хотят быть счастливыми, но на самом деле они не хотят этого. Они боятся потерять себя в счастье. Счастье и эго не могут существовать вместе. Чем вы счастливее, тем вас меньше. Приходит момент, когда есть только счастье, а вас вообще нет.

x

142. Две двери

Вопрос не в том, чтобы выбрать между истинной и иллюзией, потому что все двери, которые только бывают снаружи, ведут в иллюзию.

Истина внутри вас. Она в самом сердце идущего. И если на одной двери написано «Иллюзии» а на другой написано «Истина», не беспокойтесь о том, чтобы между ними выбирать. Иллюзорны обе. Истина есть вы сами. Истина есть само ваше сознание.

Будьте более бдительны и более сознательны. Суть не в том, чтобы выбрать правильную дверь. В вас темно, потому что вы несознательны, и никакой внешний свет не может помочь. Я могу сейчас  дать вам лампу, но она не поможет. К тому времени как вы дойдете до своей комнаты, она погаснет.

Вам нужно стать более сознательным, более и более сознательным и бдительным, чтобы ваше внутреннее пламя — и только оно — освещало окружающее пространство. В этом свете вы увидете, что все двери исчезли. Дверь, которая была иллюзией, и дверь, которая была истиной, — исчезли обе.Они были в сговоре. По существу, обе они вели в одно и тоже место. Они создают только видимость выбора, и, вне зависимости от  того, что именно вы выбираете, вы всегда выбираете одно и тоже. Обе двери выходят в один коридор, проходя по которому, в конце концов вы оказываетесь в иллюзии. Таким образом, задача не том, чтобы сделать правильный выбор. Задача в том, чтобы стать более бдительным.

 

x

143. Смотреть в темноту

Иногда, когда вы заходите в комнату, внутри кажется темно. Но если вы сядете и подождете, постепенно темнота исчезнет. Комната полна света. Не потому, что что-то изменилось; просто ваши глаза привыкли смотреть в темноту.

Говорят, воры умеют видеть в темноте лучше других людей, потому что им приходится работать в темноте. Им приходится проникать в незнакомые дома, где на каждом шагу их подстерегает опасность. Они могут обо что-то споткнуться. Мало-помалу они начинают видеть в темноте. Темнота для них не так темна. Таким образом, не бойтесь. Будьте как вор. Сядьте с закрытыми глазами и смотрите в темноту как можно более глубоко. Пусть это будет вашей медитацией.

Каждый день на тридцать минут сядьте где-нибудь в уголке закройте глаза и создайте темноту – самую темную, какую можно себе представить – и начните смотреть в эту темноту. Вскоре вы сможете вообразить больше темноты. Вы очень удивитесь тому, что чем больше вы смотрите в темноту, тем яснее будут становиться ваши глаза.

И если вам станет страшно, позвольте страху быть. Фактически, им нужно наслаждаться. Пусть он будет таким, какой он есть; начните дрожать. Если страх запускает в вас определенную вибрацию, просто позвольте ей быть. Испугайтесь как можно сильнее. Станьте почти одержимым страхом… и посмотрите, как он красив… почти как омовение: будет смыто много пыли. Пережив эту дрожь, вы почувствуете себя более живым, пульсирующим жизнью, трепещущим новой энергией, возрожденным.

x

144. Любить себя

Мы всегда думаем о любви в терминах любви к кому-то другому. Мужчина думает, что любит нужно женщину; женщина думает, что любить нужно мужчину; мать думает, что любить нужно ребенка; ребенок думает, что любить нужно мать; друзья думают, что нужно любить друг друга. Но пока вы не любите себя, любить другого невозможно.

Вы можете любить кого-то другого, только когда у вас внутри есть любовь. Вы можете поделиться только тем, что у вас есть. Но все человечество жило под гнетом ошибочной идеологии — и мы не принимаем ее как должное, — что себя мы уже любим, и теперь все дело в том, чтобы начать любить соседа. Это невозможно! Именно поэтому о любви так много говорится, но мир остается уродливым и полным ненависти, войн, насилия и гнева.

Вот величайшее возможное прозрение: вы не любите себя. В самом деле трудно любит себя, потому что нас учили осуждать себя, а не любить. Нас учили, что мы грешники. Нас учили, что мы ничего не стоим. Из-за этого любить стало трудно. Как можно любить ничего не стоящего человека? Как можно любить человека, который уже осужден?

Но это придет. Если пришло то видение, что вы не любите себя, беспокоится не очем. Одно окно уже открылось. Вы не останетесь в этой комнате надолго — вы просто выпрыгнете. Узнав бесконечное небо, вы не сможете оставаться в замкнутом и душном мирке. Вы из него освободитесь.

x

145. Тюрьмы

Вы — безграничная свобода, и ваше существо ничто не ограничивает. Все границы ложны. Именно поэтому только в любви мы чувствуем себя здоровыми и целыми — потому что любовь отнимает все границы, срывает все ярлыки; она не относит вас ни к каким категориям. Она принимает вас как есть, кем бы вы ни были.

Никто на самом деле не болен. Фактически, больно общество, и индивидуальности — его жертвы. В терапии нуждается общество; индивидуальности же просто нуждаются в любви. Пациентом должно быть общество, госпитализации подлежит общество.

Страдает индивидуальность, потому что общество нельзя поймать с поличным; оно остается неуловимым. Если попытаться схватить общество за руку, попадется тот или другой человек, индивидуальность, который и окажется ответственным за все, — тогда он сам точно так же страдает, тогда он сам — точно такая же жертва. Ему нужно понимание, не терапия; любовь, не терапия. Общество не дало ему понимания, не дало ему любви. Общество дало ему смирительные рубашки, тюрьмы. Общество присвоило ему нумер, принудительно поименовало и классифицировало — «ты такой-то и такой-то; вот твой диагноз и определение».

Вы — свобода, у вас нет никакого определения. Вас нельзя поименовать и классифицировать, в этом ваша красота и слава — нельзя сказать, кто вы такой. Вы никогда не достигаете мертвой точки…Если объявит вас тем или другим, ко времени этого объявления вы уже видоизменились, и объявление окажется устаревшим. В каждый миг вы решаете, кем вам быть….- быть или не быть! В каждый миг происходит свежее решение, свежий всплеск жизни. Грешник может в один миг стать святым, а святой может в один миг оказаться грешником. Нездоровое в один миг может стать здоровым, а здоровое может оказаться нездоровым. Стоит измениться решению, измениться видению, пониманию, и меняется все.

x

146. Иллюзии удовлетворенности

Только в природе Будды есть удовлетворенность; все остальные формы удовлетворенности — не более чем иллюзии, создаваемые умом.

Жить в постоянной неудовлетворенности так больно, что ум создает иллюзии удовлетворенности; эти иллюзии помогают людям жить, дают на что опереться. Если  у человека отнять все иллюзии, у него не будет причин продолжать жить ни единой секунды. Иллюзии нужны. В неосознанности иллюзии насущно необходимы, потому что при помощи иллюзий мы придаем жизни хотя бы мнимый смысл, и, естественно, пока не случилось реальное, мы постоянно нуждаемся в этих мнимых смыслах. Когда нам надоедает один мнимый смысл, мы создаем другой. Когда нам надоедают деньги, мы начинаем заниматься политикой; когда нам надоедает политика, мы начинаем заниматься еще чем-нибудь. Даже так называемая религия — не более чем тонкая иллюзия.

Настоящая религия не имеет ничего общего с так называемыми религиями: христианством, индуизмом, исламом. Настоящая религия разбивает все иллюзии вдребезги. Настоящая религия означает: жить в неудовлетворенности, в глубоком страдании, в почти невыносимой боли — и искать реальное.

Этот путь дается жестокой болью, и лишь немногие доходят до конца, потому что чаще всего люди не могут даже его начать. Прежде всего, они не могут принять боли жизни — но эта боль служит источником всякого роста. Видеть голую истину, всю целиком — ничего не избегая, ни от чего не прячась; смотреть в самую глубь и видеть насквозь — вот начало разума, начало правильного внимания, начало осознаности.

x

147. Чистота

Чистота, живущая в сердце, неразрушима и неподкупна; что бы вы ни сделали, это никак на нее не влияет.

Даже величайший грешник остается чистым во внутреннем центре своего существа. Даже величайший грешник остается святым; грех может коснуться только его перефирии, поверхности. Он не может войти во внутренний центр, потому что любое действие остается на поверхности; во внутреннем центре есть только существо.

И когда вы начинаете видеть в людях существо, никто не грешник, никто никогда не был грешником. Это невозможно. Чистота так абсолютна, что все, что мы делаем, значимо не более чем сны — вот восточное мировозрение. Восточное мировозрение не слишком заботится о том, что вы делаете. Оно говорит, что бы вы не сделали, вы можете просто найти связь со своим существом, которое остается кристально ясным и вечно чистым, незагрязненным. На периферии существуют только лица — грешник и святой, добро и зло, славное и бесславное. Это только роли,  будто разыгрывается представление. Кто-то в нем стал Иисусом, кто-то стал Иудой. Неужели они оба: Иисус не может быть без Иуды и что Иуде делать без Иисуса? Оба они необходимы, чтобы история Христа случилась полностью. И по ту сторону кулис они садятся рядом, пьют чай и курят…

Такова реальность. Весь этот мир — гигантская сцена, на которой разыгрывается великое представление. Не беспокойтесь о нем. Какова бы вам не выпала роль, играйте ее с радостью и как можно лучше, — но никогда не забывайте, что глубоко внутри всегда остается чистота.

x

148. Любите большее

Любите что-то высшее, любите что-то большее что-то такое, в чем вы потеряетесь, чем вы станете одержимы, но не сможете владеть.

Любовь приносит огромные трудности, но она также может принести огромную радость. Нужно быть очень, очень бдительным, потому  что любовь лежит в основе нашего химического строения. Если человек бдителен к своей энергии любви, все хорошо.

Всегда любите что-то высшее, чем вы сами, и вы никогда не проиграете; всегда любите что-то большее, чем вы сами. Люди склонны любить меньшее, низшее. Меньшим и низшим можно управлять, меньшим и низшим можно распоряжаться, и вам хорошо рядом с тем, что вас меньше ниже, потому что у вас возникает иллюзия собственного превосходства — что удовлетворяет эго. Но если вы начинаете строить на  любви эго, вы движетесь в направлении ада.

Любите что-то высшее, что-то большое, что-то такое, в чем можно потеряться и чем не можете управлять; чем можете быть только одержимы, но не можете владеть. Тогда эго исчезнет, — а когда любовь лишена эго, она молитвенна.

x

149. Сердце как метод

Если вы хотите спуститься из головы, нужно будет пройти через сердце — распутье. Нельзя попасть непосредственно в существо; нужно будет пройти через сердце. Сердце нужно будет использовать как метод.

Мышление, чувствование, существо — вот эти три центра. Но чувствование несомненно ближе к существу, чем мышление, и чувствование послужит методом. Чувствуйте больше, и вы будете меньше думать. Не боритесь с мышлением, потому что в борьбе с мышлением возникнут новые мысли — о борьбе с мышлением. Никогда не боритесь с мыслями — это бесполезно.

Вместо того чтобы бороться с мыслями, направьте энергию в чувствование. Пойте — вместо того чтобы думать; любите — вместо того чтобы филосовствовать, читайте поэзию вместо прозы. Танцуйте, любуйтесь природой, и все, что бы вы не делали, делайте из сердца. Центром сердца пренебрегают; когда ему уделяют внимание, он сразу же начинает действовать, а когда он начинает действовать, энергия, раньше двигавшаяся в ум, автоматически течет в сердце. Сердце ближе к центру энерии. Центр энергии находится у пупка; и по существу накачивать энергию в голову — тяжелая работа.

Именно ради этого существуют все системы образования: чтобы научить вас накачивать энергию из центра прямо в голову, минуя  сердце. И никакая школа, никакой колледж, никакой университет не учит чувствовать. Они разрушают чувствование, потому что знают, что если вы чувствуете, то вы не можете  думать. Но переместиться из головы в сердце легче, и еще легче переместиться из сердца в пупок. У пупка вы просто существо, чистое существо — без чувствования, без мышления;  вы вообще никуда не движетесь. Это центр циклона.

x

150. Без противоположности

В санскрите мы используем три термина: одним называется страдание, другим – радость и третьим – трансцендентное, то что за пределами двух первых: Ананд, блаженство.

Ананд – не страдание и не то, что обычно называется радостью. Это совершенно другого рода радость, лишенная всякого воспоминания о страдании, совершенно незагрязненная противоположностью. Чистое единство, без всякой двойственности.

Обычно трудно даже представить такое состояние. Пока вы не испытаете его вкус, трудно даже его понять. Потому что во всем, что мы можем понять, всегда есть хотя бы две составляющие; обязательно должна быть противоположность. Мы можем понять фигуру только благодаря фону. Мы называем данное время вечером, потому что существует день, мы называем кого-то хорошим, потому что бывают плохие, мы называем кого-то красивым, потому что бывают некрасивые. Противоположность обязательна; любой термин определяется противоположностью.

Но Ананд означает состояние, в котором противоположности больше нет, в котором вы пришли к единству, в котором нет возможности двойственности. У океана блаженства только один берег. Это очень нелогично – как может быть только один берег? Состояние блаженства нелогично. Те, кто слишком привязан к логике, никогда его не достигнут. Только для сумасшедших оно раскрывает свои двери.

x

151. Критика

Когда вы готовитесь что-то критиковать, сначала подумайте, что вы можете предложить в качестве лучшей альтернативы.

Если вы не можете придумать альтернативы объекту своей критики, подождите. Не критикуйте, потому что это бесполезно. Если вы говорите, что лекарство неправильно, может быть, вы и правы, но где тогда правильное лекарство? Сама по себе критика никогда ничего не решает. Критика хороша только в составе конструктивной программы. Сначала определитесь с конструктивной программой, и только тогда, не упуская этой конструктивной программы из виду, критикуйте. Тогда критика будет очень ценной и даже получит признание от тех, кто ей подвергается. Никто не будет чувствовать себя оскорбленным, потому что, в то время как вы критикуете, вы все время имеете в виду некую позитивную альтернативу, предлагаете что-то взамен критикуемого.

x

152. Сон

Сон божествен, и время сна более божественно, чем любое другое время. Если чловек засыпает в медитациях, во сне медитация продолжает резонировать в глубоких слоях его бессознательного.

Вы никогда не замечали?… Ваша последняя мысль вечером становится первой мыслью утром. Наблюдайте – последнее, самое последнее, о чем вы думаете входя в сон. Вы стоите на самом пороге – последняя мысль всегда будет первой, когда, просыпаясь, вы снова окажетесь на пороге сна.

Именно поэтому все религии настаивают, что нужно молиться перед сном: чтобы последними были мысли молитвы, чтобы они проникали глубоко в сердце. Всю ночь они окружают вас, как аромат, — наполняют внутреннее пространство, и утром, когда вы просыпаетесь, они снова с вами. Восемь часов сна можно использовать как медитацию. В наше время у людей мало времени и эти восемь часов сна можно использовать как время для медитации. Весь мой подход в том, что можно и нужно использовать все – даже сон!

x

153. Кошмары

Когда сознательный ум делает нечто противное вашей природе, бессознательное посылает вам сообщение – сначала в вежливой форме, потом, если вы не слушаете, в виде кошмарных снов.

Кошмарный сон – не что иное, как крик бессознательного, крик отчаяния, говорящий о том, что вы слишком далеко уходите от себя, что вы на грани того, чтобы потерять свое существо. Вернитесь домой! Представьте себе, что ребенок заблудился в лесу и мать кричит, зовет его по имени…именно это и есть кошмарный сон. Попытайтесь подружиться со своими снами.

Мало-помалу вы увидите, что вы и бессознательное становитесь друг к другу ближе и ближе. Чем ближе вы становитесь, тем меньше у вас будет снов, потому что тогда в снах не будет необходимости. Бессознательное сможет передавать сообщения, даже когда вы бодрствуете. Тогда ему не нужно будет дожидаться чтобы вы заснули; оно может передать вам сообщение в любое время.

Чем ближе вы становитесь, тем более сознательное и бессознательное сливаются и пересекаются. Это великий опыт. Чувствуете – впервые чувствуете – в себе единство. Никакая часть вас не отрицается. Вы приняли себя целиком. Вы начинаете становиться целым.

x

154. Суждение

Суждение должно быть отброшено. Это болезнь, которая никогда не будет давать вам покоя.

Когда вы судите, вы никогда не можете быть в настоящем – вы всегда сравниваете, всегда движетесь вперед или назад во времени, но не остаетесь здесь и сейчас. Потому что здесь и сейчас просто есть; ни хорошо, ни плохо. И нет способа судить, хорошо оно или плохо, потому что не с чем сравнивать. Настоящее просто есть – во всей своей красоте.

Но в самой идее оценки заложено что-то от эго. Эго очень любит улучшать; оно питается улучшениями. Оно постоянно вас мучит: «Будь лучше! Делай лучше!» А улучшать нечего.

Когда возникает суждение, тут же отбросьте его. Отбросьте его; это только привычка. Не мучьте себя напрасно.

x

155. Дружба со снами

Научитесь дружбе со снами. Сны служат бессознательному средством общения. Бессознательное хочет вам что-то сказать. Оно пытается проложить мост к сознательному уму.

Чтобы понимать сны, не нужно анализа, потому что, если вы анализируете сны, сознательное снова становится хозяином положения. Оно пытается расчленять и анализировать, измышлять смысл,  которого изначально бессознательное вовсе не вкладывало. Бессознательное говорит поэтическим языком. Его образы очень тонки; и нельзя уловить путем анализа. Их можно уловить только начав учиться языку снов. И первый шаг к этому – подружиться со снами.

Когда вам снится сон, который кажется осмысленным – он может быть насильственным, кошмарным, но вы чувствуете, что в нем есть некое значение, — утром или даже среди ночи, пока вы его не забыли, сядьте в постели и закройте глаза. Подружитесь с этим сном; скажите ему: «Я готов идти тебе навстречу. Веди меня, куда хочешь. Я готов». Сдайтесь на волю сна. Закройте глаза и дайте ему себя направлять; начните им наслаждаться; позвольте ему развернуться. Вы узнаете, какие удивительные драгоценности открываются в снах, и увидите, что сокровищница их неисчерпаема.

 

x

156. Одиночество

В одиночестве есть своего рода грусть, боль, но одновременно и очень глубокий покой…и молчание. От вас зависит, как на него смотреть.

Может быть очень трудно оставаться в собственном пространстве. Но пока у вас не будет собственного пространства, вы никогда не познакомитесь со своим существом. Вы никогда не узнаете, кто вы. Вечно занятый, увлеченный тысячей и одним занятием – отношениями, повседневными делами, заботами, планами, прошлым, — человек всегда остается на поверхности.

Оказавшись в одиночестве, начните погружаться, соскальзывать внутрь. Поскольку  вы ничем не заняты, вы почувствуете себя не так, как всегда. Чувство будет другое, и оно также покажется странным. Конечно, всякому человеку не хватает любимых, близких. Но это одиночество не навсегда; только небольшая дисциплина.

И если вы глубоко любите себя, если вы можете глубоко погрузится в себя, вы сможете гораздо глубже любить других, потому что тот, кто не знает себя, не может любить глубоко. Если вы живете на поверхности, в ваших отношениях не может быть глубины. В конце концов, отношения – ваши: если глубина есть в вас, будет глубина и в отношениях.

x
157. Насилие
Никто не рождается с насилием; человек ему учится. Он заражается от насильственного общества и становится насильственным. Каждый ребенок рождается абсолютно невинным.
В нашем существе, в самом по себе существе, нет насилия. Скорее, мы обусловлены внешними ситуациями; мы должны много защищаться, а лучший способ защиты – нападение. Когда человеку приходится много защищаться, он становится агрессивным, он становится насильственным, потому что лучше самому ударить первым, чем дожидаться, пока тебя ударит другой. У того, кто ударит первым, больше шансов победить.
Так говорит Макиавелли в своей знаменитой книге «Принц» — в своей библии для политиков…Он говорит, что напасть первым – лучший способ защиты. Не ждите; прежде чем кто-то нападет на вас, нападите сами. Когда на вас нападут, говорит Макиавелли, будет поздно. Вы уже проиграли.
Поэтому люди становятся насильственными; рано или поздно они понимают, что иначе они будут раздавлены, и единственный способ выжить – драться; они узнают этот секрет, и постепенно он отравляет всю их природу. Но насилие не естественно; его можно отбросить.
x
158. Унижение
Будьте скромны, и тогда никто не сможет вас унизить. Будьте без эго, и тогда никто не сможет вас задеть.
Иногда случается так, что другие только ищут повода, чтобы выбросить гнев, но это не значит, что вы должны дать себя побеспокоить. Есть две возможности: или другой человек прав, и это вас унижает; или другой неправ и ведет себя нелепо, и вся ситуация комична, ею можно наслаждаться.
Если же вы чувствуете, что другой человек прав, примите все сказанное и будьте скромны. В скромности вас никогда нельзя унизить – вот в чем суть. Вы уже стоите в последнем ряду; вас нельзя оттеснить назад. Вы не стремитесь быть первым; никто не может стать у вас на пути. Вот все даосское мировоззрение: будьте скромны, и тогда никто не сможет вас унизить. Будьте без эго, и тогда никто не сможет вас задеть.
x

159. Поклонение

Подход поклонения может прийти только глубоко изнутри. Люди совершенно забыли, что на самом деле значит поклонение и как его чувствуют.

Поклонение значит: подходить к реальности с сердцем ребенка — не расчетливо, не коварно, не пытаясь анализировать, но полным благоговенного трепета и неисчерпаемого чувства чудесного… чувства окружающей тайны, присутствия скрытого, с ощущением, что вещи не таковы, как кажутся. Это значит, что кажущееся, видимость — только переферия, что за пределами кажущейся видимости скрывается нечто безмерно важное.

Когда ребенок бегает за бабочкой, он в поклонении. Или когда вдруг он находит тропинку или видит цветок — ничем не замечательный, обычный цветок, но ребенок стоит перед его чудом в глубоком удивлении. Или когда он видит змею: он так удивлен, в нем столько энергии. Каждое мгновение несет новую неожиданность. Ребенок ничто не принимает как должное — вот подход поклонения.

Никогда ничего не принимайте как должное. Принимая что угодно как должное, вы застываете. Ребенок исчезает, умирает чувство чудесного, а когда в сердце нет чувства чудесного, в нем не может быть поклонения. Поклонение означает, что жизнь так таинственна, что понять ее полностью не возможно. Она превосходит понимание; все наши усилия тщетны. И чем более мы пытаемся узнать жизнь, тем более она кажется непознаваемой.

x

160. Предпочтения

В тот день, как вы решаете не просить о том, чтобы случилось желаемое, но, напротив, пытаться приветствовать случающееся, — в этот день вы становитесь зрелым.

Мы можем вечно просить, чтобы случилось то, что мы хотим, но от этого только всегда будем оставаться несчастными, потому что мир не заботится о наших предпочтениях. Нет гарантии, что желания жизни совпадут с вашими; нет никакой гарантии. Очень может быть, жизненое предназначение направлено к чему-то такому, о чем вы даже не подозреваете.

Если иногда сбывается какое-то наше желание, мы все равно не счастливы до конца, потому  что все наши просьбы и требования уже нами прожиты в фантазиях и мы получаем желаемое как бы из вторых рук. Если вы говорите, например, что хотите быть с определенным мужчиной, значит вы уже любили этого мужчину во многих фантазиях и мечтах. И если это случится в реальности, окажется, что реальный мужчина далеко не так хорош, как в ваших фантазиях; он окажется лишь бледной репродукцией, потому что реальность далеко не так фантастична, как сама фантазия. Вы разочаруетесь.

Но когда вы приветствуете происходящее….не противопоставляете свою волю целому, просто соглашаетесь — что бы ни происходило, вы просто соглашаетесь — вы никогда не будете несчастны. Вне зависимости от внешних обстоятельств вы всегда настроены на счастливую волну, готовы принять все, что случается, радоваться всему, что случается.

x

161. Независимость

Человек, который говорит: «Что бы ни случилось, для меня ничто не изменится; я останусь счастливым. Я сумею быть счастливым, как бы не сложились обстоятельства», — такой человек независим.

Никакая политика ничего не меняет. Никакая перемена в состоянии внешнего мира не может ничего изменить. Бедный или богатый, нищий или король, независимый человек остается прежним. Его — или ее — внутренний климат не меняется.

Вот вся цель медитации: перейти к такой безмятежности, к такому спокойствию, чтобы они ни от чего не зависели, были безусловны. Только тогда они неотъемлемо ваши. Пусть случится что угодно — вы остаетесь счастливым. Совершенно счастливым. Отбросьте волю, и вы увидете, что все, чего вы добиваеетесь, начинает случаться само собой. Вдруг все попадает в лад и становится на свои места.

x

162. Сдаться

В глубине вам хтелось бы сдаться, сдаться так глубоко, чтобы рассеялось все, что вас тревожит, и вы могли найти отдых. Но вы боитесь; все боятся сдаться.

Обычно мы кем-то себя считаем — не будучи никем!  Что вам терять, если вы сдадитесь? — кроме несуществующего эго; кроме вымышленного представления о себе. Сдавшись и расставшись с вымышленным, вы становитесь реальным. Отдав то, чего  на самом деле у вас нет, вы становитесь в подлинном смысле собой. Но мы цепляемся, потому что всю жизнь нас учили полагаться на себя. Всю жизнь нас воспитывали, программировали, учили бороться, будто вся жизнь состоит из сплошной борьбы за выживание.

Жизнь познается, только когда вы начинаете сдаваться. Когда вы прекращаете бороться и начинаете наслаждаться. Но на западе очень сильна концепция эго и каждый стремится быть покорителем и завоевателем… Говорят даже о покорении природы…Абсолютная глупость! Мы — часть природы, как мы ее можем покорить? Мы можем ее разрушить — но не покорить; и природа постепенно разрушается, расстраивается вся экология.

Покорять и завоевывать нечего. Собственно говоря, человек должен отойти на второй план, следовать природе, уступить природе дорогу.

x

163. Чувствительность

Миллионы людей решили избегать чувствительности. Они стали толстокожими, и только для того чтобы защититься, чтобы никто не мог причинить им боль. Но цена очень велика. Никто не может причинить им боли, но никто не может и сделать их счастливыми.

Когда вы открыты, погода бывает всякая; иногда пасмурно, иногда солнечно. Но если вы сидите, запершись в своей пещере, пасмурной погоды не будет, но и не будет солнца. Хорошо выйти наружу и танцевать на солнце — да, иногда будет грустно, будет пасмурно, а иногда — очень ветрено. Вышедшему из пещеры открываются все возможности, и в числе прочих — ему могут причинить боль… но это только одна возможность из многих.

Не думайте о ней слишком много, иначе вы снова закроетесь. Возможностей миллионы; думайте и о других вещах. Вы станете счастливее; в вас станет больше любви. Вы будете более открытым, и люди будут более открыты вам. Вы будете способны смеяться, будете способны праздновать. Есть тысяча и одна возможность. Зачем выбирать только одну — ту, в которой вам могут причинить боль?

x

164. Алхимия любви

Любовь божественна. Если есть на земле нечто божественное — это любовь, и любовь делает в равной мере божественным все существующее. В любви воистину состоит алхимия жизни, ибо она превращает грубый металл в золото.

Почти у всех народов есть древние истории, множество историй о том, как кто-то целует лягушку и она превращается в принца. Лягушка была проклята; она только ждала, чтобы кто-то одарил ее поцелуем. Она ждала, чтобы пришла любовь, расколдовала и трансформировала ее.

Любовь расколдовывает и трансформирует — вот суть этих историй. Истории красивы, очень выразительны, символичны. Только любовь трансформирует животное и преображает в человека; никакой другой разницы между человеком и животным нет. Единственная разница, единственно возможная разница — любовь. И чем более вы живете из любви, будучи любовью, тем больше в вас рождается человечности. И в высшей точке, в точке омега, человек становится любовью. Теперь превзойдено не только животное, превзойдено даже человеческоею Теперь человек божествен, человек становится Богом. Весь человеческий рост есть рост любви. Без любви мы животные. С любовью мы люди.  А когда любовь становится вашим естественным существом,  самим вашим ароматом, вы — Бог.

x

165. Дикая энергия

Любовь дика, и когда человек пытается сделать ее домашней, она в тоже мгновение гибнет.  Любовь — неукротимый вихрь свободы, дикий, спонтанный.

Нельзя вызвать любовь по собственному желанию, нельзя ею управлять. Управляемая, любовь мертва. Она может быть управляемой, только если ее уже убили. Живая, она управляет вами — не наоборот. Если она жива, вы ею одержимы. Вы в ней теряетесь, потому что она больше вас; исконная, первозданная, она неизмеримо выше и глубже.

Так приходит Бог, точно как любовь к вам приходит Бог…Бог тоже дик, еще более, чем дика любовь. Цивилизованный Бог вообще не может быть Богом. Церковный Бог, храмовый Бог может быть всего только каменным истуканом. Бог давно исчез из церквей и храмов, потому что Бога нельзя заточить в тюрьму. Церкви и храмы стали кладбищами Бога.

Если вы хотите найти Бога, нужно будет открыться дикой энергии жизни. Любовь — ее первый проблеск, начало путешествия; Бог — его кульминация, высшая точка. Но Бог является диким вихрем, и вырывает вас с корнем, и охватывает одержимостью — и разбивает вас вдребезги! Он убивает и воскрешает. Он становится первым и вторым, распятием и воскресением.

x

166. Сила

Человек может стать слишком привязанным к тому, чтобы всегда иметь приют или защиту, но это не дает силы. Сила всегда приходит из столкновений с тяжелыми ситуациями.

В старые времена люди уходили в монастыри, или в Гималаи, или в дальние пещеры и там находили определенный покой. Но этот покой не много стоил, он тут же разбивался вдребезги, когда эти люди возвращались в мир. Их покой был очень хрупок, и они боялись мира. Их уединение было своего рода бегством, не ростом.

Научитесь одиночеству, но никогда не становитесь слишком привязаны к одиночеству. Сохраняйте способность взаимодействовать с окружающими. Научитесь медитировать, но не доходите до такой крайности, чтобы потерять способность к любви. Будьте в молчании, в тишине, в покое, но не становитесь одержимы молчанием, или рыночная площадь станет вам не по силам.

Легко быть в молчании, когда вы одни. Трудно быть в молчании среди людей, но этой трудности нужно сделать шаг на встречу. Научившись быть в молчании среди людей, вы достигли; теперь ничто не может разрушить молчание.

x

167. Участвовать

Есть вещи, которые нельзя узнать иначе,  как в них участвуя.

Извне можно знать только поверхностное. Что происходит внутри человека? Кто-то плачет, на глазах слезы. Вы видите, но все же очень поверхностно. Что происходит у него в сердце? отчего он плачет? Трудно даже истолковать — может быть, он плачет, потому что страдает, или ему грустно, или, может быть, он плачет от гнева, или, может быть , он плачет от счастья, или, может быть, он плачет от благодарности.

А слезы — всего только слезы. По химическому составу никак нельзя определить, откуда они взялись — из глубокой благодарности, из блаженного состояния или из страдания, — потому что все слезы одинаковы. По химическому составу они ничем не отличаются; они выглядят одинаково, когда катятся по щекам. И почти невозможно, — в том, что касается более глубоких сфер, почти невозможно прийти к какому-либо заключению извне. Человека нельзя наблюдать извне. Наблюдать можно только предметы. Знать можно только изнутри. Значит, вы должны знать эти слезы сами; иначе вы никогда по-настоящему их не поймете. Многое можно узнать из наблюдения, и хорошо, что вы наблюдаете, — очень хорошо; но с тем, что может быть познано путем участия, нет никакого сравнения.

 

x

168. Зимняя спячка

Иногда вы холодны, иногда не холодны. Не делайте из этого проблемы. Когда вы холодны, будьте холодны и не чувствуйте себя виноватым.

Необязательно оставаться теплым все двадцать четыре часа. Это было бы утомительно. Человеку нужно немного отдыха. Когда вы холодны, энергия стремится внутрь; когда вы теплы, энергия стремится наружу. Конечно, людям хочется, чтобы вы всегда были теплыми, потому что тогда ваша энергия течет к ним. Когда вы холодны, энергия к ним не течет, и они чувствуют себя обиженными. Они говорят, что вы холодны. Но решать вам.

В эти моменты холодности вы как будто ложитесь в зимнюю спячку, отступаете внутрь своего существа. Это медитативные моменты. И вот мое предложение — когда вы чувствуете холодность, закройте двери и устранитесь, прекратите отношения и взаимодействие с людьми. Если вы чувствуете холодность, идите домой и медитируйте. Это хороший момент для медитации. Когда энергия движется внутрь сама, на ее волне вы сможете войти в самый глубокий центр своего существа. Не нужно будет бороться. Вы сможете просто плыть по течению. А когда вы чувствуете тепло, идите наружу. Забудьте о медитации. Любите. Используйте оба состояния и ни о чем не беспокойтесь.

x

169. Священные писания

Есть столько священных писаний, столько великой философии, но все это вздор! Они существуют лишь для того, чтобы глупцам было чем себя занять; они не для настоящего искателя.

То, что я говорю, — абсолютно живое, новое, свежее, юное… Совершенно не традиционное явление, совершенно другое — и не может быть никак иначе. Писания, написанные три тысячи лет назад, предназначались для людей, для которых были писаны. Та психология в мире больше не действует. Я обращаюсь к вам; эти писания были обращены к своим современникам. Они были писаны не для вас. Между вами и ими проиежуток в три, четыре, пять тысяч лет. Они потеряли всякую силу. Полагаться не них так же абсурдно, как при изучении физики остановиться на Ньютоне, не дойдя до Альберта Эйнштейна.

Но писания не могут обращаться к живым людям; они не могут расти. Поэтому в старые времена многие мастера настаивали, чтобы их высказывания не записывались, — что-бы они могли продолжать расти. Мастера передавали учение ученикам, чтобы ученики — в свою очередь и по собственному авторитету — учили других. Они многое изменяли, потому что менялись люди, менялась ситуация. Но книга, как только она написана, застывает; такой она остается навсегда. Никто не может ее изменить, а если кто-нибудь попытается, то вызовет в последователях книги бурю гнева.

x

170. Грусть

Когда вам грустно, погрузитесь в грусть, пусть вам будет как можно грустнее. Что еще вам делать? Грусть нужна. Она дает хороший отдых — как темная ночь помогает заснуть. Если наступила ночь, усните. Примите грусть, и, приняв, вы тут же увидите, что она становится красивой.

Грусть безобразна из-за того, что мы ее отвергаем; сама по себе она не безобразна. Приняв ее, вы сразу увидете, как она красива и какое она приносит расслабление, какое спокойствие и безмятежность, какое молчание. Она может дать нечто такое, чего не может дать счастье.

Грусть дает глубину; счастье дает высоту. Грусть дает корни; счастье дает ветви. Счастье подобно ветвям дерева, тянущимся к небу; грусть подобна корням, уходящим глубоко в недра земли. Те и другие важны для дерева, и чем оно становится выше, тем одновременно становится глубже. Чем больше дерево, тем больше у него корни. Крона и корни всегда пропорциональны; так дерево сохраняет равновесие.

Нельзя создать равновесие искусственно. Искуственное равновесие не принесет пользы; оно не жизнеспособно. Равновесие возникает спонтанно; собственно говоря, оно уже существует. Вы не замечали?…- в счастье вы переживаете такое волнение, что сами от него устаете. Тут же сердце начинает двигаться в другую сторону, чтобы дать вам отдых, и это вы ощущаете как грусть. Сердце дает вам отдых, потому что вы слишком устали от волнения… В виде лечения, в терапевтических целях. Точно так же днем вы делаете тяжелую работу, ночью крепко спите, утром снова просыпаетесь полным сил. Когда пройдет ночь грусти, вы проснетесь полным сил и готовым к волнениям.

x

171. Непросветленная любовь

Любовь необязательно означает свободу… Должна означать — но это в идеале. Всегда помните, если вы кого-то любите с осознанностью, — только тогда любовь может быть благословением.

Любовь во многих смыслах может быть разрушительной, потому что любовь не всегда любовь просветленная. Мать любит ребенка — и весь мир страдает от материнской любви. Спросите психиатров, психологов: они говорят, каждый невроз можно свести к отношениям матери и ребенка. Многие люди в сумасшедших домах страдают — от любви, не больше не меньше. Отцы любят сыновей….любят священники. любят политики. Любит каждый, но не всегда — просветленной любовью.

Просветленная любовь  сострадательна. У такой любви совершенно другое качество. Она несет свободу. Все ее дело в том, чтобы принести свободу — абсолютную свободу. Она не просто говорит о свободе — но совершает всевозможные усилия, чтобы дать свободу, разрушить все преграды на пути к свободе.

Да, может быть, любовь существует, но если в ней мало бдительности, она разрушительна. Самой по себе любви недостаточно, иначе мир уже стал бы раем. Вы любите своего партнера, партнер любит вас, но что получается в конце концов? Ничего кроме разрушения. Ваша любовь хороша, но нехороши вы. Где-то в глубине бессознательного к любви что-то примешивается, и вы не осознаете примеси.

Я не говорю, чтобы вы не любили или считали, что любви не бывает, но любовь не должна быть на первом месте. На первом месте должна быть осознанность. Пусть любовь будет тенью осознаннности.

x

172. Играя…

Научившись играть роли, вы становитесь от них свободны.

Какая трудность в том, чтобы играть роль? Трудности возникают потому, что вы привязаны к определенной роли — считаете ее своей личностью. Все время играя одну и ту же ро
ль
,
теперь вы отождествились с ней настолько, что любая другая кажется невозможной. Нужно будет ослабить путы, привязывающие вас к прошлому, и двигаться в новую роль. Входить в новые роли хорошо. Только подумайте — это всего лишь роль, игра, в которую вы играете.

У вашего существа нет личности. У вашего существа нет ролей. Оно может играть любые роли, но у него нет характера. Поэтому внутренняя свобода так красива. Итак, просто будьте актером. В одном фильме актер играет одну роль, в другом — другую. Может быть, утром актриса выступает в одной роли, вечером в другой. Она просто выскальзывает из одной роли и входит в другую — без всякого затруднения, потому что знает, что это только игра.

Такой должна быть вся жизнь. Человек должен  быть способен легко входить в роли и из них выходить, ни к одной из них не будучи привязанным. Вы начнете чувствовать, что в вас возникает свобода, вы начнете чувствовать свое настоящее существо. Обычно же вы всегда остаетесь ограничены одной и той же ролью.

x

173. …в игру

Играйте свою роль, наслаждайтесь ею — это так забавно. Но относитесь к ней легко. Она не стоит того, чтобы беспокоиться.

Какую бы роль вы ни играли в определенных обстоятельствах, играйте ее всеми силами, всем потенциалом,  играйте ее тотально. Но как только она окончена — неважно, добились вы успеха или провалились, — не оглядывайтесь, двигайтесь дальше. Есть и другие роли, которые вам предстоит сыграть. Успех или провал ничего не значат; существенно только сознание, что все есть игра.

Когда ваша жизнь наполняется осознанностью, вы освобождены, и ничто вас не сковывает, и вы больше ни к чему не привязаны. Теперь ничто не может вас поработить. Вы носите маски, но теперь знаете, что это маски; не считайте их своим подлинным лицом. И можете снять любую маску, потому что теперь знаете, что это маска — и не более. Ее надевают и снимают. Теперь вы можете также знать свое подлинное лицо. Тот, кто осознает, что жизнь — игра, знает свое подлинное лицо. А знать свое подлинное лицо — значит знать все, что только стоит знать.

x

174. Тщетность

Все тщетно. Это нужно понять. Без этого понимания вы всегда будете оставаться в иллюзии. Все тщетно, в жизни нет никакого продвижения, никакого совершенствования, потому что жизнь существует вечно… жизнь уже совершенна.

Все, что вы пытаетесь сделать, чтобы усовершенствовать жизнь, тщетно, но на осознание этого требуется время. Когда вы чувствуете, что никуда не движетесь, можно сделать две вещи. Можно изменить образ жизни — и на несколько дней снова вы переживете медовый месяц, с его надеждами, желаниями и амбициями; и снова оживет возможность завтра. Но через некоторое время вы осознаете, что завтра не бывает. Снова вы никуда не движетесь, и снова жизнь стала обыденной.

Точно то же происходит, когда вы любите женщину или мужчину. Медовый месяц кончился — любовь прошла. К концу медового месяца вы снова беспокойны, вы ищете новую любовь. Таким образом вы можете продолжать жить от одного медового месяца до другого, но это не поможет. Нужно будет осознать, что в жизни достигать нечего. Жизнь не ориентирована на достижение цели. Жизнь вечно здесь и сейчас. Она уже совершенна. Она не может быть улучшена вашими силами.

С этим сознание сразу же оказывается, что нет будущего, нет надежды, нет желания, нет амбиций. Вы переживаете этот миг, им наслаждаетесь, ему радуетесь.

x

175. Когда есть чем поделится

Любовь — отношения между вами и кем-то другим. Медитация — отношения между вами и вами. Любовь обращена вовне; медитация обращена вовнутрь. Любовь — это то, чем делятся. Но как вы можете делиться любовью, если, прежде всего, у вас ее нет? Чем вы будете делиться?

У людей есть гнев, у людей есть ревность, у людей есть ненависть, и под именем любви они начинают этим делиться, потому ничего другого у них нет. Когда медовый месяц кончится, и вы снимите маски, и откроется реальность — чем тогда вы будете делиться? Тем, что у вас есть. Если гнев, значит, гневом, если собственничество, значит, собственничеством. Тогда начинается борьба, конфликты и ссоры и каждый пытается подчинить себе другого.

Медитация даст нечто другое, возможность делиться чем-то другим. Медитация даст вам качество, энергию, которая может стать любовью, когда что-то вас с кем-то связывает. Обычно у нас этого качества нет. Нет ни у кого. Его нужно создать. Любовь- не что-то такое, с чем вы рождаетесь. Это нечто такое, что вам предстоит создать; нечто такое, чем вам предстоит стать…Борьба, усилие и великое искусство.

Когда вы переполняетесь любовью изнутри, вы можете делиться. Но это возможно, только если вам удастся прийти к согласию с собой. А медитация есть не что иное, как способ научиться согласию с собой.

x

176. Планетарное существо

Землю ничто не разделяет. Индия и Пакистан, Англия и Германия существуют только на картах, и эти карты созданы политиками, сумашедшими, одержимыми властью. Вся эта Земля — ваша.

Нужно ли себя с чем-то отождествлять? Нужно ли себя ограничивать такой маленькой территорией? Нужно ли себя ограничивать политикой? Заявите свои права на все наследие Земли. Эта Земля — ваша. Станьте планетарным существом из существа национального. Забудьте об Индии и Англии, думайте обо всем земном шаре. Думайте обо всех  и каждом как о братьях и сестрах; они действительно вам братья и сестры!

Будучи, например, индийцем, вы противопоставляете себя всем остальным. Неизбежно: как иначе вы определите свою принадлежность к индийской национальности? Вы против Китая, против Пакистана, против пятого и десятого; всякое отождествление в самой основе против. Если вы за что-то, естественно, вы против чего-то другого. Не будьте за и против — просто будьте. Есть множество более интересных вещей, о которых можно думать. Вы не спрашиваете: » С какой болезнью мне лучше себя отождествлять — с туберкулезом или раком?» Вы этого не спрашиваете; а эти национальные отождествления точно туберкулез или рак.

В лучшем мире не будет никаких стран, в высшем мире не будет никаких религий — достаточно просто быть человеческим существом. И однажды человеку предстоит выйти за пределы даже человеческого — тогда он становится божественым. Тогда даже эта Земля слишком мала, чтобы вас вместить, тогда звезды — тоже ваши, вся эта вселенная — ваша. А когда человек становится вселенским, он достиг.

x

177. Что дальше?

Пока вы что-то делаете: создаете скульптуру из дерева или камня, рисуете — вы в этом теряетесь. В этом ваша радость, медитация. Но когда работа кончена, естественно, вы возвращаетесь в ум, и ум начинает спрашивать: «Какой смысл?»

Говорят, когда Гиббон закончил свою всемирную историю, он заплакал. Он работал над ней тридцать лет, работал и работал день и ночь, год за годом. На сон ему оставалось только четыре часа, каждый день — двадцать часов работы. Закончив, он заплакал. Его жена не могла поверить своим глазам, ученики онемели от изумления.

«Почему ты плачешь?» — спросили они. Все довольны, работа выполнена, величайший исторический труд завершен. Но он плакал: » Что теперь я буду делать? Мне конец!»  И через три года он умер; ему ничего больше не оставалось делать. Он всегда оставался молодым; в тот день, когда работа была окончена, он состарился. Это случается с каждым творцом. Живописец вкладывает в живопись столько страсти, что, когда картина окончена, возникает чувство: » Что дальше? Зачем я это сделал?» Нужна огромная осознанность, чтобы видеть, что радость живописи содержится в самой живописи. Результата нет — цель и средство не отдельны.

Если вы чем-то наслаждаетесь, вся суть в этом; не просите ничего другого. Что еще нужно? Достижение свершается в самом процессе. Благодаря ему вы выросли; вот в чем достижение. Благодаря ему вы стали глубже; вот в чем достижение. Вы подошли ближе к центру своего существа; вот в чем достижение. Если вы осознанны, чувство бессмысленности исчезнет.

x

178. Ответственность

С этого момента начните мыслить в таких терминах: вы служите причиной своей жизни, своего мира. Вот смысл духовного поиска: принятие полной ответственности за собственное существо.

У страдания нет внешней причины — причина внутри. Вы всегда складываете с себя ответственность, но внешнее служит только предлогом.

Да, страдание вызывается внешними поводами, но ничто внешнее его не создает. Когда вас оскорбляют, оскорбления приходят снаружи, но гнев — у вас внутри. Гнев не вызывается оскорблением, не возникает вследствие оскорбления. Если бы внутри вас не было энергии гнева, оскорбление осталось бы бессильным. Оно бы просто прошло мимо, не обеспокоив вас.

Вне человеческого сознания нет причин; причины существуют только внутри вас. Вы сами причина всего в своей жизни, и понять это — значит понять одну из самых  фундаментальных истин. Понять это — значит начать путешествие трансформации.

x

179. Страдание

Природа предназначила каждому быть императором. Природа создает только королей и королев, но мы никогда этого не принимаем. Кажется, это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Блаженство — единственный критерий того, приближаетесь вы к достижению истины или нет. Чем ближе вы подходите к истине, тем более становитесь блаженны; чем дальше вы от истины, тем больше становится страдания. Страдание — не что иное, как расстояние от истины; блаженство — степень приближения, близость. Когда человек становится с истиной одним целым, это высшее возможное блаженство, которое нельзя отнять, потому что расстояние исчезло, всякое пространство между вами и истиной исчезло.

Истина существует во внутреннем центре нашего существа, но мы существуем на его периферии. Мы  живем на задворках, совершенно забыв дворец. Мы украсили небольшое крыльцо и думаем, что больше ничего нет. Мы нищие, сами осудившие себя на нищету. Природа предназначила каждому быть императором. Природа создает только королей и королев, но мы никгода этого не принимаем — кажется,это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Мы счастливы в своем страдании. Страдание дает нам нечто — и это эго. Страдание дает эго, блаженство его отнимает.

Нам хочется быть, хотя бы и в страдании, но мы не хотим исчезнуть. Но такова ставка в игре: человек должен исчезнуть, и только тогда возможы блаженство и истина.

x

180. Психологическая болезнь

Патология в человеке существует потому, что нам предназначено выйти за пределы, превзойти человеческое. Если вы не можете выйти за пределы человеческого, возникает патология. В вас есть внутренняя способность к этому, но если вы не дадите ей реализоваться, она обратится против вас и станет разрушительной.

Все творческие люди опасны, потому что, если им не позволить творчество, они станут разрушительными.

Человеческие существа — единственные на Земле животные, способные к творчеству; ни одно животное не способно к творчеству. Животные просто живут, их жизнь развивается по определенной программе, и они никогда не сбиваются с предназначенного им пути. Собака живет собакой и умирает собакой. Она никогда не пытается стать буддой, но конечно, и не сходит с ума, не становится Адольфом Гитлером. Она просто идет по накатанной колее. Она очень консервативна, ортодоксальна, буржуазна; все животные, кроме человеческих существ буржуазны.

В человеческих существах есть нечто эксцентричное. Им хочется что-то сделать, куда-то попасть, кем-то быть; если же этого им не позволить, если они не смогуть быть розой, то захотят быть сорняком, — но они хотят чем-то быть. Если они не смогут быть буддами, они станут преступниками. Если они не смогут создавать поэзию, они будут создавать кошмарные сны. Если они не смогут расцвести сами, то не позволять расцвести никому другому.

 

x

181. Помнить

Все божественно! Пусть это будет для вас первейшей основой — это может изменить вас полностью.

Естественно, много раз вы забудете, что все божественно. Не беспокойтесь: как только вы снова вспомнили, продолжайте помнить. Не раскаивайтесь, что на час забыли. Это естественно… такая старая привычка; многие жизни мы жили с этой привычкой. Это так естественно. Не чувствуйте себя виноватым. Если хотя бы несколько секунд в двадцать четыре часа вы можете помнить, этого достаточно — так велик потенциал истины, так она сильна, что одной ее капли достаточно, чтобы разрушить весь мир неистинного. Одного луча света достаточно, чтобы рассеять тысячелетнюю тьму.

Таким образом, вопрос не в количестве, помните. Вопрос не в том, чтобы помнить двадцать четыре часа в сутки — да и возможно ли это? Но когда-нибудь вдруг вы увидете, что невозможное стало возможным.

x

182. Подвижность

Хорошо заниматься многими вещами. Если человек всегда делает одно и то же, ничего другого, он костенеет, и ему становится трудно измениться.

Очень хорошо, что люди меняют одну работу на другую; это позволяет им сохранять подвижность. Лучший мир будет более текучим, чем теперь, и люди должны будут постоянно, чтобы ничто не застывало и не коснтенело, — костность болезненна.

Всякая новая работа, всякий новый проект вносит в существо новое качество — и делает вас богаче.

x

183. Органическое единство

Если вы не интегрированы в целое, ни в чем, что вы делаете, не может быть подлинной целостности; сделанное вами будет только собрано искусственно. И результат этого искусственного соединения будет механическое единство, не органическое единство.

Можно собрать машину — но нельзя таким же образом собрать цветок; цветок нужно вырастить. Ему свойственно органическое единство, внутреннее единство — в нем есть центр, и центр является первым, за ним следуют лепестки. В механическом единстве сначала являются части, потом целое. В органическом единстве первично целое, части вторичны.

Можно писать поэзию, в которой нет ничего поэтического.  Можно написать рассказ без всякого центра — много шума из ничего…сказку дурака, где много ярости и звонких фраз, но смысла нет.

Смысл исходит от человека,  поэта; смысл не в поэзии. Если поэта что-то переполняет, его поэзия становится сияющей, озаряется светом, и в ней появляется некое тонкое единство. Она пульсирует жизнью, у нее есть сердце, и это сердце бьется… можно услышать биение сердца. Тогда поэзия живет и растет, продолжает расти. Она почти как ребенок, которого вы родили, — вы умерли, может быть, но ребенок продолжает расти. Настоящая поэзия продолжает расти, даже когда поэта больше нет. Так продолжают жить Калидас или Шекспир. В поэзии есть нечто органическое; она не просто сложена из частей.

x

184. Величайшая амбиция

Каждое человеческое существо — нерожденная любовь; отсюда его страдание и тоска. Семя не может быть удовлетворено, оставаясь семенем. Оно хочет стать деревом, хочет играть с ветром, хочет тянуться к небу — оно амбициозно!

Каждое человеческое существо рождается с величайшей амбицией — амбицией расцвести в любовь, вырасти в любовь. И я вижу каждое человеческое существо как возможность, потенциал, обещание. Чему-то неслучившемуся еще предстоит случится, и пока оно не случилось, не может быть никакой удовлетворенности и покоя; только агония, страдание, несчастье.

Только когда вы достигнете цветения, только когда почувствуете, что теперь осуществлены — стали тем, ради чего родились, достигли своего предназначения, и ничего большего не осталось, только когда в осуществленности амбиция исчезла без остатка, — человек блажен… никогда не прежде.

x

185. Настоящий вопрос

Настоящий вопрос — только капсула, скрывающая ответ, жесткая внешняя оболочка, защищающая мягкий ответ… Только кожура, покрывающая семя.

Девяносто девять  вопросов из ста просто вздорны, из-за этих девяносто девяти вам не удается найти по-настоящему ценный. Эти девяносто девять с шумом и гамом толпятся вокруг вас, кричат и галдят, и настоящему вопросу не удается в вас возникнуть. Голос настоящего вопроса бесшумен…едва слышим, а эти ненастоящие — величайшие крикуны и пройдохи. Из-за них вы не можете задать правильный вопрос и найти правильный ответ.

Узнать, что вздор есть вздор — глубокое понимание. Тогда вздор выпадает у вас из рук — потому что, зная, что держите в руках вздор, вы не сможете держать его долго. Самого понимания, что это вздор, достаточно, чтобы ваши руки стали пустыми, а когда ваши руки пусты, и в них нет вздора, остается только один вопрос — настоящий вопрос.

И красота в том, что если остается только один настоящий вопрос, ответ близок…Внутри самого вопроса. Ответ — в самом центре вопроса.

x

186. Интроверты и экстраверты

Есть две разновидности рабов — экстраверты и интроверты.

Человек, который не свободен перестроится в зависимости от ситуации, остается рабом. Есть две разновидности рабов — экстраверты и интроверты. Экстраверты — рабы внешнего. Они не могут идти внутрь; они совершенно забыли дорогу. Если с ними заговорить о том, чтобы идти внутрь, они просто посмотрят на вас недоуменно. Они не поймут, о чем вы говорите; они подумают что вы говорите бессмыслицу.

Человек, который стал слишком интровертным, постепенно теряет связь с внешним миром, теряет ответственность и способность действовать — и многого лишается. Он замыкается в себе; он превращается в могилу. Экстраверт становися политиком, интроверт становится эскапистом, беглецом от реальности, — и оба состояния нездоровы, оба невротичны.

Действительно здоровый человек не застывает в чем-то одном. Движение внутрь и наружу происходит точно как вдох и выдох…входящий и выходящий воздух в дыхании. Вы свободны быть в обоих состояниях. Благодаря этой свободе вы выходите за их пределы, достигаете трансценденции. Вы целы и тотальны.

x

187. Уязвимость и сила

Есть люди, которые чувствуют себя сильными только тогда когда не уязвимы; но такая сила создает только видимость, камуфляж; и есть люди, которые уязвимы, но чувствуют себя слабыми.

Те, кто чувствует себя в уязвимости слабым не согут быть уязвимыми долго: рано или поздно слабость превратится в страх и они закроются. Таким образом, правильный подход в том, чтобы быть и уязвимым, и сильным. Тогда вы можете оставаться уязвимым каждый день, и ваша сила будет расти, и у вас будет достаточно храбрости, чтобы  становиться более и более уязвимыми.

Действительно смелый человек абсолютно открыт — вот критерий храбрости. Только трус закрыт, сильный человек — силен, как скала, и уязвим, как роза. Это парадоксально — но всякая истина парадоксальна.

Всегда помните: когда вы воспринимаете нечто парадоксальное, не пытайтесь привести его в последовательность, потому что последовательность будет ложной. Реальность всегда парадоксальна: с одной стороны, вы чувствуете уязвимость, с другой стороны, вы чувствуете силу — это значит, наступил момент истины. С одной стороны, вы чувствуете, что ничего не знаете. С другой стороны, вы чувствуете, что знаете все — наступил момент истины.

С одной стороны, вы всегда чувствуете один аспект, с другой стороны — прямо противоположный аспект, и когда у вас есть оба эти аспекта одновременно, всегда помните: нечто истинное совсем рядом.

x

188. Шизофрения

Чувство вины всегда создает шизофрению. Если чувство вины проникает достаточно глубоко, оно может вызвать настоящее раздвоение.

Нет разделения между обыденным и духовным. Но из-за явления вины такое разделение возникает. Поэтому чувство вины должно быть отброшено. Не думайте, что вы должны свести обыденное и духовное воедино, — они уже едины, и никак нельзя их разделить. Вы должны понять собственное чувство вины и отбросить его, иначе оно всегда будет создавать шизофрению. Если чувство вины проникает достаточно глубоко, оно может создать настоящее раздвоение. Человек может действительно раздвоиться — до такой степени, что один из двоих не будет знать о существовании другого. Раздвоенность может стать настолько сильной, что две стороны никогда не смогут встретиться, никогда не столкнутся друг с другом.

Вы должны понять собственное чувство вины. Просто живите как можно более естественно и ничего не классифицируйте как «духовное» и «обыденное». Сама эта класификация неверна, потому что ведет к раздвоению. Этого не должно быть.

Вы не разделяете, когда видите ночью луну и ею любуетесь, или однажды видите улыбающегося ребенка, и вам от этого радостно. Что духовно, что материально? Вы видете распускающийся цветок, и что-то расцветает в вас, и вы радуетесь. Готовится еда, она вкусно пахнет, и вдруг вам становится приятно. Что духовно, что обыденно?

x

189. Алхимия

Медитация обладает алхимической силой; она трансформирует все ваше существо. Она разрушает все ограничения, всякую узость; она несет широту.

Медитация помогает избавиться от многих границ — границ религии, нации, расы. Осознанность помогает не только избавиться от всякого  рода логических и идеологических ограничений и тюрем, но также помогает выйти за пределы тела и ума. Она позволяет осознать, что вы — чистое сознание, ничто другое.

Тело — только ваш дом; вы не тело. Ум — только механизм для пользования. Он не хозяин дома, он только слуга. Осознавая, что вы не тело и не ум, вы постепенно расширяетесь, становитесь больше и больше. Постепенно вы становитесь подобны океану, подобны небу. Эта трансформация несет победу и славу.

x

190. Жажда возможного

Когда вы желаете возможного, может случиться также и невозможное. Когда вы желаете невозможного, даже возможное становится трудным.

Есть два вида людей: с низкой энергией и с высокой энергией. Нет ничего особенно хорошего в высокой энергии и ничего особенно плохого в низкой. Просто таким образом живут эти два вида людей: люди низкой энергии движутся очень медленно. Они не совершают скачков. Они не взрываются. Они растут, как растут деревья. Им нужно больше времени, но их рост надежнее, определеннее, устойчивее. Однажды достигнув определенной точки, они не отступятся с легкостью.

Люди высокой энергии движуться быстро. Они совершают прыжки. Они шагают через ступеньку. Работа движется очень быстро. Хорошо, но есть одна трудность: они могут потерять все достигнутое с такой же легкостью, как и достигли. Они очень легко отступают, часто падают, потому что их рост был скачкообразным, не постепенным. Рост требует очень медленного вызревания, постепенного закаливания, долгого времени.

Люди низкой энергии редко идут далеко в соревновании мира. Они всегда в последних рядах. За это их осуждают. В соревнующемся мире они не умеют работать локтями; они не умеют проложить себе дорогу. Их отталкивают, оттесняют. Но в том, что касается духовного роста, они могут двигаться гораздо глубже людей высокой энергии, потому что умеют ждать и быть терпеливыми. Они не торопятся. Они не ожидают, чтобы все случалось немедленно. Они не ожидают невозможного; они жаждут только возможного.

x

191. Сжигать мосты

Всегда хорошо сжечь мосты в прошлое. Тогда человек сохраняет силу, жизнь, невинность и никогда не теряет детства. Много раз приходится сжигать все мосты, чтобы стать чистым и снова начать с самых азов.

Когда вы начинаете что-то новое, вы снова ребенок. Как только вы решили, что прибыли, время снова сжигать мосты, потому что это значит, что воцаряется мертвое. Теперь вы становитесь только товарной единицей, рыночной ценностью. Каждый, кто хочет быть творческим, должен каждый день умирать для прошлого — и даже не каждый день: каждое мгновение, — потому что творчество означает постоянное возрождение. Если вы не рождаетесь заново, все вами создаваемое будет повторением. Если вы рождаетесь заново…- только тогда из вас может изойти нечто новое.

Бывает так, что даже великие творцы, поэты и художники, приходят к точке, в которой начинают повторяться, снова и снова повторяться. Иногда бывает так, что первая их работа остается лучшей. Халиль Джебран написал «Пророка», когда ему было всего двадцать лет или двадцать один год, но эта первая его работа стала и последней. Он написал много других книг, но ни одна из них не достигает высот первой. Подспудно он продолжает повторять «Пророка».

Творческому человеку, художнику или поэту, музыканту или танцору, которому каждый день приходится  создавать что-то новое, как никому другому нужно забывать дни вчерашние без следа, чтобы от них не оставалось даже воспоминания. Грифельная доска чиста, и из этой новизны рождается творчество.

x

192. Философия

Когда вы не можете что-то  понять или пережить, почти всегда вы начинаете об этом размышлять и маскируете свое поражение, подводя под него филосовскую базу.

Мои наблюдения показывают, что  люди, которые   не любили, пишут книги о любви — в качестве своего рода заменителя. Люди, не способные любить, создают поэзию, великую поэзию; но у них нет опыта любви, и вся их поэзия остается умозрительной. Может быть, им были даны поразительные полеты воображения, но они ничтожны в сравнении с реальностью о любви. Реальность любви, пережитая как личный опыт, совершенно иная — и нельзя ее знать, не пережив.

x

193. Забытое сердце

Мы прошли мимо сердца, вошли прямо в голову, минуя сердце. Мы выбрали короткий путь. Сердце было забыто, его проигнорировали — потому что явление сердца опасно.

Сердце неуправляемо, а мы всегда боимся всего неуправляемого. Голова управляема. Она внутри нас и в нашей власти; ею можно распоряжаться. Сердце больше вас. Голова внутри вас; с сердем все наоборот — вы внутри сердца. Когда сердце проснется, вы удивитесь, обнаружив, что вы сами лишь крошечная частица в его пространстве. Сердце больше вас; оно огромно. А мы всегда боимся потеряться в огромном.

Функция сердца таинственна, и тайна, естественно, вызывает страх. Кто знает, что случиться? И как с этим справиться? Человек никогда не готов ни к чему, что связано с сердцем. В сердце все случается неожиданно, неисповедимы его пути — и человек решил его миновать, войти прямо в голову и взаимодействовать с реальностью из головы.

x

194. Сравнение

Вот мое предложение: наслаждайтесь музыкой, наслаждайтесь поэзией, наслаждайтесь природой, но  избегайте искушения раскладывать их на составляющие. И не прибегайте к сравнению; сравнение бесполезно.

Не сравнивайте розу с хризантемой. Обе они — цветы, и у них есть, безусловно, общие черты, но на этом всякое сходство кончается; они также и уникальны: хризантема — златоцвет…золото в цвету, танцующее золото…и роза, существо розы….розовый цвет, волшебное розовое существо… Обе они — цветы, и можно найти сходные черты, но нет смысла в них вдаваться; можно упустить из виду уникальность, а уникальность восхитительна. Есть люди, которые во всем и всегда ищут сходства: что сходного в Коране и в Библии, что сходного в Библии и Ведах? Это глупцы; они впустую теряют свое время и заставят терять время других. Всегда смотрите на уникальное и избегайте искушения сравнивать, потому что в сравнении все, что вы смотрите, становится обыденным, посредственным.

Иисус превращал воду в вино. Чудо поэта, его поэзия — превращение воды в вино… Обычные слова так пьянят, когда исходят от поэта!.. — от них пьянеют, как от вина. Но есть еще профессора и ученые бандиты, которые делают прямо противоположное — специализируются на том, чтобы превращать вино в воду. Вот настоящие анархисты! Не делайте этого сами. Если не можете превращать воду в вино, лучше вообще ничего не делайте.

x

195. Вечность

Вечность не есть вечно длящееся время. В этом словарный смысл слова «вечность»: время, длящееся и длящееся вечно. Но и «вечно» — тоже часть времени, длительная часть, длящаяся неопределенно долго часть, но все же часть времени. Вечность же — прыжок за пределы времени…вовне времени…во вневременье.

Настоящий момент — двери в вечность. Прошлое и будущее — часть времени. Настоящее не часть времени, — настоящее между ними двумя: между прошлым и будущим. Если вы абсолютно бдительны, только тогда вы в настоящем, иначе вы постоянно его упускаете. Если вы не бдительны, к тому времени как вы заметили настоящее, оно уже прошло, стало прошлым; оно так быстротечно.

Между прошлым и будущим есть дверь, промежуток, зазор — сейчас. Сейчас — двери в вечность. Только в вечности возможно блаженство; во времени, самое большое — удовольствие; в худшем случае — боль — но и удовольствие и боль скоротечны. Они не различны по своей природе. Боль приходит и уходит, удовольствие приходит и уходит. Они преходящи — пена на волне.

У блаженства нет противоположной составляющей. Нет двойственности удовольствия и боли, дня и ночи. Оно недвойственно; оно не знает противоположности. Оно трансцендентально. Старайтесь быть более и более в настоящем. Не двигайтесь слишком в воображение или в воспоминания. Когда вы замечаете, что пустились в странствие по воспоминаниям, воображению, верните себя в настоящее, к делу, которое делаете, туда, где находитесь, к тому, кто вы такой. Снова и снова тяните себя в настоящее. Будда называл это «усилием помнить себя»; в этом усилии помнить себя постепенно вы понимаете, что такое вечность.

x

196. Нулевая точка

Мы привыкли к взлетам и падениям: когда мы на взлете, нам хорошо, когда наступает спад, нам плохо. Но точно посредине есть точка, которая ни сверху, ни снизу — нейтральная точка.

Иногда нейтральная точка может быть очень пугающей — потому что, когда человеку плохо, он знает, что происходит; когда человеку хорошо, он знает, что происходит. Когда же он не чувствует ни того ни другого, он оказывается в своего рода преддверии — и пугается. Но эта точка очень красива. Если вы можете ее принять, она принесет вам безмерное прозрение, глубокое понимание собственной жизни. Когда вы на взлете, взлет вас беспокоит; всякое удовольствие приносит лихорадку, волнение. Когда вы в точке спада, снова вы неспокойны — теперь вас беспокоит спад. Когда вы на взлете, вам хочется уцепиться за это состояние; из точки спада вам хочется выйти. В обоих случаях есть над чем работать и чем себя занять, но когда вы точно посередине, лихорадка прекращается. Это и есть нулевая точка.

Нулевая точка может дать вам видение, глубокое понимание самого себя, потому что в ней царит молчание. Нет счастья, нет несчастья, и потому нет никакого шума, и царит полная тишина. В работе с учениками Будда уделял этой точке огромное внимание; каждый должен был ее достичь, это было обязательным условием — и только тогда начиналась настоящая работа. Он называл ее упекша — еще одно название нейтральности.

x

197. Уязвимость

Существование в теле очень драгоценно. В любой момент — чуть больше кислорода, чуть меньше кислорода — и вас не стало! Чуть меньше сахара в крови — и вас не стало… небольшое расстройство в работе мозга — и вас не стало!

Жизнь существует в уязвимости, жизнь существует в опасности, незащищенности. Никакой защищенности нет и не может быть. Защищенность — только для мертвых. Мертвые очень сильны. Можно ли убить мертвого? Нельзя! Можно ли уничтожить мертвого? Нельзя! Мертвые очень сильны!

Чем выше качество жизни, тем более она хрупка. Посмотрите не розу, посмотрите на стихотворение, посмотрите на песню, посмотрите на музыку — миг она вибрирует, и вот ее нет! Посмотрите на любовь: в один миг она есть, в следующий ее не стало. Посмотрите на медитацию…Поднимаясь выше и выше, вы найдете, что все становитесь более и более уязвимым. В уязвимости, таким образом, нет ничего плохого, если понимать, как устроена жизнь. Притворяться сильным глупо. Никто не силен и не может быть сильным — это только игра эго. Даже Александр Великий не силен — приходит день, когда исчезает вся его сила.

Научитесь принимать собственную уязвимость, и у вас будет очень глубокое понимание, глубокий поток энергии. Уязвимость не будет казаться вам трудностью. Это не трудность, это одна из первейших основ.

x

198. Многогранность

Всегда хорошо видеть человека с разных сторон, под разными углами, потому что каждый человек очень многогранен.

Все мы несем в себе целый мир, и если вы действительно хотите кого-то знать, нужно будеть увидеть этого человека во всем множестве его граней. Тогда двое влюбленых могут оставаться очарованными друг другом бесконечно, и никакая роль не станет единственной и застывшей. Пройдет несколько дней, и вы снова сыграете роли жены и мужа — иногда, ради разнообразия! — и это будет ново! Вы почувствуете себя так, словно встретились после долгой разлуки.

Перемены всегда хороши. Всегда находите новые способы общения, средства общения , новые ситуации. Не увязайте в болоте обыденности. Тогда отношения всегда будут текучими. Вас всегда будут ждать неожиданности. Хорошо удивляться и удивлять друг друга — тогда отношения всегда остаются живыми.

x

199. Истина

Истина достигается только путем осознанности. Это совершенно не умственный процесс. Истину не нужно придумывать; скорее, чтобы узнать истину, нужно вообще перестать думать; чтобы узнать истину, нужно вообще забыть об истине.

Освободите себя от груза всех изученных вами теорий, гипотез, философий, идеологий. Процесс достижения истины есть процесс разучения, процесс разобусловливания. Постепенно человек должен выйти из ума, выскользнуть из ума и стать лишь водоемом сознания, чистой осознанностью… Чистым наблюдением: не делающим ничего, только наблюдающим, наблюдающим все, что происходит во внешнем мире и в мире внутреннем.

Когда человек может просто наблюдать, без всякого вмешательства и суждения, и не возникает никаких мыслей, открывается истина. И чудо в том, что истина не приходит к вам ниоткуда извне, не нисходит свыше; она находится внутри вас — неотъемлимая ваша природа. Знать истину — поистине великое откровение, потому что вы есть истина, вы никогда — ни на мгновение — ее не теряли. Вы всегда ею были. Потерять ее невозможно, потому что истина — само ваше естество, а естество не может быть утрачено. Поэтому мы называем ее естеством, природой. То, что не может быть потеряно, — само определение природы. То, что может быть потеряно, — не природа; не врожденное, но приобретенное. Истина — ваша природа, само ваше существо, само ваше существование, самый ваш центр.

x

200. Незащищенность

Человеческое существо — хрупкий цветок. Его может раздавить любой камень. Любая случайность — и вас не стало. Как только вы это понимаете…

Когда вам очень страшно, что делать? Ночь темна, путь неведом, некому посветить, некому указать дорогу, у вас нет карты — что вам делать? Если вам хочется рыдать и плакать, рыдайте и плачьте, но это никому не помогает. Лучше принять ситуацию и продвигаться в темноте ощупью. Наслаждайтесь пока вы живы. Стоит ли тратить время на стремление к защищенности, если защищенность невозможна? Вот мудрость незащищенности: в ее понимании, в ее принятии вы освобождаетесь от страха.

Всегда бывает так, что, когда солдаты уходят на войну, им очень страшно, потому что их ждет смерть. Может быть, они никогда  не вернуться. Они дрожат, не могут спать от страха их мучают кошмары. Им снится, что они убиты или искалечены. Но как только они оказываются на фронте, весь страх исчезает. Как только они видят, что случается смерть, люди умирают, другие солдаты гибнут, может быть , гибнут их друзья, что падают бомбы, летают пули — через двадцать четыре часа они спокойны, весь страх исчезает. Они принимают реальность; они играют в карты, пока вокруг свистят пули. Они пьют чай, они наслаждаются чаем, как никогда раньше, потому что эта чашка может быть последней. Они шутят и смеются, они танцуют и поют. Что им еще делать? Смерть есть смерть.

Такова незащищенность: примите ее, и она исчезнет.

x

201. Слова

Слова — не просто слова. У каждого из них свое настроение, свой собственный климат.

Когда вы внутренне привыкаете к определенному слову,  оно вызывает в уме определенную перемену климата, перемену в видении, перемену в мировоззрении. Назовите одну и ту же вещь разыми словами, и вы увидите: что-то тут же меняется.

Бывают чувствующие слова и интеллектуальные слова. Старайтесь все больше и больше отбрасывать интеллектуальные слова и используйте все больше чувствующие слова. Бывают политические слова и религиозные слова. Отбрасывайте политические. Бывают слова, которые тут же приводят к ссоре. Как только вы их произносите, начинается спор. Поэтому никогда не говорите языком логики, языком аргументов. Говорите языком дружелюбия, заботы, любви, и тогда не будет возникать споров.

Когда человек становится в словах более осознанным, он видит, что многое меняется. Если быть немного более бдительным, можно избежать в жизни множества страданий. Одно-единственное слово, произнесенное бессознательно, может оказаться первым звеном в долгой цепи страданий. Достаточно мельчайшего нюанса, малейшего оттенка, чтобы изменилось очень многое. Будьте осторожны в словах и используйте их только при абсолютной необходимости. Избегайте испорченных слов, берите свежие, миролюбивые — не в подкреплении доводов, но в выражение чувств.

Если стать, подобно тонкому ценителю вин, тонким ценителем слов, вся жизнь будет совершенно иной. Если какое-то слово ведет к страданию и гневу, сеет споры и раздоры, выбросьте его. Какой смысл его хранить? Замените его на другое, лучшее. А самое лучшее из всего — молчание, после него — пение, поэзия, любовь.

x

202. Без слов

Если возможно, переживите опыт как таковой и не закрепляйте его словами, потому что слова сузят опыт.

Вы сидите….безмолвно событие. Зашло солнце, стали появляться звезды. Просто будьте. Не говорите даже: » Это так красиво», — потому что, как только вы скажете: » Это красиво», — ничто больше не будет прежним. Говоря красиво, вы вносите прошлое: это слово окрашено всеми предыдущими опытами, которые вы называли красивыми.

Нужно ли вносить прошлое? Настоящее так безбрежно, прошлое так узко. Нужно ли смотреть на мир сквозь узкую щель, когда можно выйти наружу и видеть все небо?

Таким образом, попытайтесь не использовать слов, но если приходится это делать, будьте с ними очень внимательны, потому что в каждом слове есть собственные нюансы. Будьте в словах поэтичны.

x

203. Средства и принципы

Все религии в основе представляют собой не что иное, как методы пробуждения. Но все религии заблудились из-за своих доктрин. Доктрины условны; доктрины ничего не значат; доктрины служат методам пробуждения лишь своего рода подпоркой.

Христиане верят вссего в одну жизнь. Это верование  составляет только средство — сделать людей осознанными. Вы удивитесь, потому что обычно мы считаем верование принципом. Это не принцип; только средство, чтобы с силой  выразить и донести идею. Это своего рода настойчивое, непрерывное внушение: «Не тратье времени на нежужное. Прекратите гнаться за властью, деньгами, престижем, потому что жизнь у вас только одна. Приближается смерть. Будьте бдительны, будьте наблюдательны и смотрите, что вы делаете». Это средство; это не принцип.

Но вот где все разладилось: христиане решили, что это принцип, и стали выводить из него философию. Теперь, безусловно, христианство противоречит индуизму, потому что индуизм говорит, что жизней много — долгая цепь жизней, миллионы жизней. Отсюда проблема: если то и другое принципы, они друг другу проиворечат. Только один может быть правильным, не оба.

Но индуистская идея служит средством, созданным для другого рода людей: людей, которые слишком много знают, которые видели слишком много перемен и заметили тот факт, что история повторяется. Но цель остается прежней. Восток говорит: «Вы делали все это столько раз, снова и снова: много жизней. Неужели вы хотите и дальше двигаться в замкнутом круге, продолжать это скучное повторение? Вы существуете уже так долго, делая снова и снова одни и те же глупости. Пришло время — будьте бдительны!»

x

204. Совесть

Когда сознание исчезает, единственным убежищем остается совесть.

Само явление совести искусственно. Сознание принадлежит вам, совесть же заимствована у других. Совесть принадлежит обществу, коллективному уму. Она не рождается в вашем существе. Сознательный человек действует правильно, потому что его действия сознательны, а сознательное действие не может быть не правильным. Когда светло и у вас открыты глаза, вы не пытаетесь пройти сквозь стену, а идете через дверь. Когда света нет и глаза видят не очень хорошо, вы, естественно, продвигаетесь в темноте ощупью. Приходится тысячу и один раз задуматься о том, где дверь: «Слева? Справа? Туда ли я иду?» Вы натыкаетесь на мебель, пытаетесь пройти сквозь стену.

У религиозного человека есть глаза: он видит, он живет осознанно. В осознанности действия естественно правильны. Позвольте мне повторить: правильны естественно, — не потому, что вы стараетесь, чтобы они были правильными. Искусственная доброта поддельна; это притворство, лицемерие. Когда доброта естественна, спонтанна….так же, как деревья зеленые, как небо голубое — так же нравственен религиозный человек, совершенно не осознавая своей нравственности. Осознавая себя, но не осознавая своей нравственности. Он не раздумывает о том, что он благонравен, добр и все делает правильно. Из осознанности рождается невинность, из осознанности рождаются правильные поступки — сами собой. Не нужно ничего в себе воспитывать, ничего не нужно в себе культивировать, ничего не нужно практиковать. Тогда в нравственности есть красота, но это уже не нравственность…это просто религиозный образ жизни.

x

205. Дальше терапии

Терапия предлагает, чтобы вы постепенно освободились от тяжести. То, чему учу я, идет дальше терапии, но терапия вас к этому готовит.

Работа терапии ограничена: она помогает перестать быть ненормальным, вот и все. Моя работа идет дальше терапии, но терапия подготавливает дорогу. Терапии расчищают почву; тогда я могу посеять семена. Одна только расчистка почвы не создаст сад. Вот в чем беда западных терапий. Вы идете к терапевту — он расчищает почву, помогает вам освободиться от тяжести, и вы тут же начинаете собирать те же самые вещи снова, потому что настоящий сад не готов. Что вы будете делать с расчищенной почвой? Снова соберете на ней всевозможный мусор.

Терапии готовят почву, чтобы в вас можно было вырастить розы. Терапевт прав: агресивность, гнев, грусть, отчаяние, любовь — все должно быть выражено, принято. Теперь начинается моя работа; теперь я могу вам сказать, как отбросить эго. Больше не нужно его носить.

x

206. Единство

Старайтесь найти с существованием как можно больше точек соприкосновения. Если вы сидите под деревом, обнимите дерево и почувствуйте, что вы с ним встречаетесь и сливаетесь. Если вы плывете, закройте глаза и почувствуйте, что таете в воде; пусть возникнет единство.

Ищите все возможные средства и способы в чем-то расслабиться и с чем-то слиться. Чем более вы энергетически сливаетесь с какой-либо другой энергией — в какой угодно форме, будь то кошка, собака, мужчина, женщина, дерево, — тем ближе вы к дому. Это приятная работа, даже экстатическая работа.

Когда вы начнете это чувствовать, когда вы этому научитесь, вас тут же удивит, сколького в жизни вы были лишены. Каждое дерево, мимо которого вы прошли, могло принести вам глубокий оргазм, и каждый опыт — закат солнца, восход солнца, луна, облака в небе, трава на земле — мог быть экстатическим опытом. Лежа на лужайке, чувствуйте, что сливаетесь с землей в одно целое. Влейтесь в землю, исчезните в ней; дайте земле проникнуть в вас.

Суть медитации в том, чтобы достичь единства — как только возможно. К Богу ведет десять тысяч дверей, и к нему открывается каждая. Но он доступен только в состоянии единства. Поэтому иногда бывает так, что влюбленные узнают медитацию в глубоком оргазме — это один из способов создания единства, но только один из способов — их миллионы. Если человек продолжает искать, им нет конца.

x

207. Да

Скажите жизни «да», отбросьте как можно больше «нет». Даже если вам приходится сказать «нет», скажите, но не наслаждайтесь этим. И если возможно, скажите даже «нет» в форме «да». Не упускайте ни одной возможности сказать жизни «да».

Когда вы говорите «да», говорите очень празднично, с глубокой радостью. Дайте «да» всю энергию; не говорите «да» с неохотой. Говорите «да» любяще, говорите с воодушевлением, с жаром; влейте себя в него тотально. Когда вы говорите «да» станьте «да»!

Вы удивитесь , узнав, что девяносто девять из ста наших «нет» очень легко отбросить. Мы говорим эти «нет» только ради эго; они не необходимы, они не неизбежны. Единственное «нет», которое все же сохранится, будет иметь большой смысл; это осмысленное «нет» не нужно отбрасывать. Но даже существенное «нет» говорите нехотя, без излишнего энтузиазма; потому что «нет» несет смерть, «да» несет жизнь.

x

208. Стремление к превосходству

Сама идея стремления к превосходству вытекает из комплекса неполноценности; люди стремятся к превосходству, потому что боятся, потому что не уверены в себе.

Есть знаменитая восточная история… Слепой сидит под деревом. К нему подходит король, касается его ног и говорит:

-Мой господин, укажи мне путь в столицу.

Потом подходит первый министр и говорит слепому, не касаясь его ног:

-Любезный, укажи мне путь в столицу.

Затем подходит камердинер. Он дает слепому пощечину и говорит:

-Проснись, дурак! Как нам попасть в столицу?

Королевский кортеж заблудился…Когда все они ушли, слепой рассмеялся. Случайный зритель увидел эту сцену и спросил:

-Почему ты смеешься?

-Посмотри, — сказал слепой, — первый, должно быть, был король, второй — первый министр, а третий — камердинер.

В недоумении зритель спросил:

-Откуда ты знаешь? Ты же слепой!

Слепой сказал:

-По их поведению…король был так уверен в собственном превосходстве, что мог коснуться моих ног. Камердинер чувствовал себя настолько неполноценным, что ему пришлось ударить меня. Наверное, он пребывает в очень плачевном состоянии.

Нет необходимости утверждать свое превосходство; совершенно никакой необходимости.

x

209. Глупость

Те моменты, когда вы чувствуете, что делаете что-то глупое, — редкие моменты мудрости.

Искать глупо, потому что то, что вы ищете, у вас уже есть. Медитировать глупо, потому что медитация есть состояние недействия. Задавать вопросы глупо, потому что ответ не может прийти извне — он может прийти только из вашего собственного сердца. Он не может даже прийти в виде ответа, он придет в виде роста. Он будет цветением, расцветом вашего существа.

Но те моменты, когда вы чувствуете, что делаете что-то глупое — редкие моменты мудрости. Нельзя всегда чувствовать себя глупо… иначе вы станете просветленным! В дзэнской традиции снова и снова повторяется один и тот же случай, во все времена со всеми мастерами: кто-то приходит и говорит, что хочет знать, как стать буддой, и мастер больно его бьет — потому что вопрос глуп. Иногда случалось так — если человек был готов, был на самой грани, — что от первого удара мастера он становился просветленным. Благодаря этому удару он видел, что глупо спрашивать, как стать буддой, потому что он уже будда!

Подобные вещи рано или поздно происходят с каждым искателем.  Вы медитируете, и вдруг вас озаряет луч света, и вы видите, что это глупо. Это редкие мгновения мудрости. Только мудрец может чувствовать себя глупо. Вот определение глупца: он чувствует себя мудрым. Мудр тот, кто осознает, что все, что он делает, глупо.

x

210. Дети

Думайте о каждом ребенке как о чуде. Уважайте ребенка, чтите ребенка; не принимайте его как должное.

В каждом ребенка случается встреча земли и неба. В каждом ребенке случается чудо. Совершается нечто невероятное, почти невозможное: встреча материи и сознания, встреча видимого и невидимого. Думайте о каждом ребенке как о чуде. Уважайте ребенка, чтите ребенка; не принимайте его как должное.

В тот миг, как мы принимаем ребенка как должное, мы начинаем его убивать. Каждого ребенка убивают; убивали во всем мире и во все времена; совершается величайшая из возможных жестокостей. Не один только Ирод истребил детей в Израиле: истребление продолжается каждый день, до Ирода и после Ирода.

Каждый ребенок претерпевает психическое убийство; в тот миг, когда ребенок не получает уважения, в тот миг, когда вы считаете его своей собственностью, ребенок убит, стерт. Ребенка следует почитать как Бога, потому что в ребенке Бог снова приходит в мир. В каждом ребенке Бог объявляет, что еще не устал от мира, еще не присытился человечеством и все еще надеется, что будет продолжать создавать человеческие существа, кем бы мы ни становились — святыми или грешниками. Что бы мы не делали, он все еще надеется, что настоящее человеческое существо будет создано. Бог еще не иссяк! — вот что он возвещает приходом на Землю, в существование каждого нового ребенка.

x

211. Безответственность

По мере того, как вы становитесь ответственным перед самим собой, постепенно вы сбрасываете ложные лица. Окружающим это совсем не нравится. потому что они всегда чего-то от вас ожидали, и раньше вы исполняли эти ожидания. Теперь же они чувствуют, что вы становитесь безответственны.

Когда окружающие упрекают вас в безответственном поведении, это просто значит, что они не могут больше вами распоряжаться по-своему. Вы становитесь свободнее. Чтобы осудить ваше поведение, они называют его «безответственным»

На самом деле растет ваша свобода. Вы как раз и становитесь ответственны но ответственны в смысле способности отвечать, отзываться; не в обычном смысле подлежащего исполнению долга… в смысле отзывчивости, чувствительности.

Но в отношениях со многими людьми окажется, что чем более вы становитесь чувствительны, тем более они будут вас упрекать в безответственности — и вы должны это принять, — потому что не соблюдаются их интересы, ожидания и расчеты не исполняются. Часто будет получаться так, что вы не оправдаете их ожиданий, — но человек живет не ради того, чтобы оправдывать ожидания окружающих.

Главная ответственность человека — перед самим собой. И медитирующий поначалу становится очень, очень эгоистичным. Но со временем, когда он становится более центрированным, укорененным в своем существе, его начнет переполнять энергия. И он начинает делиться — не из чувства долга, не потому, что обязан. Это просто приятно.

x

212. Невыразимое

Когда случается нечто настоящее, оно всегда невыразимо.

Пока ничего не происходит, вы можете говорить сколько угодно. Но когда что-то действительно происходит, говорить почти невозможно. Человек чувствует себя просто бессильным.

Блаженны те мгновения, когда случается что-то такое…когда человек не может сказать, что происходит и что случилось, когда он не знает, что делать, когда он почти теряет дар речи.

Значит, что-то действительно происходит!

 

x

 

213. Счастливое смятение

Ясность принадлежит уму. Счастье принадлежит целому. Что угодно живое всегда приводит в смятение. Только мертвые вещи ясны и понятны.

Не ищите ясности, иначе вы начнете цепляться за несчастье, потому что несчастье очень ясно и понятно. Вы идете к врачу, и если вы больны, он может поставить диагноз, оченьчеткий диагноз. Он может поставить диагноз, если вы больны тысячей и одной болезнью, например раком. Но если вы здоровы, врачу диагностировать нечего. Собственно говоря, медицинская наука вообще не может дать определение здоровья. Самое большое, она может сказать, что вы не больны, но дать определения здоровья она не может. Здоровье не подлежит классификации.

Счастье больше здоровья. В здоровье состоит счастье тела, в счастье — здоровье души. Таким образом, не беспокойтесь о четкости. Мы здесь не занимаемся арифметикой, забудьте о четкости. Да, смятение беспорядочно, даже пугающе — но в нем есть приключение, есть вызов. Примите вызов.

Сосредоточьтесь на счастье и забудьте о смятении, потому что смятение неизбежно. Когда вы движетесь на новую территорию, которой никогда раньше не знали, и чувствуете новый, неиспробованный вкус, все ваши старые модели придут в беспорядок. Слушайтесь счастья, пусть оно вас направляет. Пусть счастье будет указателем — двигайтесь туда, куда оно указывает.

x

214. Характер

У человека души нет характера.

Человек — это открытая возможность. Кто знает, кем вы будете завтра? Даже вы сами не можете сказать, кем вы будете, потому что еще  не знаете завтра, не знаете, что оно принесет. И люди, которые действительно бдительны, никогда ничего не обещают, —  как можно обещать? Нельзя говорить: «Завтра я буду тебя любить», — кто знает?

Настоящая осознанность даст вам такую скромность, что вы скажете: «Я ничего не знаю о завтра. Пусть придет завтра, тогда посмотрим. Я надеюсь, что буду тебя любить, но ничего не знаю точно». И это красиво.

Если вы следуете определенному характеру, вы можете быть очень ясным и четким, но если вы живете в свободе, иногда она принесет вам — а также и другим — много замешательства и смятения. Но это смятение не лишено собственной красоты, потому что оно трепещет жизнью и всегда полно новых возможностей.

 

x

215. Энергия

Когда дерево переполняет жизнь, оно расцветает цветами. Цветы — это роскошь. Только когда в вас слишком много жизни и вы не можете ее вмещать — тогда распускаются цветы.

Духовность есть цветение, величайшая роскошь. Если  вас переполняет жизнь, — только тогда в вас может расцвести нечто подобное золотому цветку. Уильям Блейк прав, когда говорит: «Энергия есть радость». Чем больше у вас энергии, тем больше и радости.

Отчаяние приходит из-за того, что люди разучились удерживать энергию внутри, и она постоянно протекает. Энергия протекает в тысяче и одной мысли, беспокойстве, желании, фантазии, мечте, воспоминании. Энергия протекает в напрасных вещах, которых легко избежать. Когда необязательно говорить, люди говорят. Когда ничего делать не нужно, они не могут сидеть в молчании; они должны «что-то делать»

Люди так одержимы тем, чтобы что-то делать, как если бы действие было своего рода наркотиком, и посредством его они поддерживали в себе опьянение. Они всегда находят себе занятие, чтобы не оставалось времени задумываться о настоящих проблемах жизни. Они поддерживают себя в состоянии непрерывной занятости, чтобы когда-нибудь не набрести случайно на самих себя. Они боятся — боятся пропасти, зияющей внутри бездны. Так энергия постоянно протекает, и поэтому вы никогда ею не переполняетесь.

Нужно научиться отбрасывать ненужное. А девяносто процентов обычной жизни состоит из ненужного,  которое можно с легкостью отбросить. Будьте лаконичны, как телеграмма, сохраните только существенное, и у вас будет оставаться столько энергии, что однажды, вдруг, без всякой причины — вы начнете цвести.

x

216. Медитация

Бывает медитация, которая просто случается — не мы ее производим. С нашей стороны требуется только одно: не препятствовать, когда она происходит.

Медитация, которую которую вы можете создать, останется игрой ума. Бразды правления держит ваш ум; медитацию создает ваш ум. Но такая медитация не может увести вас за пределы ума. Как ей это удастся, если ее создает ум? Медитацией распоряжается ум, и она остается вещью у вас в руках.

Настоящая медитация — то, что не в ваших руках; напротив — вы в ее руках. Но техники могут помочь; они могут подвести к точке разочарования. Они подводят вас к точке безнадежности; они подводят вас к точке беспомощности. Они подводят вас к точке, где вы видите действие как замкнутый круг, в отчаянии видите, что никакое действие никуда не ведет… Снова и снова вы приходите к одной и той же точке, возвращаетесь в ум. И однажды вас озаряет понимание: всякое ваше действие оборачивается против вас. В этот самый миг случается позволение.

Тогда всякое действие исчезает, всякое усилие исчезает. Нисходит нечто из запредельного. Освобождение. И даже единственного мгновения этого проблеска достаточно. Вы никогда снова не будете прежним — вы не сможете снова быть прежним.

x

217. Новое

Просто помните: перемена значит жизнь. В каждый миг оставайтесь доступны новому.

Когда люди цепляются за старое, перемены прекращаются. Перемены приходят с новым. Пока продолжается старое, перемен не бывает, но люди цепляются за старое, потому что старое кажется надежным,  удобным, знакомым. Вы с ним сжились и его узнали, научились с ним обращаться, наработали навыки. В новом вы снова невежественны. В новом, вы, может быть, совершите ошибку; и кто знает, куда новое приведет? Становится страшно, и из этого страха вы цепляетесь за старое. Но как только вы начинаете цепляться за старое, вы прекращаете течь.

Оставайтесь открыты новому. Всегда, постоянно умирайте для прошлого. Оно пришло и кончилось! Вчера отжило свое и никогда больше не вернется. Цепляясь за мертвое вчера, вы будете мертвы вместе с ним; оно станет вам могилой. Раскройте сердце тому, что происходит. Приветствуйте восходящее солнце, но с заходящим солнцем всегда прощайтесь. Будьте благодарны, оно вам столько дало, но не начинайте — из благодарности — за него цепляться.

Если вы сможете это помнить, ваша жизнь все время будет расти, становиться все более зрелой. Каждый шаг, каждое новое приключение несет новое богатство. И если вся жизнь прошла в движении, к моменту смерти она, узнавшая столько чудесных вершин и высочайших взлетов, уже так богата, что смерть ничего не сможет отнять. Смерть приходит только к бедным — к тем, кто не жил.

x

218. Природа Будды

Все необходимое уже есть, и все уже так, как должно быть. Каждый уже совершенен. Совершенство не нужно достигать, оно уже существует. Стоит вам только принять себя, и в тот же миг совершенство станет явным.

Пока ы не принимаете себя, вы остаетесь в погоне за тенями и миражами. А они  кажутся красивыми, только пока далеко. Чем вы подходите ближе, тем более оказывается, что в них ничего нет, только песок — это был очередной мираж. Теперь вы создаете следующий мираж. Так люди тратят впустую всю жизнь.

Просто примите себя , примите как есть. Ничего не следует осуждать, ничего не следует судить. Никак нельзя судить, никак нельзя сравнивать, потому что каждый человек уникален. Никогда не было такого человека, как вы, и никогда больше не будет, вы единственны и неповторимы: сравнение  невозможно. Таким хочет вас видеть существование — вот почему вы такой, как есть. Не боритесь с существованием и не пытайтесь себя улучшить, иначе вы все испортите — именно так люди портят себе жизнь.

Вот мое учение для вас: примите себя. Это тяжело, очень тяжело, потому что идеалистический ум всегда на страже, и он скажет: «Что ты делаешь? Это же неправильно! Ты должен стать великим человеком, должен стать Буддой или Христом — а что делаешь ты? Ведешь себя как дурак…совершенноне в духе Будды. Ты что, сошел с ума?»

Примите себя . В этом принятии — природа Будды.

x

219. Песня жизни

Жизнь может быть песней, но она не случается неизбежно; человек может пройти мимо своей песни. Потенциал есть, но он должен быть воплощен в реальность. Многие люди думают, что все свершилось в тот день, когда они родились…- ничто не свершилось!

В тот день, когда человек рождается, все только начинается; это первое из рождений. Рождение должно случаться в вашей жизни миллионы раз: вам предстоит рождаться снова и снова, снова и снова.

Потенциал каждого человека так велик, у каждого человека так много граней; люди многомерны. Но они никогда не исследуют свое существо, и поэтому жизнь остается тусклой, бедной…вот настоящая бедность. Внешняя бедность не так страшна; она не будет продолжаться долго. Технология достигла той точки развития, когда бедность может исчезнуть с лица Земли — пришло время! Но настоящая беда — во внутренней бедности. Даже богатые люди живут бедной жизнью. Их тела получают вдоволь пищи, но души голодают. Они еще не знают песни жизни, они ничего о ней не слышали. Они влачат некое существование, подстегивая и понукая себя продолжать жить, но в жизни нет никакой радости.

Возможна изумительная песня, возможно огромное богатство, нужно только начать исследовать, и лучший способ исследовать песню жизни — любить; это сама методология исследования. Точно так же, как логика составляет методологию науки, любовь составляет методологию духа. Точно так же, как логика дает способность проникать глубже и глубже в тайны материи, любовь дает возможность входить глубже и глубже в сознание. И чем глубже вы входите, тем более глубокие песни являются на свет. Когда же человек достигает самого сердца своего существа, вся жизнь становится жизнью празднования, сущего празднования.

x

220. Хранить как святыню

Муж и жена не должны быть вместе двадцать четыре часа в сутки — это слишком тяжело. У каждого должно быть собственное внутреннее пространство. Тогда встреча рождает радость, и в ней есть интенсивность и страсть.

Мне кажется, всегда хорошо отделять работу от любви. Они не очень хорошо сочетаются. Проблемы работы начинают влиять на любовь, и проблемы любви начинают сказываться на работе; все они умножаются многократно. Любви самой по себе достаточно — это целый мир. Не нагружайте ее ничем другим; она без того достаточна сложна. Пусть все будет отдельно — и работа будет легче, и любовь будет гармоничнее.

Муж и жена не должны быть вместе двадцать четыре часа в сутки — это слишком тяжело. Мы теряем интерес друг к другу. Жену начинают принимать как должное, мужа начинают принимать как должное; у вас нет никакого собственного протранства. Вы все время сталкиваетесь, постоянно тесните друг друга, и рано или  поздно это приносит стресс.

Лучше всего, когда каждый сохраняет свою индивидуальность, хранит свою индивидуальность как святыню. У каждого должно быть свое внутреннее пространство. Иногда хорошо встретиться. Тогда встреча рождает радость, и в ней есть интенсивность и страсть. Человек склонен забывать другого, если тот все двадцать четыре часа к нему слишком близко; чрезмерно очевидное легко забывается. Работайте по отдельности, и ваша близость будет расти, ваше внутреннее родство будет расти.

x

221. Темная ночь души

Все мы научились поддерживать счастливый вид, шутить и смеяться. На этой оси вращается вся карусель общества. Но внутри каждый несет глубокую и темную ночь, и никто даже этого не осознает.

Когда вы входите в медитативное состояние, вы впервые входите в темную ночь души. Если вы сможете через нее пройти — а пройти через нее ничто не мешает, — тогда впервые вы осознаете, что ваше счастье не было подлинным. Поддельное счастье уйдет, придет настоящая грусть, и только за настоящей грустью явится настоящее счастье. Тогда вы узнаете, что поддельное счастье было хуже даже грусти, настоящей грусти, потому что в этой грусти, по крайней мере, была подлинность. Если вам грустно — но подлинно и искренне грустно, — такая грусть сделает вас богаче.

Она даст вам глубину, внутреннее понимание. Она позволит вам узнать жизнь и ее бесконечные возможности; осознать, как ограничен и мал человеческий ум, как мало человеческое сознание перед лицом окружающей и всеохватывающей бесконечности; осознать хрупкость жизни, со всех сторон обступаемой смертью. В настоящей грусти вы осознаете все эти вещи. Вы осознаете, что жизнь не только жизнь — она также и смерть.

Если вы хотите быть по-настоящему счастливы, не продолжайте эту игру притворства, не делайте счастливый вид. Когда приходит несчастье, вскоре вы видите, как оно темнеет и сгущается. Но когда ночь темнее всего, утро очень близко. Как только вы прекращаете бороться, как только вы принимаете несчастье, оно приносит вам молчание, глубокую гармонию. Конечно, она грустна, но она красива. Даже ночь обладает собственной красотой, и те, кто не видит красоты ночи, многого лишаются.

x

222. Еда

Когда ребенок рождается, его первая любовь и первая еда соединены в одно целое — в матери. И между едой и любовью устанавливается глубокая связь; можно даже сказать, первостепенна еда, любовь приходит следом.

В свой первый день ребенок не может понимать язык любви. Он понимает язык еды, естественный, первозданный язык животного. Ребенок рождается голодным; еда нужна немедленно. Любовь ему понадобится лишь много позже — она не так насущна и неотложна. Без любви можно прожить всю жизнь, но без еды прожить нельзя — вот в чем беда.

Постепенно он начинает чувствовать, что когда мать особенно его любит, она дает грудь особенным образом, не так, как когда ей грустно или она не злится; тогда она дает грудь очень неохотно или вообще не дает. И ребенок осознает, что когда мать его любит, когда есть еда, есть и любовь. Это осознание происходит в бессознательном.

Когда вам не хватает в жизни любви, вы едите  больше — еда служит заменителем. С едой все просто, потому что еда неодушевленна. Продолжить есть можно сколько угодно — еда не может вас оттолкнуть. В еде человек остается хозяином положения. Но в любви вы больше не хозяин. Поэтому я скажу: не беспокойтесь о еде, ешьте сколько хотите, но начните жизнь любви, и вы тут же увидете, что едите не так много. Вы не замечали? когда вы счастливы, вы не так много едите. Счастливый человек чувствует такую удовлетворенность, что у него внутри нет места. Несчастливый человек наполняет себя едой без конца.

x

223. Бог любви

Сдайтесь чему-то высшему, превосходящему вас обоих — Богу любви.

Сам миф о том, что существует Бог любви, красив — и выражает глубокое понимание. Когда влюбленные сдаются Богу любви, они остаются независимыми. А когда вы независимы, это красиво… Иначе вы становитесь только тенью — или тенью становится партнер. Если партнер становится тенью, вы тут же начинаете терять интерес — кто сможет любить тень? Если тенью становитесь вы, партнер начинает терять интерес к вам. Мы хотим любить реальных людей, не тени.

Не обязательно становиться тенью. Вы остаетесь собой, партнер остается собой. Более того, сдаваясь Богу любви, вы впервые становитесь подлинным, — и вы никогда не были так подлинны, как теперь, когда стали подлинными впервые. Два подлинных существа могут любить, ии любить глубоко, и тогда ничего не нужно сдерживать или прятать.

Позвольте мне подчеркнуть эту идею: Когда вы сдаетесь Богу любви, не так важно, остается с вами партнер или вас покидает, остаетесь вы с партнером или его покидаете. Важно только одно: чтобы сохранялась любовь. Вы сдаетесь власти любви, не власти партнера. И главное — никогда не предавать любовь. Меняются ли любимые, любовь может оставаться прежней. С этим пониманием исчезает всякий страх

x

224. Празднуйте!

Нужно праздновать даже небольшие вещи — нужно праздновать глоток чая… Люди дзен создали чайную церемонию. Этот созданный ими ритуал — самый красивый на свете.

В мире есть столько религий, есть столько ритуалов, но нет ничего подобного чайной церемонии — смаковать чай, глоток за глотком, и праздновать! Просто готовить еду и праздновать! Просто принимать ванную — лежать в ванной и праздновать, или стоять под душем и праздновать. Эти небольшие вещи… если вы сможете их праздновать, совокупность всех ваших празднований и будет тем, что известно как Бог. Если вы меня спросите, что такое Бог, я скажу, что это полная сумма всех празднований — небольших, ежедневных празднований.

Приходит друг и берет вас за руку. Не упускайте эту возможность — потому что Бог явился в форме этой руки, в форме друга. Мимо идет маленький ребенок и смеется. Не упускайте возможность, смейтесь вместе с ребенком — потому что в этом ребенке рассмеялся Бог. Вы идете по дороге, и с полей доносится аромат. Остановитесь на мгновение, будьте благодарны — потому что в виде аромата вам явился Бог.

Если человек может праздновать каждое мгновение, одно за другим, жизнь становится религиозной — и нет никакой другой религии, нет надобности ходить ни в какие храмы. Теперь, где бы вы ни были, — вы в храме; что бы вы не делали, — это религия.

x
225. Продолжайте прыгать
Однажды это случится. Я вижу: за самым горизонтом… С минуты на минуту возможен рассвет. Но продолжайте прыгать, не засыпайте.
Кто-то спросил Ротшильда:
— Как вам удалось так разбогатеть?
Я всегда ждал возможности, — ответил он, — и когда она представилась, сразу же на нее прыгнул.
Я тоже жду возможности, — сказал этот человек, — но узнаю ее, только когда она уже прошла! В жизни она приходит так редко, что к тому моменту, когда я готов на нее прыгнуть, оказывается, что она уже прошла.
Ротшильд рассмеялся и сказал:
— Прыгайте все время, иначе будете упускать и дальше! Вот что я делал всю жизнь — прыгал: возможность приходит и видит, что я уже прыгаю. Вот она пришла, через мгновение ее уже нет. Если вы начнете о ней раздумывать, то упустите.
Итак, продолжайте прыгать — в этом состоит вся ме­дитация. Однажды, пока вы прыгаете, наступит совпадение. Однажды приблизится правильный момент. Внезапный щелчок — и вот что-то случилось. Но, если вы не прыгаете, то упустите возможность. Продолжать прыгать трудно и иногда скучно, потому что вы снова и снова приходите в одно и то же пространство, будто ходите кругами. Все же продолжайте прыгать.
x
226. Для медицинского применения
Когда на нас давит внешняя ситуация, войти прямо в медитацию становится трудно. Тогда, прежде чем медитировать, уделите пятнадцать минут тому, чтобы снять это давление.
Пятнадцать минут просто сидите в молчании и думайте о мире как о сне — мир и есть сон! Думайте, что весь мир есть сон, в мире нет ничего существенного.
Во-вторых, помните: рано или поздно всему предстоит исчезнуть — включая вас. Вы не существовали всегда, вы не будете существовать всегда. Ничто не постоянно. И третье: вы — только свидетель. Вы видите краткий сон, смотрите фильм, который кончится. Помните эти три вещи — весь мир есть сон, и все придет к концу, даже вы; приближается смерть, и единственно реален свидетель, и вы только свидетель. Расслабьте тело, пятнадцать минут свидетельствуйте, потом медитируйте. Войти в медитацию будет легко, теперь никаких препятствий не будет.
Но когда вы чувствуете, что войти в медитацию стало просто, прекратите эту вводную медитацию, иначе она войдет в привычку. Она должна применяться только в специфических условиях, когда войти в медитацию трудно. Если вы будете ее делать каждый день, она потеряет эффективность и больше не будет действовать. Оставьте ее только для медицинского применения. Используйте ее, когда что-то внешнее вам мешает, и она расчистит дорогу, чтобы вы смогли расслабиться.
x

227. Творить добро

Делайте в жизни все, что необходимо, но оставайтесь в этом отрешенным. Пусть все происходит на периферии, а центр остается незатронутым.

Человеку приходится делать определенные вещи, поэтому он продолжает их делать; но не нужно о них беспокоиться, — точно как исполняя роль, разыгрывая представление. С этим пониманием вы можете быть где угодно, делать любого рода работу и сохранять полное спокойствие; вы можете оставаться абсолютно чисты.

Беда в том, что нас веками учили творить добро, не совершать зла, делать одно, не делать другого. Нам были даны заповеди, предписания и запреты. Я не даю вам никаких заповедей. Меня не интересует, что именно вы делаете, — меня интересует только ваше существо.

Если вы в молчании и блаженстве, если вы центрированы, делайте все необходимое — и все хорошо и правильно. Если же вы не центрированы, если вы не собраны, не цельны внутри, если вы не в медитативном состоянии, даже добро не поможет. Поэтому многие люди, пытающиеся творить добро, остаются только «добродеями» и в конечном итоге приносят только вред.

В центре внимания должно оставаться не действие, но существо, а существо коренным образом отличается от действия. Неважно, адвокат вы или доктор, инженер или проститутка… или политик. Неважно, что именно вы делаете. Центрированы ли вы в своем существе?.. — вот что играет решающую роль.

x

228. Смерть и медитация

Если вы узнаете, что через несколько дней умрете, в одно мгновение этот мир — деньги, банк, бизнес, пятое, десятое — становится бесполезным. Все это становится не важнее сна после того, как вы уже проснулись.

Когда человек узнает, что умрет через определенный пери­од времени — в определенном смысле он уже умер и начинает думать о будущем, — тогда возможна медитация. Как только человек узнает, что вот-вот умрет, он сам отбрасывает множество ненужного хлама. Мгновенно все его видение претерпевает трансформацию.

Если завтра вы уезжаете, вы начинаете укладывать чемоданы, и этот гостиничный номер вас больше не беспокоит. Можно даже сказать, что вы уже не здесь; вы собираете вещи и укладываете чемоданы, вы думаете о путешествии. То же самое происходит с человеком, когда ему говорят, что он вот-вот умрет; что смерть определенно наступит, и ее нельзя избежать — и ему теперь не до шуток. Настал решающий момент, а он уже потерял впустую достаточно большую часть жизни. Мгновенно этот человек поворачивается к миру спиной и начинает вглядываться во тьму будущего.

В такой момент, если ему сказать о медитации, он будет готов ею заняться — и это будет один из величайших даров.

 

x

229. Меньшее из зол

Когда вы живете среди слепых, живите как слепой. Вы не можете изменить весь мир.

Я знаю, существует бюрократия, но она должна существовать, потому что люди абсолютно безответственны. Нельзя просто взять и отбросить бюрократию, суд, законы, полицейских чиновников. Никак нельзя, потому что без них вы не сможете жить ни минуты. Это неизбежное зло. Нужно научиться жить среди людей, которые не бдительны, которые крепко спят и храпят во сне. Вам это может быть тяжело и обременительно, но ничего сделать с этим нельзя.

Самое большее — и единственное, — что вы можете сделать, это не насаждать окружающим то самое дурацкое поведение, к которому вас принуждает общество. Не навязывайте его никому другому. Может быть, у вас есть жена, муж, дети — не принуждайте их… или своих друзей… Вот все, что вы можете сделать. Но вы должны жить в обществе и следовать его правилам.

Таким образом, ничего не осуждайте. Попытайтесь понять. Есть множество зол, которые необходимы; они неизбежны. В реальной жизни всегда приходится выбирать не между полезным и вредным, но между более вредным и менее вредным, между большим и меньшим злом.

x

230. Жизнь и смерть

Эта пара — медитация жизни и медитация смерти — может безмерно вам помочь.

Вечером, прежде чем заснуть, сделайте эту пятнадцатими­нутную медитацию. Это медитация смерти. Лягте и расслабьте тело. Почувствуйте, что умираете… и тело не может пошевелиться — потому что вы умерли. Создайте ощущение, что вы исчезаете из тела. Продолжайте десять, пятнадцать минут… И через неделю практики вы начнете это чувствовать. Медитируя таким образом, усните. Не прерывайте медитации. Пусть она превратится в сон, и если вас охваты­вает сон, погрузитесь в него.

Утром, как только вы проснетесь — не открывая глаз — сделайте медитацию жизни. Чувствуйте, как вы наполняетесь жизнью, жизни становится больше и больше, жизнь возвращается и тело полно энергии и сил. Начните двигаться, покачиваться в постели с закрытыми глазами. Чувствуйте, как в вас течет жизнь. Чувствуйте в теле огромный поток энергии — в противоположность тому, что чувствовали в медитации смерти. В медитации жизни вы можете глубоко дышать. Чувствуйте себя полным энергии, чувствуйте, что с каждым вдохом в вас входит жизнь. Чувствуйте себя наполненным и очень счастливым, живым. Затем, через пятнад­цать минут, встаньте.

Эта пара — медитация жизни и медитация смерти — может безмерно вам помочь.

x

231. Не срезая углов

О медитации нужно помнить одно: это долгое путешествие, которое должно быть пройдено от начала до конца, не срезая углов. Если кто-то говорит, что можно срезать угол и сократить путь, он вас дурачит.

Путешествие медитации долго, потому что эта перемена очень глубока, и она достигается после многих жизней — жизней, полных устоявшихся привычек, мышления, желания, умственных структур. Все это вам придется отбросить в медитации. По сути, это почти невозможно, но все же это происходит.

Стать медитирующим значит принять величайшую в мире ответственность. Это нелегко. Медитация не может случиться немедленно. Поэтому с самого начала старайтесь не ожидать слишком многого, и тогда у вас не будет разочарований, и вы всегда будете счастливы, — потому что все растет очень медленно. Медитация — не однолетний цветок, который расцветает за несколько недель. Это очень большое дерево. Ему нужно время, чтобы пустить глубокие корни.

 

x

232. Ноги

Нижние части тела служат вам корнями. Ноги, как корни, соединяют вас с землей. Нужно снова вернуться к ногам.

Иногда просто станьте босыми ногами на землю и почувствуйте ее прохладу, ее мягкость, ее тепло. Все, что земля готова вам дать в это мгновение — чувствуйте все ею даваемое, пусть оно потечет сквозь вас, и позвольте своей энергии течь в землю. Соединитесь с землей.

Люди обычно дышат, самое большее, не глубже пупка; половина тела остается почти парализованной, и из-за этого оказывается парализованной также половина жизни. Многое становится невозможным… потому что нижние части тела служат вам корнями. Ноги, как корни, соединяют вас с землей. И люди повисают в воздухе, как привидения, оторванные от земли. Нужно снова вернуться к ногам.

Лао-цзы говорил своим ученикам: «Пока вы не начнете дышать от самых подошв ног, вы не мои ученики». Дышать от самых подошв ног… — и он совершенно прав. Чем глубже вы движетесь, тем глубже становится ваше дыхание. Можно почти с уверенностью сказать, что граница вашего существа совпадает с границей вашего дыхания. Когда граница существа расширяется и касается ног, фактически достигает ног и дыхание — не в физиологическом смысле, в психологическом смысле. Теперь вы завладели всем своим телом целиком. Впервые вы собраны в одно целое, едины и неделимы.

x

233. Старый ум

Когда вы следуете своим предпочтениям, вы следуете своему старому уму. Человек должен что-то делать вопреки собственным предпочтениям — тогда он растет.

Рост не так гладок, как думают люди. Он болезнен… и больнее всего, когда вы идете против своих пристрастий и предубеждений.

Но кто это постоянно говорит «Это мне нравится, это мне не нравится»? Это говорит ваш старый ум, не вы. Если всегда давать ему волю, измениться невозможно. Ум убедит вас оставаться в старой накатанной колее, потому что она ему нравится. Таким образом, из ума нужно выйти. Иногда нужно пойти против того, что нравится или не нравится.

Когда изменяется привычный образ жизни, это мучительно, это больно. Вам будто приходится заново осваивать новый навык. Старый вы хорошо знали, и все легко получалось. Когда вы учитесь новому, будет трудно. А здесь нужно научиться не только новому навыку, но и новому существу. Будет трудно. Старое должно умереть, чтобы родилось новое. Старое должно уйти, чтобы пришло новое. Пока вы продолжаете цепляться за старое, у нового нет пространства, чтобы войти.

 

x

234. Идеалы

Людей учат великим идеалам, и тогда они начинают чувствовать себя недостойными и виноватыми, потому что эти идеалы глупы и неосуществимы — никто не может им соответствовать.

Исповедуя идеалы, что бы вы ни делали, вы никогда до них не дотягиваете, всегда выходите проигравшим, потому что идеал недостижим! Идеал бесчеловечен. Его называют «сверхчеловеческим» — он бесчеловечен! Идеал становится самоистязанием: что бы вы ни делали, все не хорошо. Вот в чем ваша беда. Отбросьте идеалы и просто будьте.

Станьте реалистом; когда вы становитесь реалистом, все тут же кажется чудесным и совершенным. Когда нет идеала совершенства, все совершенно, потому что не с чем сравнивать, не за что осуждать.

Я не вижу ничего, что заслуживало бы осуждения. Но веками ум обусловливали осуждать, что всегда было мощной стратегией в руках политиков и священников: они создают чувство вины у вас внутри, а создав его, могут на вас влиять и вами распоряжаться. А злоупотреблять влиянием на человеческое существо — худшее преступление, которое только можно совершить.

x

235. Ожидания

Когда в вас нет никакого желания, нет никакой идеи о том, что именно должно случиться, искомое случается.

Люди, испытывающие сильные желания, никогда не бывают благодарны, потому что, какое бы ни пришло осуществление, в сравнении с их желаниями оно оказывается ничтожно малым. И из-за того, что вы не способны к благодарности, не происходит гораздо большее, что могло бы случиться, — потому что некоторые вещи случаются только в благодарности. Вы попадаете в замкнутый круг, вы желаете многого и из-за этого не можете быть благодарны, и что бы теперь ни случилось, вы не можете этого заметить, просто проходите мимо; таким образом вы все более и более закрываетесь.

Если в вас нет никакого желания, нет никакой идеи о том, что именно должно случиться, искомое случается. Случается, как случалось раньше — только теперь вы обращаете внимание. Вы приходите в восторг, потому что случилось нечто, а вы ничего не ожидали. Если вы ожидали, что выйдете на дорогу и найдете там тысячу долларов, а теперь находите на дороге только десять долларов, вы скажете: «Зачем я сюда пришел?» Но если вы не ожидали тысячи долларов, и десять долларов будут очень хороши. И если вы благодарны, из того же источника, откуда пришли десять долларов, может прийти десять миллионов. В благодарности вы остаетесь открытым.

x

236. Молчание в звуке

Искусство божественного слушания — вот что такое медитация. Если человеку удалось научиться правильно слушать, он научился глубочайшему секрету медитации.

Слышать это одно, слушать — совершенно другое; это раз­ные миры. Явление слышания физиологическое: вы слышите, потому что у вас есть уши. Явление слушания духовно. Вы слушаете, когда уделяете слышимому полное внимание, будто все ваше внутреннее существо стало ушами.

Слушайте звуки пения птиц, ветра, играющего в ветвях деревьев, реки в половодье, ревущего океана… Облака, люди, проезжающий вдалеке поезд, машина на дороге… — каждый звук нужно использовать. И слушайте так, чтобы ничто умственное не накладывалось на слышимое — не судите; как только вы начинаете судить, слушание прекращается.

По-настоящему внимательный человек живет без окончательных заключений; он ни в чем не выносит окончательных заключений. Потому что жизнь продолжается, ее процесс никогда не останавливается. Только глупец может выносить окончательные заключения; мудрый всегда колеблется, прежде чем прийти к заключению. Таким образом, слушайте без заключений. Просто слушайте — бдительно, безмолвно, открыто, восприимчиво. Просто присутствуйте, будьте полностью открыты окружающему звуку.

И вы будете удивлены: однажды… вы слушаете и вдруг — есть звук, но есть и молчание. Истинное молчание случается в звуке.

x

237. Зеваки

Люди стали абсолютно безучастными. Вы слушаете музыку, вы читаете книгу, вы смотрите фильм — и никогда ни в чем не участвуете, остаетесь наблюдателем, зрителем. Человечество деградировало и заняло позицию зрителя.

Представьте, что кто-то занимается любовью, а вы смотрите. Происходит то же самое: все человечество превратилось в толпу зевак. Кто-то другой что-то делает, а вы наблюдаете. Конечно, вы остаетесь в стороне и не можете соучаствовать, сопереживать, рисковать. Но можно ли понять любовь, наблюдая, как кто-то другой занимается любовью?

У меня такое чувство, что люди стали зрителями до такой степени, что остаются зрителями, даже занимаясь любовью. Люди стали заниматься любовью при свете — весь свет включен, вокруг зеркала, чтобы можно было на себя смотреть. Некоторые люди устанавливают в спальнях автоматические фотокамеры, чтобы потом можно было посмотреть, как они занимались любовью.

Когда вы участвуете, приходит в действие нечто иррациональное. Занимаясь любовью, просто будьте как дикое животное. Слушая музыку, танцуйте — как только музыка становится танцем, логический ум уходит в сторону. А логический ум может быть только зрителем, он никогда не становится участником. Он всегда подсматривает из безопасного места, никогда не рискует.

Таким образом, каждый день находите что-то такое, что вы можете делать без мышления. Возьмите лопату и выкопайте яму; этого будет достаточно. Вспотейте на жарком солнце, продолжайте копать — просто копайте. Даже не копайте, но станьте самим копанием. Потеряйтесь в копании целиком. Участвуйте, и вдруг вы увидите, что возникает новая энергия.

x

238. Дыхание

Когда дыхание полноценно, все остальное становится на свои места. Дыхание есть жизнь. Люди пренебрегают дыханием, не обращают на него внимания. Но любая перемена, которая только случится, случится благодаря перемене в дыхании.

Каждый человек дышит неправильно, потому что все общество опирается на совершенно неправильные понятия, условности, кодексы. Например, маленькая девочка плачет, и мать ей говорит, чтобы она перестала плакать. Что сделает девочка?… Ей хочется плакать, а мать говорит, чтобы она замолчала? …Она начинает сдерживать дыхание, потому что это единственный способ перестать плакать. Если сдержать дыхание, все останавливается: плач, слезы, что угодно другое. Мало-помалу эта модель устанавливается и затвердевает, не злиться, не плакать, не делать одно, другое, третье…

Девочка учится и понимает, что при неглубоком дыхании приобретает способность управлять собой. Если она будет дышать естественно и свободно, как дышит каждый ребенок от рождения, она останется неуправляемой. И она калечит себя.

Каждый ребенок, мальчик или девочка, играет с половыми органами, потому что это приносит приятное чувство. Ребенок ничего не знает о социальных табу и прочей чепухе, но если мать, отец или еще кто-нибудь увидит, что ребенок играет с половыми органами, ему скажут: «Сейчас же прекрати!» — и у них в глазах будет такое осуждение, что ребенок будет потрясен. Теперь он боится дышать глубоко, потому что глубокое дыхание массирует половые органы изнутри. Устанавливается нездоровая модель, глубокое дыхание прекращается; впредь ребенок дышит неглубоко, чтобы дыхание не касалось половых органов.

Все без исключения общества, подавляющие секс, обречены на неглубокое дыхание. Полноценно дышат только люди, свободные от всяких подавляющих идей о сексе. Их дыхание красиво; оно естественно, свободно и цельно. Они дышат как животные, они дышат как дети.

x

239. Работоголизм

…Работа хороша, но она не должна вызывать наркотического привыкания. Многие люди превращают работу в наркотик, чтобы в ней можно было полностью забыться — как пьяница в алкоголе.

Человек должен быть способен ничего не делать с такой же легкостью, что и действовать, — тогда человек свободен. Человек должен иметь способность сидеть, ничего не делая, так же хорошо, красиво и блаженно, как и когда он тяжело работает и делает много, — тогда человек гибок.

Есть два вида людей: первые, застывшие в состоянии летаргии, и другая крайность — прикованные к своему занятию. Обе крайности создают тюрьмы. Человек должен уметь переходить из одного состояния в другое легко, без всякого труда. Тогда в существе есть некая свобода, некая грация и спонтанность.

Я не против работы, я не против чего бы то ни было — но ничто не должно вызывать наркотического рабства. Иначе вы внесете в свою жизнь много, много хаоса. Если работа будет только способом себя занять, в чем-то спрятаться, она будет повторяющимся, механическим делом. Такая работа сделает вас почти невменяемым… одержимым бесом!

x

240. Информация

Познание — нечто с вами происходящее. Информация — нечто вами заимствуемое. Но ничего страшного… Продолжительность нашей жизни очень ограничена, и до нас жили миллионы людей, которые были точно такими, как мы. Они жили и накопили большой опыт — и хорошо его знать.

Информация нехороша, только если вы думаете, что кроме информации ничего нет; иначе она может быть по-своему полезной. Она дает вам возможность осознать собственное невежество; это ее творческий аспект. Чем больше вы знаете, тем более осознаете свое невежество.

Отрицательный аспект в том, что вы можете в ней потеряться и начать думать, что знаете все; тогда она очень опасна. Тогда человек продолжает питаться заимствованной информацией. Она не откроет вам ничего стоящего. Она может очень поднять ваш престиж, но есть и опасность: разучиться быть живым. Это случается почти со всеми много знающими людьми. Мало-помалу они становятся мертвыми — такими же мертвыми, как и их знания.

Опасно водить компанию с мертвыми вещами, потому что человек склонен уподобляться всему, что его окружает. Но если вы бдительны, знания можно использовать. В жизни нет ничего такого, что нельзя было бы использовать. Поэтому никогда ничего не осуждайте — всегда пытайтесь найти способ использовать.

x

241. Любовь и свобода

Вот вся проблема человеческих существ: любовь и свобода. Эти два слова важнее всех в человеческом языке.

Очень легко выбрать одно — выбрать любовь и отбросить свободу, но тогда вас будет вечно преследовать отброшенная свобода, и это разрушит вашу любовь. Начнет казаться, будто любовь противоречит свободе, мешает свободе, враждебна свободе. Как человек может оставить свободу? Ее нельзя оставить — даже ради любви. Мало-помалу вы пресытитесь любовью и начнете двигаться в другую крайность.

Однажды вы оставите любовь и броситесь в направлении свободы. Но, будучи только свободным, свободным без любви, как человек может жить? Любовь — такая глубокая потребность. Быть любимым и любить — почти как дыха­ние, духовное дыхание. Тело не может жить без дыхания, дух не может жить без любви.

И таким образом человек движется от одной крайности в другую, как раскачивается маятник — от свободы к люб­ви, от любви к свободе. Так колесо может вращаться много жизней. Так оно вращалось и вращается. Мы называем его колесом жизни. Оно вращается без конца: одни и те же спи­цы то поднимаются вверх, то опускаются вниз. Освобождение приходит, когда человек достигает определенного син­теза любви и свободы. Выберите сам парадокс. Выберите не взаимоисключающие возможности, которые предоставляет вам парадокс; выберите весь парадокс целиком. Не выбирайте одно, выберите совокупность. Двигайтесь в любовь и оставайтесь свободны. Оставайтесь свободны, но не допускайте, чтобы ваша свобода была против любви.

x

242. Целомудренный секс

Бывает такого рода секс, который совершенно не сексуален. Секс может быть красивым, но сексуальность — никогда.

В центре внимания должна быть любовь. Вы кого-то любите, разделяете его существо, делитесь с ним своим существом, делите пространство. Это и есть любовь: создание пространства между двумя людьми — пространства, не принадлежащего ни одному из них, небольшого пространства между двумя людьми, в котором оба они могут встретиться и слиться. Это пространство не имеет ничего общего с физическим пространством. Оно духовно. В этом пространстве вы не вы, и другой не другой. Вы оба приходите в это пространство и встречаетесь.

Бывает такого рода секс, который совершенно не сексуален. Секс может быть красивым, но сексуальность — никогда. Сексуальность означает секс в уме: мысли о сексе, планирование секса, организация секса, — но главное, в самой глубине своего ума один человек относится к другому как к сексуальному объекту.

Когда ум не имеет с сексом ничего общего, секс чист, невинен… целомудрен. Такой секс иногда может быть даже чище безбрачного целомудрия, практики целибата, потому что если безбрачный целибат постоянно думает о сексе, это не целибат.

x

243. Свет

Чувствуйте себя более и более полным света. Так вы можете приблизиться к изначальному источнику.

Чувствуйте себя более и более полным света. Закрывая глаза, представьте свет — как он струится и пронизывает ваше существо насквозь. Поначалу это будет только воображение, но воображение может быть очень творческим.

Вообразите у сердца пламя и представьте, что вы полны света. Пусть этот свет растет. Пусть он станет почти ослепительным! И его будете чувствовать не только вы; его начнут чувствовать и другие. Окружающие начнут его чувствовать, когда вы будете к ним приближаться, потому что он создает вибрации.

Это право каждого от рождения, но никто его не востребует… невостребованное сокровище. Если вы не предъявите на него права, оно останется мертвым, погребенным под землей. Предъявив на него права, вы заново обретаете свое внутреннее существо. И всегда, когда вы видите свет, чувствуйте глубокое почтение… Сколь угодно обычный свет: зажженная лампа — и вы чувствуете глубокое почтение, некий благоговейный трепет. Ночью загораются звезды — смотрите на них и чувствуйте свое с ними родство. Утром восходит солнце — смотрите на него и чувствуйте, как вместе с ним внутреннее солнце восходит в вас. Когда вы видите свет, тут же попытайтесь почувствовать с ним связь и родство — и вскоре это получится.

x

244. Добродетель

Люди становятся благодетелями и благотворителями; это не настоящая добродетель, только камуфляж.

Добродетельные поступки приносят уважение и престиж, что приятно эго: они позволяют вам чувствовать себя важным и значительным человеком — не только в глазах мира, но и в глазах Бога. Даже встретившись с Богом, вы можете гордо расправить плечи, вы можете предъявить все свершенные вами добрые дела. Это эгоистично, а религиозность не бывает эгоистичной.

Я не хочу сказать, что религиозный человек безнравствен, но он и не нравствен — он вненравствен. Его характер, как все живое, течет и меняется с каждым мгновением. Он отзывается на ситуации не согласно застывшему моральному кодексу, идее или идеологии; он отзывается из самого сознания. Его сознание — его единственный характер, и никакого другого характера нет.

x

245. Жажда

Желание может стать духовной жаждой, когда вы готовы ради него рискнуть всем. Духовная жажда выше самой жизни — человек может за нее умереть. Желаний много — духовная жажда может быть только одна, потому что она требует всей вашей энергии без остатка; она забирает вас целиком, со всем, что в вас есть.

В жажде вы не можете сохранить часть себя в целости, не можете продвигаться осторожно, хитро, расчетливо. Возможен только безумный прыжок.

Люди раздробленны: одно желание ведет вас на север, другое — на юг; все желания тянут в противоположные стороны и сводят вас с ума. Поэтому люди никогда ни к чему не приходят — это невозможно, — потому что одна часть движется в одну сторону, другая часть движется в другую, диаметрально противоположную. Как вы можете к чему-то прийти? Чтобы к чему-то прийти, нужно вложить всего себя целиком, выложиться без остатка. Поэтому люди живут вполсилы, и у них в жизни нет страстности и энергии, нет даже такой возможности. Пытаясь течь во все стороны, они сочатся по капле — у них не может быть достаточной энергии.

Но эта жажда должна быть очень блаженной; человек не должен в стремлении к ней становиться серьезным, потому что, как только вы становитесь серьезны, вы приходите в напряжение. Жажда должна быть интенсивной, но совершенно ненапряженной. Она должна быть игривой, она должна быть полной смеха, танца и пения. Она не должна превращаться в долг. Вы не делаете одолжения ни Богу, ни кому бы то ни было — просто живете так, как хотите жить; поэтому вы блаженны. Таким образом вы решили жить, таким образом вы захотели вспыхнуть пламенем… но это пламя должно быть танцующим пламенем.

x

246. Размышление

Это хороший знак, хороший признак — что вы начали размышлять о себе: о том, что вы сделали, о том, почему вы это сделали.

Когда человек начинает пересматривать свои действия, увлечения, направления и цели, он приходит в полное смятение. Чтобы избежать этого смятения, многие люди никогда не задумываются о том, что делают, но просто продолжают делать, что и раньше. Они без конца перескакивают от одного действия к другому, чтобы никогда не оставалось времени. Усталые, они засыпают; рано утром они снова пускаются в погоню за тенями. Этот процесс все продолжается и продолжается, пока однажды они не умрут, так и не зная, кто они такие, что делают и почему.

Теперь вы начнете колебаться во всем. Это начало мудрости. Только глупцы никогда не колеблются. Просто поймите, что это один из даров ищущему. Вас ждут многие другие дары.

x

247. Беспокойство

Человеческое существо предназначено природой для восьми часов тяжелой физической работы. С развитием цивилизации технология мало-помалу перенимала все большую часть человеческого труда, и теперь от нас физической работы почти не требуется — и в этом наша беда.

В прошлом люди страдали от того, что им не хватало энергии, чтобы справляться с жизнью. Теперь мы страдаем от того, что у нас больше энергии, чем мы можем употребить. Эта избыточная энергия может стать беспокойной, невротичной, безумной. Если энергия есть и ее не используют правильно, она начинает «бродить» и портится. Мы создаем энергию каждый день, и каждый день должны ее использо­вать. Нельзя ее накапливать, нельзя скупиться.

В прошлом люди физически работали, должны были охотиться и возделывать землю. Постепенно такая работа исчезла, общества стали более процветающими, и энергии у людей стало оставаться больше и больше; беспокойство неизбежно. Поэтому американцы самый неспокойный народ в мире, — отчасти еще потому, что они создали самое процветающее общество.

Мы должны отбросить идею практичности — потому что она принадлежит прошлому. Когда энергии было меньше, а работы больше, практичность имела смысл. Теперь она потеряла ценность. Найдите способы использовать энергию — подвижные игры или бег — и наслаждайтесь ею. Используйте энергию, и тогда вы будете совершенно спокойны. Это спокойствие будет полностью отличаться от искусственной, навязанной тишины. Вы можете себя пересилить, подавить избыточную энергию, но тогда вы окажетесь сидящим на вулкане, и внутри будет продолжаться постоянная дрожь. Чем больше энергии вы используете, тем больше появляется свежей энергии.

x

248. Старые привычки

Старые склонности, старые привычки толкают вас в будущее и в прошлое. В тот миг, когда вы вспомните, расслабьтесь — расслабьтесь в настоящем.

Смейтесь над нелепостью старых привычек. Я не говорю, что с ними нужно бороться. Начав бороться, вы придете в тревожное состояние. Я говорю: просто смейтесь. Когда вы ловите себя с поличным — опять в будущем, опять в прошлом, — выскользните из них, как выскальзывает змея из старой кожи. Бороться не нужно. Борьба никогда ничего не решает. Она может только создать больше сложностей. Поймите это. Завтрашний день придет своим чередом. Когда он наступит, вы будете готовы с ним справиться. А завтра никогда не приходит как завтра; оно всегда приходит как сегодня. Научитесь быть здесь сейчас.

x

249. Перемена адреса

Утро очень хрупко, и новые лучи солнца слабы, но с каждым мгновением они будут становиться все сильнее и сильнее. Питайте их, лелейте их. И не отождествляйтесь с прошлым.

Начиная с этого момента думайте о себе как о новорожденном младенце. Ночь кончилась, вы рождаетесь в утро. Это нелегко, потому что власть прошлого велика. Утро очень хрупко, и новые лучи солнца слабы, но с каждым мгновением они будут становиться все сильнее и сильнее. Питайте их, лелейте их. И не отождествляйтесь с прошлым. Если всплывает одна из старых привычек, просто наблюдайте ее. Оставайтесь настолько отрешенным, будто она принадлежит кому-то другому, будто почтальон принес письмо не по адресу. Письмо адресовано не вам, и вы возвращаете его на почту.

Ум по старой привычке будет продолжать верить в прошлое, потому что уму потребуется время, чтобы понять, что адрес изменился. Ум движется очень медленно; а бессознательное движется еще медленнее. Тело очень летаргично. У них разные временные системы.

x

250. Разбитое сердце

Боль в сердце хороша. Примите ее с радостью. Позвольте ей быть, не подавляйте ее. Естественная тенденция ума — подавлять все, что приносит боль. Но в подавлении вы разрушите что-то, что только начало расти.

Сердце предназначено для того, чтобы разбиваться. В этом его предназначение — оно должно растаять в слезах и исчезнуть. Сердце должно испариться; и когда сердце испаряется, в том самом месте, где было сердце, — вы узнаете настоящее сердце.

Сердце должно разбиваться. Когда оно разбивается вдребезги, вдруг вы узнаете более глубокое сердце. Оно почти как луковица — когда вы счищаете один слой, всегда открывается другой.

x

251. Предохранитель

Нас учили всегда и во всем — в смехе, в слезах, в любви, в гневе держать себя в руках, никогда не выходя за определенные рамки.

Всему установлен предел, и нам позволено доходить только до определенной черты, достигнув которой, мы должны остановиться. После долгого обусловливания мы доходим почти до автоматизма, будто в нас срабатывает предохранитель. Мы доходим до определенных пределов, и вдруг что-то происходит в бессознательном. Что-то щелкает — вылетают пробки — и мы останавливаемся.

Я учу вас разучиться держать себя в руках, потому что, только разучившись, вы станете свободны. И когда энергия движется спонтанно и за ней не стоит ум, чтобы распоряжаться, направлять, указывать, — это бесконечное блаженство.

Деревья существуют на более низком плане, но они блаженнее вас. И животные — они существуют на более низком плане, но они блаженнее вас. Причина в том, что они не умеют держать себя в руках. Мы можем стать блаженнее деревьев, и цветов, и птиц, но мы должны избежать одной ловушки — бессознательного предохранителя.

x

252. Секс

Глубина сексуального опыта определяет глубину всякого другого опыта. Если человек не может глубоко двигаться в переживание секса, он не сможет двигаться глубоко ни в какой другой опыт, потому что секс — самый естественный опыт, лежащий в основе всею.

К сексу вы подготовлены биологически, и от вас не требуется, чтобы вы так или иначе ему учились. Если вы учитесь музыке… — она в вас не заложена изначально; ей приходится учиться. Вы учитесь поэзии, или живописи, или танцу — им приходится учиться… тогда как секс просто встроен в систему — биологический сценарий уже написан.

И если вы не можете глубоко двигаться в секс — который так естествен, — как вы сможете глубоко двигаться в музыку, как вы сможете глубоко двигаться в танец? Если вы стеснены и скованы в сексе, то будете стеснены, скованы и в танце.  Вы не сможете создать и никаких отношений, потому что отношения часто становятся сексуальными. Люди — в особенности современный ум — так боятся секса, потому что человек узнал много нового, но знание не помогло ему двигаться глубже, оно помогло создать страх.

Никогда раньше в истории человечества не было такого страха, но после Мастерса и Джонсона каждый мужчина боится: в достаточной ли мере он мужчина? Женщина боится: способна ли она испытывать оргазм? Если она не способна испытывать оргазм, лучше вообще исключить секс из жизни, потому что он очень унизителен, — или она должна притворяться. А мужчина до нервной дрожи боится, сможет ли он доказать женщине, что он лучший мужчина на свете? Какой вздор! Достаточно просто быть собой.

x

253. Воображение

Никогда не отвергайте воображение. У человеческих существ это единственная творческая способность, единственная поэтическая способность; нельзя ее отвергать.

Отвергнутое, воображение становится очень мстительным. Отвергнутое, оно превращается в кошмар. Отвергнутое, оно становится разрушительным. От природы оно очень творческое, творчество и ничто другое, но если вы его отвергаете, если вы от него отрекаетесь, то тем самым начинаете борьбу между собой и собственными творческими силами, — в которой обречены на поражение.

Наука никогда не сможет победить искусство, и логика никогда не сможет победить любовь. История никогда не сможет победить миф, и реальность бедна в сравнении с мечтой — очень бедна. И если вы предубеждены против воображения, отбросьте это предубеждение. Потому что мы все, так или иначе, предубеждены — против воображения сам наш век. Людей учат держаться фактов, быть реалистами, эмпириками — и всей прочей ерунде. Людям следовало бы быть более мечтательными, более похожими на детей, более восторженными. Людям следовало бы иметь больше способности к эйфории, — только благодаря ей достигается изначальный источник.

Бог, должно быть, наделен огромным воображением. Только посмотрите на этот мир! Кто бы ни был тот, кто его создал, должно быть, он был великий мечтатель, столько цветов и столько песен… Вся радуга этого существования… — должно быть, она родилась из глубокого воображения.

x

254. Трудности

Трудности будут всегда. Они составляют часть жизни. И хорошо, что они есть, иначе не было бы роста.

Трудности бросают вам вызов. Они встряхивают вас и побуждают работать, думать, искать способы к их преодолению. Существенно само усилие. Всегда принимайте трудности как благословение.

Без трудностей мы ничего не добились бы в жизни. Если приходят большие трудности, значит, существование вас ищет, чаще бросает вам вызов. И чем лучше вы с ним справляетесь, тем больший вызов ждет вас в дальнейшем. В самый последний момент трудности исчезают, но этот послед­ний момент наступает только благодаря трудностям. Поэтому никогда не принимайте трудности как что-то плохое. Находите в них хорошую сторону. Тот самый камень, что преграждает вам путь, может стать опорой для следующего шага. Если бы на пути не было камня, вы никогда бы не поднялись выше. И сам процесс преодоления, создания опоры для следующего шага открывает вам новые высоты существа. Как только вы начинаете относиться к жизни творчески, тут же оказывается, что все может пригодиться и из всего можно извлечь нечто полезное. Ничто не бессмысленно.

x

255. Песня Бога

Все мы — разные песни одного и того же певца, разные жесты одного и того  же танцора.

Каждое из существ — песня Бога: уникальная, индивидуальная, ни с чем не сравнимая, неповторимая, но все же исходящая из одного и того же источника. У каждой песни собственный аромат, собственная прелесть, собственная музыка, собственная мелодия, но певец — один и тот же. Все мы — разные песни одного певца, разные жесты одного танцора.

Начать это чувствовать — начало медитации. Тогда борьба рассеивается, ревность становится невозможной, насилие немыслимо, потому что во всем мире нет никого, кроме наших собственных отражений. Мы принадлежим одному и тому же источнику, точно как волны океана; может ли быть смысл в борьбе, соревновании, стремлении быть выше, боязни быть ниже — и всей прочей ерунде? Никто не выше, никто не ниже, каждый просто он сам — или она сама.

И каждый абсолютно уникален: никогда раньше не существовало такого человека, как вы, и совершенно невозможно, чтобы подобный вам человек пришел в существование когда-либо снова. Даже вы сами не остаетесь одним и тем же в два следующие друг за другом мгновения. Вчера вы были одним человеком, сегодня вы уже другой. Завтра — никто не знает…

Каждый человек непрерывно течет и меняется, как река. Гераклит сказал, что нельзя ступить в одну и ту же реку дважды. А я вам скажу: нельзя ступить в одну и ту же реку даже единожды, потому что река непрерывно течет… Эта река символизирует жизнь.

x

256. Отчаяние

У вас есть все, что только могли предоставить в ваше распоряжение наука и технология. Что завтрашний день может принести такого, чего у вас нет уже сегодня?

Будущее кажется безысходным, и с безысходностью будущего возникает глубокое отчаяние. До сих пор мир жил великой надеждой, но вдруг все надежды исчезают, и воцаряется отчаяние. На мой взгляд, это крайне важно. Кризис в человеческом сознании имеет огромное значение. Человечество должно или исчезнуть с лица земли, или обрести совершенно новое существо, совершенно новое рождение. И моя работа состоит в том, чтобы дать человеческому сознанию новое рождение.

Мир обманул наши надежды, и теперь здесь, на этой земле, стало не к чему больше стремиться, нечего жаждать. Теперь наша жажда может взлететь к небесам. Теперь, когда видимое себя исчерпало, мы можем искать невидимого. Теперь, когда время утратило смысл, мы должны двигаться во вневременное. Теперь повседневная, обыденная жизнь потеряла очарование; из нее ушла вся радость. Мы осуществили все желания, все возможные желания, и они не принесли удовлетворения. Теперь возможна настоящая неудовлетворенность, а настоящая неудовлетворенность — великое благословение.

x

257. Разговоры

Если вам не хочется говорить, не говорите — ни слова, если слова не возникают в вас спонтанно. Не беспокойтесь о том, что люди сочтут вас сумасшедшим. Если люди подумают, что вы онемели, примите это — и наслаждайтесь немотой.

Настоящая беда — с людьми, которые без конца продолжают говорить, даже не зная, что говорят и зачем. Они продолжают говорить просто потому, что не могут остановиться. Но если вы немного осознаете противоречивое и бедственное состояние, в котором пребывает ум, если вы осознаете, что сказать вам нечего, что все кажется банальным, — тогда вы колеблетесь.

Поначалу кажется, что вы теряете способность общать­ся — это не так. Люди вообще говорят не для того, чтобы общаться, но чтобы избежать общения. Вскоре вы сможете общаться по-настоящему. Обождите, ни к чему себя не принуждайте. Не беспокойтесь о молчании… хотя вы все равно будете беспокоиться, потому что все общество держится на разговорах и словах, и люди, умеющие хорошо говорить: вожди, ученые, политики, писатели, — оказываются в обществе в первых рядах. Вскоре вам станет страшно, не теряете ли вы вообще дар речи, — но не беспокойтесь. Молчание — божественный дар; и когда вы узнаете, что такое молчание, у вас появится, о чем говорить.

Ваши слова впервые приобретут смысл, когда вы войдете глубже в молчание. Теперь вы говорите не просто пустые слова, ваши слова наполняет нечто из запредельного. Они поэтичны, в них есть нечто танцующее. Они несут в себе ваше внутреннее изящество.

x

258. Сон

Когда вы ложитесь спать, пока вы засыпаете, у вас в сознании, должно оставаться одно: что все есть сон, все без исключения есть сон.

То, что вы видите с открытыми глазами, — тоже сон. То, что вы видите с закрытыми глазами, — тоже сон. Сон — веще­ство, из которого соткана жизнь. В таком климате усните, постоянно помня, что все, все без исключения, есть сон. Если все есть сон, беспокоиться не о чем.

Вот вся концепция майи — иллюзорности мира. Не то чтобы мир был иллюзорен — в нем есть некоторая реальность, — но эта концепция служит только техникой, помо­гающей вам глубоко укорениться в себе. Тогда ничто вас не беспокоит. Если все есть сон, беспокоиться бессмысленно. Только подумайте… если прямо сейчас вы подумаете, что все есть сон: что деревья, вечер, вечерние звуки вам снятся, вдруг вы перенесетесь в другой мир. Есть вы, есть сон — нет ничего, что стоило бы беспокойства.

Итак, начиная с сегодняшнего вечера, засыпайте, настроившись таким образом. И так же утром: прежде всего вы должны вспомнить, что все есть сон. Пусть это вспоминается много раз в течение дня, и, рано или поздно, вдруг вы почувствуете расслабление.

x

259. Близость

Если вы способны к общению и близости — даже с неодушевленными предметами — вся жизнь меняется.

Когда вы обуваетесь, вы можете общаться с туфлями, и даже очень дружелюбно, а можете быть равнодушным — или даже враждебным. Для туфель от этого ничего не изменится, но многое изменится для вас.

Не упускайте возможности быть любящим. Даже обуваясь, будьте любящими. Эти мгновения наполненности любовью помогут. Общайтесь с вещами так, будто они живые. Люди делают как раз обратное — общаются с живыми людьми так, словно это вещи. Муж становится вещью, ребенок становится вещью, жена становится вещью, мать становится вещью.

Люди совсем забыли, что это живые существа. Ими распоряжаются и пользуются. Но можно общаться даже с вещами, как если бы они были людьми: даже с креслом вы можете создать некие любящие отношения… и с деревьями, и с птицами, и с животными, и с людьми.

Когда качество ваших взаимоотношений с окружающим миром меняется, все существование становится одушевленным. Тогда оно больше не безлично, не равнодушно — возникает близость.

x

260. Свобода от самого себя

Просветление — не состояние экстаза; просветление — вне пределов экстаза.

В просветлении нет никакого волнения; экстаз подразумевает состояние волнения. Экстаз остается состоянием ума — красивым состоянием, но все же состоянием ума. Экстаз остается переживанием опыта. А просветление — не опыт, потому что не остается никого, чтобы переживать опыт.

Экстаз все еще содержится внутри эго, но просветление — вне пределов эго. Не вы становитесь просветленным — вас нет, есть только просветление. Нельзя сказать, что вы освобождаетесь, сохраняете свободу, остаетесь свободны; напротив, эта свобода — свобода от самого себя.

x

261. Эгоцентричность

Часто люди, интересующиеся своей природой и желающие знать, кто они такие, становятся эгоцентричными; это бывает, это просто естественно.

Когда вы становитесь слишком эгоцентричны, сама ваша эгоцентричность оказывается последней преградой; она должна быть отброшена. Ничего не нужно в ней менять; скорее что-то нужно к ней добавить — это восстановит равновесие.

Будда настаивал, чтобы медитации сопутствовало со­страдание. Он часто говорил: когда вы медитируете и испытываете экстаз, тут же излейте этот экстаз на все существование. Достигнув экстаза, тут же скажите: «Пусть мой экстаз принадлежит всему существованию». Не пытайтесь его копить, иначе он станет тонкой формой эго. Делитесь им, сразу же отдайте его, чтобы снова остаться пустым. Продолжайте опустошать себя, никогда не копите. Иначе вы будете копить экстатические, кульминационные опыты — точно так, как копят деньги, — и эго будет очень усиливаться.

И эта вторая, религиозная, разновидность эго гораздо опаснее, потому что она тоньше: очень благочестивое эго, чистый яд.

x

262. Возвращение

Пути назад нет, и возвращаться незачем. Смотрите вперед — не назад.

Много раз вы задумаетесь о том, как вернуться назад. Пути назад нет. Возвращаться незачем. Двигайтесь вперед! Вам предстоит достичь собственного света, и это в ваших силах. Движение вспять невозможно; если бы даже оно было возможно, прежний опыт больше не принес бы вам удовлетворения… был бы только повтором — не принес бы вам прежнего волнения: волнение было в его новизне. Теперь тот же опыт не принесет радости. Вы скажете: «И это все?.. Разве больше ничего нет, нет ничего нового?» И если так повторится несколько раз, вам станет скучно.

Двигаться нужно вперед. Каждый день приносит новые опыты. Существование так бесконечно ново, и вы никогда не получите одних и тех же проблесков. В существовании миллионы граней, и каждый день вы можете видеть новое — стоит ли беспокоиться о старом? Бессмысленно.

x

263. Осознанность

Идти никуда не нужно; нужно просто увидеть, где мы. Когда вы становитесь осознанны, вы вдруг понимаете, что всегда были здесь — в том самом месте, которого пытались достичь.

Человек рождается таким, каким должен быть: к нему нечего добавить, в нем нечего улучшить — и невозможно улучшить. Всякие усилия к улучшению принесут только хаос и замешательство, ничего больше. Чем более вы пытаетесь себя улучшить, тем более все осложняется, потому что само это усилие противно вашей реальности. Ваша реальность уже такова, какой должна быть; нет надобности в ее улучшении. Человек растет только в осознанности, не в экзистенциальном смысле.

Было бы точно так же, если бы вы никогда не заглядывали к себе в карман и считали себя нищим, но в кармане носили драгоценный бриллиант, который мог дать вам столько богатства, что хватило бы на всю жизнь. И вот однажды вы кладете руку в карман, и внезапно — вы император. В экзистенциальным смысле ничего не изменилось, обстоятельства остались прежними — бриллиант как был, так и остается в кармане. Единственное, что изменилось, — теперь вы осознали, что он у вас есть.

Таким образом, весь рост происходит в осознанности, не в бытии. Бытие остается таким же, как и было. Будда или Христос, вы или кто угодно другой всегда в одном и том же положении, в одном и том же состоянии. Но один человек осознает и становится Буддой, другой не осознает и остается нищим.

x

264. Невроз

Неврозы случаются, только когда человек не может принять собственное поражение. В случае успеха неврозов не бывает.

Пока у вас все хорошо, пока вы на взлете, откуда взяться неврозу? Когда же вы падаете с самой вершины успеха и вдруг оказываетесь в канаве, темной и мрачной, и видите, что успех прошел, начинаются проблемы. В этой точке входит невроз. Та самая энергия, которая раньше уходила в амбиции и на волне которой вы взлетали, в поражении обращается против вас, начинает вас убивать, начинает вас разрушать

Если бы каждый невротичный человек мог добиться успеха, в мире больше не было бы неврозов. Пока Гитлер был на вершине успеха, никто не подозревал в нем сумасшедшего. Но в последний момент Гитлер сам осознал, что он сумасшедший — он покончил с собой. Проблема возникает, только когда успех недостижим. Успех, пока длится его взлет, нужно воспринимать шутя, несерьезно. Развивайте в себе эту способность играть с жизнью. Суть не в успехе или поражении — суть в том, чтобы наслаждаться всем, что вы делаете.

За каждым успехом следует поражение, за каждым днем следует ночь, и за каждой любовью следует темнота. Любовь движется и течет своим чередом; ничто не стоит на месте. Сейчас вы молоды, однажды вы состаритесь. Сейчас у вас много друзей, однажды у вас никого не будет. Сейчас у вас есть деньги, однажды у вас может не быть денег. Если вы несерьезны и воспринимаете события как игру — ничего страшного! Нужно развить только одно качество — несерьезность, способность принимать жизнь как игру.

x

265. Повторение

…Повторения не бывает. Существование всегда свежо, абсолютно свежо.

Каждый день неповторим, и если иногда вы не видите разницы между одним днем и другими, это только значит, что вы плохо смотрите. Ничто никогда не повторяется. Повторения не бывает. Существование всегда свежо, абсолютно свежо. Но если смотреть сквозь призму прошлого, ума, накопленных мыслей, может показаться, что существование повторяется. Именно поэтому единственным источником скуки служит ум: из-за него вам скучно, потому что он никогда не допускает, чтобы жизнь открывалась вам во всей свежести. Его механизму все видится одинаковым

Если кажется, что жизнь повторяется, всегда помните: это не жизнь, это ваш ум. Ум делает жизнь тусклой, плоской, одномерной. Жизнь трехмерна; жизнь полна ярких цветов. Ум видит только черный и белый. Жизнь как радуга: между черным и белым — миллионы оттенков цвета, света и тени. Жизнь не делится на «да» и «нет» — в отличие от ума Ум следует Аристотелю — но не жизнь.

 

x

266. Мягкость

Мягкость всегда побеждает жесткость. Мягкость жива, жесткость мертва. Мягкость — как цветок, жесткость — как камень. Камень кажется сильным, но он ничего не может. Мягкость кажется хрупкой, но она жива.

Все, что живо, — всегда хрупко, и чем выше качество жизни, тем более она хрупка. Чем глубже внутрь вы идете, тем мягче становитесь, и наоборот—чем мягче вы становитесь, тем глубже идете. Глубочайшее ядро существа абсолютно мягко.

Таково все учение Лао-цзы, учение дао: будь мягок, будь как вода, не как камень. Вода точит камень. Нельзя себе представить, чтобы вода в конце концов победила. Нельзя поверить, чтобы вода победила. Камень кажется таким сильным, таким неприступным, а вода — такой слабой. Как может вода победить камень? Но в свой черед камень исчезает бесследно. Постепенно мягкое проникает в жесткое.

Итак, пусть это будет постоянным напоминанием. Когда вы чувствуете, что становитесь жестким, тут же расслабьтесь и станьте мягким, чего бы то ни стоило. Даже если вы побеждены и некоторое время видите, что теряете и проигрываете, теряйте и проигрывайте, но оставайтесь мягким — потому что, по большому счету, мягкость всегда выходит победительницей.

x

267. Скорость

У каждого из нас своя скорость. Мы должны двигаться каждый со своей скоростью, в таком темпе, какой для нас естественен.

Как только вы найдете правильный для себя темп, вы будете успевать гораздо больше. Ваши действия будут не лихорадочными, но более слаженными, и вы сможете успевать гораздо больше. Есть люди, которые работают медленно, но медленность обладает собственными качествами и, по сути дела, более ценными качествами. Быстрая работа хороша в количественном плане. Может быть, количественно человек, работающий быстро, произведет больше, но в качественном плане медленная работа более совершенна. У медленно работающего человека вся энергия движется в измерение качества. Количество может быть невелико, но по большому счету количество не главное.

Если вы можете сделать немного, но сделанное будет очень хорошо, почти совершенно, такая работа принесет вам радость и удовлетворение. Необязательно делать много. Если вы можете сделать хотя бы что-то одно, но получить полное удовлетворение, этого достаточно; ваша жизнь осуществляется. Можно делать и делать много, ни от чего не получая удовлетворения. Какой смысл?

Вот несколько основ, которые нужно понять. Нет ничего такого, что можно назвать «человеческой природой». Человеческих природ столько же, сколько человеческих существ, и нет никакого единого критерия.

x

268. Позволить случиться

Великий секрет духовной науки состоит в том, чтобы позволить событию случиться, ничего не делая. Чтобы позволять событиям случаться, нужны большое понимание и осознанность.

С нашей стороны не требуется никакого действия, потому что все нами делаемое мы делаем из своих беспорядочных и противоречивых умов. Мы не можем сделать ничего по-настоящему глубокого, потому что ум как таковой очень поверхностен и неглубок.

В этом видении, в этом понимании возникает новый подход — подход позволения. Великий секрет духовной науки состоит в том, чтобы позволить событию случиться, ничего не делая. Чтобы позволять событиям случаться, нужны большое понимание и осознанность. Ум испытывает постоянное искушение вмешиваться. Он привносит свои желания, пытается устроить все по-своему, и в этом вся беда. Мы лишь крошечные части в этом безбрежном существовании, и только идиот может пытаться навязывать ему собственные идеи, — между прочим, именно таков смысл слова «идиот»: навязывание собственной «идеи».

Было бы так же глупо, если бы волна пыталась что-то сделать отдельно от океана. Она только его часть. Она не зависима и не независима, потому что она вообще не отдельна. Волна не существует иначе как одно из проявлений океана. Так же и мы. И если мы это понимаем, всякая тревога исчезает. Тогда больше некуда идти и нечего достигать, нет цели и нет возможности поражения или разочарования. Приходит глубокое расслабление… в этом смысл того, чтобы сдаться, того, чтобы довериться. Тогда жизнь приобретает совершенно новый цвет. В ней нет того напряжения, которое обычно продолжается постоянно. Человек живет в расслаблении, спокойный и тихий, чувствуя себя в жизни как дома.

x

269. Уловки ума

Вот проблема всех духовных искателей: рано или поздно им приходится сталкиваться с уловками ума.

Кому-то видится свет, кому-то другому слышатся звуки, у кого-то еще начинается что-то третье. Эго говорит: «Это феноменально: только с тобой происходят подобные вещи, такие редкостные опыты. И все потому, что ты особенный». И вы начинаете ему поддакивать.

Не придавайте подобным вещам слишком большого значения — просто не обращайте на них внимания! Нужно стать совершенно пустым. Единственный духовный опыт, достойный называться духовным, есть опыт той пустоты, того ничто, которое суфии называют фаной — исчезновением эго. Это единственный духовный опыт — все остальное только умственные игры. Ум очень изобретателен. У него могут начаться галлюцинации; ему могут являться видения, ему может привидеться Иисус Христос или Будда. Ум способен видеть сны — даже наяву, с открытыми глазами. Если вы видите перед собой Иисуса, как вам не поверить? А пе­ред вами не Иисус — только ваша собственная проекция.

Вот почему дзэнские мастера говорят «Если встретишь на дороге Будду, убей его!» Они правы — абсолютно правы. Кажется святотатственным, очень неуважительным говорить, что вы должны убить Будду, если его встретите, но они говорят абсолютную правду. Встретите ли вы на дороге Будду, Иисуса или Мухаммеда — неважно. Вы столкнетесь со всем тем, что в детстве составляло вашу обусловленность. Будут являться великие духовные учителя и тибетские ламы, и вы будете чувствовать, что происходит нечто исключительное. И найдутся глупцы, которые станут вами восхищаться. Они скажут: «Твой статус день ото дня становится выше и выше; ты достигаешь все больших высот». Не слушайте этих людей.

x

270. Невежество

Игнорируя внутреннее, человек остается невежественным.  Не игнорировать внутреннее — начало мудрости. Мне н

равится это слово, невежество; оно означает, что нечто оказывается игнорируемым, нечто остается пропущенным, незамеченным.

В вас есть — и было всегда — нечто, чем вы пренебрегали. Может быть, именно потому, что оно было всегда, его так легко игнорировать. Мы всегда игнорируем то, что есть всегда; мы всегда замечаем новое, потому что новое вносит перемену. Собака сидит спокойно, пока вокруг ничего не движется, — отдыхает, грезит наяву. Но стоит чему-то шевельнуться, и она тут же приводит в бдительность. Даже если ветер пошевелит листья на земле, она залает. Точно в таком же состоянии и ум: он замечает, только когда что-то меняется, а потом снова засыпает.

А наше внутреннее сокровище всегда было с нами. Очень легко его игнорировать; мы научились его игнориро­вать. Вот смысл слова невежество. Начните поиски с того, чтобы перестать игнорировать внутреннее, и пробуждение придет само. А когда пробуждена любовь, жизнь приобретает совершенно иной вкус— вкус божественного нектара, вкус бессмертия, вкус вечности.

x

271. Старость и злость

Ум все время сжимается — по мере того как вы становитесь старше и старше, ум становится все меньше и меньше, все злее и злее. Не случайно старики часто становятся зловредными.

Так часто старики становятся вечно злыми, вечно ворчащими, раздраженными — без всякого повода. Причина в том, что они не нашли в своей жизни сердца. Они жили только умом, а ум не умеет расширяться, он только сжимается. Чем больше вы знаете, тем меньше становится ум.

У невежественного человека ум больше, чем у знающего, потому что ум невежественного человека ничем не загроможден, в нем больше свободного пространства. Знающий человек слишком заполнен знанием, пространства не остается. А сердце — другое название пространства внутри.

Точно так же, как существует внешнее пространство — безграничное, беспредельное небо, — есть и внутреннее небо, которое столь же беспредельно. Одно всегда уравновешивает другое: если бесконечно внешнее, внутреннее не может быть конечным. Внутреннее должно уравновешивать внешнее — другой его полюс. Внутреннее небо так же велико, как и внешнее; в своей безграничности они равноценны.

Медитация должна быть не в голове — и не бывает в голове; все происходящее в голове может быть только подражанием медитации… оно не подлинное, не настоящее. Настоящее всегда происходит в сердце. Поэтому помните: когда я говорю о пробуждении, я говорю о пробуждении сердца, — и это не следует понимать только как доктрину, это следует пережить на опыте, это должно стать вашим экзистенциальным состоянием.

x

272. Гнев и боль

Гнев возникает в виде защиты против боли. Если кто-то причиняет вам боль, вы отзываетесь гневом, чтобы защитить свое существо от боли. И каждый случай боли подавляемся гневом — поверх боли в человеке много слоев гнева.

Продолжайте работать с гневом, и однажды, в тот или другой момент, вы почувствуете, что гнев исчез — и теперь вы чувствуете грусть, не гнев. Настроение переменится и из гневного станет грустным, и когда это произойдет, можно точно знать, что вы приблизились к боли. Затем случится извержение боли.

Точно так же, чтобы вырыть колодец, мы раскапываем землю. Нужно удалить много пластов земли и камня, только тогда появится вода. Сначала вода будет не чистая, мутная; потом постепенно начнут открываться все более чистые источники. Сначала появится гнев, много слоев гнева — верхние пласты земли. Потом, как мутная вода, появится грусть, и за ней боль — чистая, прозрачная боль. Чистая боль бесконечно красива, потому что она мгновенно даст вам новое рождение.

x

273. Разочарование

Понять, что-то, что вы до сих пор называли любовью, не было любовью, — одно из самых значительных прозрений. С этим пониманием многое становится возможным.

Люди всегда думают, что любят, и это их величайшая иллюзия: чем скорее они от нее избавятся, тем лучше. Любовь очень редка и не может быть доступна легко и повсеместно. Она не доступна всем и каждому; она так же редка, как природа Будды — не больше, не меньше.

Понимание, что вы не знаете любви, хорошо, но оно принесет вам грусть или даже определенную подавленность. Не тревожьтесь: в темноте ночи рождается утро. Когда ночь темнее всего, рассвет близок. Вы будете угнетены и подавлены, потому что все, что вы считали любовью, ею не было, и оказалось, что вы жили в снах, лишая себя реальности. Когда к вам приходит это понимание, оно приносит глубокую грусть, почти смерть. Не пытайтесь бежать от этого состояния. Расслабьтесь в нем, дайте себе утонуть в этой грусти, и вскоре вы выйдете из нее совершенно новым человеком.

Людям свойственно не допускать этого состояния, пытаться от него бежать — сходить в ресторан, в кино, встретиться с друзьями — сделать что угодно, но только от него бежать. Если вы попытаетесь от него бежать, вы снова упустите то, что вот-вот должно было случиться. Поэтому расслабьтесь в этом состоянии.

x

274. Истинное и ложное

Когда ум впервые становится медитативным, любовь кажется рабством. И в определенном смысле это правда, потому что немедитативный ум не может по-настоящему любить. Его любовь была ложной, иллюзорной — скорее лихорадкой, чем любовью.

Вам не с чем сравнить ложную любовь, пока не случится настоящая, и когда начинается медитация, иллюзорная любовь постепенно рассеивается, исчезает. Не впадайте в уныние и не делайте это разочарование своим постоянным состоянием.

Если творческий человек начинает медитировать, на некоторое время все творчество исчезнет. Если вы художник, вдруг окажется, что вы больше не в состоянии им быть… Вы можете продолжать, но постепенно окажется, что у вас больше нет энергии и энтузиазма. Если вы поэт, поэзия прекратится. Если вы любили, энергия любви просто исчезнет. Если вы принудите себя поддерживать отношения и быть таким, как были раньше, это принуждение будет очень опасно. Вы попытаетесь делать нечто противоречивое: с одной стороны, вы пытаетесь войти внутрь, с другой стороны, вы пытаетесь выйти наружу. Это все равно, что в машине нажимать одновременно на газ и на тормоз. Дело может кончиться плохо, потому что вы делаете взаимоисключающие вещи.

Медитация против ложной любви, но только ложной. Ложное исчезнет, а это главное условие того, чтобы возникло настоящее. Ложное должно исчезнуть, ложное должно полностью освободить место; только тогда вы окажетесь открытым для настоящего. Многие люди думают, что любовь против медитации, а медитация против любви — что неверно. Медитация против ложной любви, но истинную любовь она поддерживает целиком и полностью.

x

275. Беспомощность

Мир огромен, и человеческие существа беспомощны. Трудно, очень трудно это принять, но как только вы это примете как неизбежное человеческое страдание, вам станет очень спокойно.

Легче принять собственное страдание, чем страдание другого. Можно даже принять страдание другого, но страдание ребенка — невинного, беспомощного, страдание без всякой причины… он не может отомстить, не может даже возразить или постоять за себя — кажется таким несправедливым, таким безобразным, ужасающим, что принять его трудно.

Но помните: беспомощен не только этот ребенок — беспомощны вы сами. Как только вы поймете собственную беспомощность, принятие последует как тень. Что вы можете сделать? Вы сами беспомощны. Я не говорю, что мы должны быть жестокими, каменными. Чувствуйте, но знайте, что беспомощны. Мир огромен, и человеческие существа беспомощны. Самое большее, мы можем сострадать. Даже если мы что-то сделаем, нельзя быть уверенными, что наше действие поможет — может быть, оно только увеличит страдание.

Таким образом, я не говорю, что вы должны потерять сострадание — потеряйте только свое суждение, что человеческое страдание неправильно. И оставьте идею, что вы должны что-то делать, чтобы его исправить, потому что, как только входит делающий, теряется свидетель. Сострадание хорошо, но хороша и беспомощность. Плачьте, в слезах нет ничего плохого. Пусть придут слезы, но позвольте им быть, зная, что вы сами беспомощны и поэтому плачете. Сама идея, что мы можем что-то изменить, очень эгоистична. Эго все переворачивает вверх дном. Отбросьте эго, просто наблюдайте.

x

276. Неизменное

Всегда помните: вы не только кратковременное, но и вечное, не только меняющееся, но и неизменное.

В цветке есть две составляющие: одна, постоянно изменяющаяся, — телесная часть, форма; и другая, скрытая за формой, — бесформенное, которое неизменно. Цветы приходят и уходят, но их красота остается. Иногда она проявляется в форме, иногда снова рассеивается в бесформенное. Снова будут цветы, и красота утвердит себя. Потом цветы увянут, и красота вернется в непроявленное.

То же самое происходит с человеческими существами, с птицами, с животными — со всем сущим. В нас есть два измерения: дневная часть, в которой мы становимся проявленными, и ночная, в которой мы становимся непроявленными. Но мы вечны, мы всегда были и всегда будем. Существо — за пределами времени и за пределами перемен.

Поначалу просто помните, что это «как будто» так, но позднее вы начнете чувствовать в этом реальность.

x

277. Перемены

Мы хотим перемен, если в них нет риска, но это невозможно. Само условие — чтобы не было риска — делает перемены невозможными, потому что поставить на карту нужно все!.. Только тогда возможны перемены.

Перемены не могут быть частичными. Они или есть, или их нет — перемены бывают только всецелыми. И выбор только один: быть или не быть. Необходим прыжок, не постепенный процесс. Если вы действительно пресытились той жизнью, которой жили до сих пор, если вы действительно пресытились старыми моделями поведения, никаких трудностей не будет. Легко, очень легко измениться, если вы понимаете, что живете жизнью, в которой до сих пор не было ничего стоящего, которая ничего вам не дала, которая не позволила вам прийти к цветению.

И суть не в том, чтобы быть признанным миром. Люди могут думать, что вы достигли успеха, что у вас есть все качества, которые им хотелось бы иметь самим, но суть не в этом. Глубоко внутри вы чувствуете застой, оцепенение, будто вы уже умерли, будто что-то в вас закрылось и сжалось. Вкус жизни, ее поэзия и поток, ее песня исчезла; ее аромат рассеялся. Вы продолжаете жить, потому что должны. Что еще вам остается? Вы кажетесь жертвой обстоятельств, случайности — как марионетка, — не зная, что делаете, к чему идете, откуда пришли, кто вы такой.

Если вы действительно видите свою жизнь таким образом, измениться очень легко. Явление перемен спонтанно; по существу, не нужно даже ничего делать. Перемены приносит само это понимание. Понимание — единственная ра­дикальная революция, никакой другой не бывает.

x

278. Непривязанность

Я не сторонник отречения. Радуйтесь всему, что дает жизнь, но всегда оставайтесь свободны. Меняются ли времена, исчезают ли какие-то вещи, ничто для вас не имеет значения. Живете вы во дворце или в лачуге… Вы можете жить в блаженстве под открытым небом.

Постоянная осознанность, позволяющая человеку ни за что не цепляться, делает жизнь блаженной. Человек бесконечно радуется всему, что ему дано. В жизни всегда есть, чем наслаждаться и чему радоваться — всегда и в избытке. Но ум слишком привязан к вещам — и мы становимся слепы к празднику, двери которого всегда для нас широко открыты.

Есть история о дзэнском монахе, дзэнском мастере. Однажды ночью к нему в хижину забрался вор, но украсть там было нечего. Мастер очень расстроился: что подумает вор? Чтобы добраться до хижины из города, ему пришлось пройти, самое меньшее, четыре или пять миль, и в такую темную ночь…

У монаха было только одно одеяло, которое служило ему для всех надобностей — было ему и одеждой, и покрывалом для кровати. Он положил одеяло в углу, но вор не разглядел его в темноте, и мастеру пришлось ему сказать, чтобы он взял одеяло; мастер попросил его принять одеяло в подарок, не уходить с пустыми руками. Вор был в полной растерян­ности; он так смутился, что просто схватил одеяло и убежал.

Мастер написал стихотворение, в котором говорилось, что если бы он только мог, то подарил бы этому человеку луну. Той ночью, когда он сидел — голый — в свете луны, она доставила ему особенную радость.

Жизнь всегда нам открыта. Ее даров с избытком хватает, чтобы наслаждаться и радоваться; мы всегда получаем больше, чем можем дать.

x

279. Проблески

Начинается всегда с проблесков — и хорошо, что начинается с проблесков; если бы вдруг открылось все небо, это было бы нестерпимо резко.., невыносимо. Если реализация случится слишком внезапно, человек может сойти с ума.

Однажды вы можете быть достаточно неразумны, чтобы войти в ту или другую реализацию слишком резко, что может быть опасным, потому что вы получите разом слишком много: больше, чем сможете вобрать. Трудность — не в самой реализации; трудность в том, чтобы постепенно ее переварить и усвоить, чтобы она не оставалась пережитым опытом, но стала вашим существом. Оставаясь пережитым опытом, она кончится, как началась; она останется проблеском. Никакое переживание не может оставаться постоянным — постоянным может быть только существо.

Не жадничайте в мире внутреннего. Жадность не хороша даже во внешнем мире, во внутреннем же — очень плоха. Жадность не так опасна, когда направлена на деньги, власть или престиж. Поскольку все это пустые вещи, не имеет большого значения, жадны вы в них или нет. Но жадность в мире внутреннего, когда вы следуете пути, ведущему внутрь, может быть очень опасной. Многие люди почти сходят с ума. Свет может оказаться для глаз слишком ярким, и они слепнут.

Всегда хорошо уметь войти и выйти; пусть это будет вашим постоянным ритмом, чтобы вы никогда не выпадали из мира и никогда не тонули в мире. Мало-помалу вы осознаете, что существуете трансцендентно, параллельно миру. Весь процесс должен быть очень постепенным — как цветок, который распускается так постепенно, что нельзя даже заметить, в какой момент он расцвел.

x

280. Тело

Всегда слушайте тело. Оно говорит шепотом, оно никогда не кричит.

Только шепотом тело говорит с вами. Если вы бдительны, то сможете понять, что оно хочет сказать. Тело обладает собственной мудростью, которая гораздо глубже ума. Ум еще слишком юн и незрел. Тело существовало — без ума — тысячелетия. Ум, недавнее приобретение, еще мало знает. В самых важных делах по-прежнему распоряжается тело. Уму остаются только дела бесполезные: раздумья о философии, о Боге, аде и политике.

Итак, всегда слушайте тело и ни с кем себя не сравни­вайте. Никогда раньше не было такого человека, как вы, и никогда больше не будет. Вы абсолютно уникальны — в прошлом, настоящем и будущем… и ни у кого не можете попросить шпаргалку, никому не можете подражать.

x

281. Полярная звезда

Полярная звезда — самая постоянная, неподвижная звезда. Все постоянно движется, только эта единственная звезда остается без движения.

Любовь — это Полярная звезда. Все движется, кроме любви. Все меняется; только любовь остается постоянной. В этом изменчивом мире неизменной субстанцией остается только любовь. Все течет и меняется, все преходяще. Только любовь вечна.

Вот две вещи, которые нужно понять. Первая — любовь, потому что это единственное, что не иллюзорно. И это — единственная реальность, все остальное только снится. Если человек может стать любящим, он становится реальным. Если человек достигает полной и всеобъемлющей любви, он становится собой, становится истиной, потому что любовь — единственная истина.

И второе: пока вы движетесь, идете, помните то, что никогда не движется и не ходит, — вашу душу, вашу Полярную звезду. Вы едите, но что-то в вас никогда не ест. Вы злитесь, но что-то в вас никогда не злится. Вы делаете тысячу и одну вещь, но что-то в вас остается абсолютно вне всякого действия. Это ваша Полярная звезда. Когда идете, помните то, что никогда не ходит. Когда движетесь, помните неподвижное. Когда говорите, помните молчание. Что-то делая, помните существо.

Всегда помните то, что абсолютно постоянно, чей свет никогда не колеблется и не мерцает, чье бытие не знает перемен. Это существо, неизменное внутри вас, реально. И любовь — путь к тому, чтобы его найти.

x

282. Возвращение в центр

Если вы чувствуете своего рода колебания из стороны в сторону, не знаете, где у вас центр, это просто показывает, что вы потеряли связь с харой и должны наладить эту связь.

Вечером, прежде чем заснуть, лягте в постель, положите руки на живот, на два дюйма ниже пупка, и слегка надавите. Дышите глубоко, и вы почувствуете, что точка центра поднимается и опускается с дыханием. Чувствуйте, что в центре собирается вся ваша энергия, и вы сжимаетесь, сжимаетесь и сжимаетесь, пока не остаетесь существовать как очень концентрированная энергия в этой маленькой точке цен­тра. Продолжайте десять-пятнадцать минут, потом усните. Если вы уснете во время медитации, будет хорошо. Тогда центрированность сохранится на всю ночь. Снова и снова бессознательное сможет приходить в центр и уравновешиваться. И всю ночь, сами того не зная, вы будете сохранять множество глубоких связей с центром.

Утром, как только вы почувствовали, что сон прошел, не открывайте глаз сразу. Снова положите руки на живот, на два дюйма ниже пупка, слегка нажмите и начните глубоко дышать; снова чувствуйте хару ­ десять или пятнадцать минут, прежде чем встать. Продолжайте каждый вечер, каждое утро. Через три месяца вы начнете чувствовать центр.

x

283. Освобождение от обусловленности

Любовь освобождает от обусловленности. Любовь просто отнимает у вас старые модели поведения — и не дает новых.

Почти всегда бывает так, что в любви люди становятся как дети — потому что любовь принимает. Она ничего не требует. Она не говорит: «Будь таким-то и таким-то». Любовь говорит только: «Будь собой. Ты хорош как есть. Ты красив как есть». Любовь вас принимает. Вдруг вы начинаете отбрасывать все свои «так надо», идеалы, личностные структуры. Как змея, вы сбрасываете старую кожу и снова становитесь ребенком. Любовь приносит юность.

Чем больше вы любите, тем остаетесь моложе. Без любви вы начинаете стареть, потому что, не любя, вы теряете связь с самим собой. Любовь просто значит найти связь с самим собой при помощи кого-то другого — того, кто вас принимает, того, кто, как зеркало, отражает вас таким, какой вы есть.

Любовь может быть хорошей ситуацией, чтобы отбросить всю обусловленность. Любовь освобождает от обусловленности. Любовь просто отнимает у вас старые модели поведения и не дает новых. А если любовь дает новую модель поведения — это не любовь, это политика.

x

284. Чувство чудесного

Знание разрушает чувство чудесного и удивительного. Чувство чудесного — одно из самых ценных в жизни свойств, и знание его разрушает. Чем больше вы знаете, тем меньше становится чувство чудесного, а чем меньше чувство чудесного, тем меньше значит для вас жизнь.

Жизнь не приводит вас в восторг. Вы ничему не удивляетесь — вы все принимаете как должное. Невинное сердце всегда трепещет перед чудом мира — как маленький ребенок, собира­ющий на берегу раковины и цветные камешки или бегающий по саду за бабочками — для него все удивительно. Как раз поэтому дети задают столько вопросов.

Если когда-нибудь утром вы пойдете погулять с ребенком, то выбьетесь из сил, потому что ребенок будет задавать бесконечные вопросы — вопросы, на которые нельзя ответить: «Почему деревья зеленые? Почему роза красная?» Но почему ребенок спрашивает? Его привлекает тайна Ему все интересно. Английское слово interest, «интерес», происходит от корня inter-esse, который значит «вовлеченность», «участие». Ребенок увлеченно участвует во всем происходящем.

Чем более знающими вы становитесь, тем меньше и меньше участвуете в жизни. Вы просто проходите мимо — вас не интересует корова, собака, роза, куст, солнце и птица; вам нет до них дела. Ваш ум сужен в узкую щель; вы просто идете из дома на работу или с работы домой. Вы только хотите денег — или власти — больше и больше, вот и все. Но в жизни, во всей ее многомерности, вы стали посторонним. Чувство чудесного означает живую связь со всем сущим, непрекращающуюся восприимчивость.

x

285. Когда угодно, где угодно

Медитация не имеет никакого отношения к времени или месту; скорее, она имеет отношение к вам, к вашему внутреннему состоянию. Когда вы свободны от повседневных забот и у вас есть время, расслабьтесь и позвольте ей случиться. Она может случиться где угодно, когда угодно, потому что она вне времени и вне пространства.

Правильная медитация не знает никаких ограничений, и постепенно, со временем поток становится более и более сознательным — теперь, что бы вы ни делали, действие остается на поверхности; глубоко внутри река продолжает течь. Даже посреди рыночной площади, среди шума и сутолоки, вы совершенно безмолвны. Даже если вас оскорбляют, унижают, пытаются задеть, глубоко внутри сохраняется спокойствие; остается что-то, ничем не затрагиваемое. Даже когда вас окружает тысяча и один повод отвлечься, ничто не отвлекается в центре. Но такую медитацию нельзя устроить посредством ума; ее можно позволить только в сердце.

Этот самый миг и есть медитация — вот она! Вы ничего не сделали для того, чтобы она случилась; она случилась сама собой. В этот миг нет времени. В этот миг вы перенесены в другой мир. В этот миг вы можете почувствовать такое спокойствие, такую безмятежность — будто парите вне пределов всего.

x

286. Избыточное общение

На девяносто девять процентов человеческая деятельность совершенно бесполезна и, более того, даже вредна. Когда ищете общения, встречаетесь с людьми, обмениваетесь фразами, поддерживаете разговор — почти все это вздор. И хорошо, что все это отпадает; когда человек становится немного бдительнее, это отпадает!

Можете себе представить, что у вас высокая температура — сорок градусов— и вы кричите и мечетесь в постели. Потом жар спадает, температура становится нормальной, тридцать шесть и шесть , — и вдруг вам кажется, что жизнь кончилась, потому что вы больше не мечетесь, не кричите, что кровать летает по небу и вас обступают призраки. Вы больше не бредите. Конечно, теперь жизнь может показаться немного тусклой: раньше вокруг вас было столько народу, вы летали по небу и разговаривали с богами, а теперь все кончилось, и вы всего лишь здоровы!

То же самое происходит, когда отпадает потребность в непрерывном общении: бред проходит — вы выздоравливаете. Вместо того чтобы целыми днями проводить время в бесполезных толках и пересудах, вы приобретаете в общении телеграфическую лаконичность. Может быть, вы говорите мало — становитесь немногословны, но эти немногие слова будут осмысленны. Теперь сохранятся только настоящие отношения, стоящие.

Человеку не нужно, чтобы вокруг него была толпа. Достаточно немногих глубоких, близких отношений; они приносят настоящую удовлетворенность. По существу, люди завязывают множество отношений как раз потому, что лишены в отношениях близости и глубины — нужен заменитель. Но для подлинной близости не может быть никакого заменителя. Даже если у вас будет тысяча друзей, они не заменят одного настоящего друга. Но люди пытаются: они думают, что количество может стать заменителем качества, — чего не бывает, что невозможно.

x

287. Позволение

Когда человек узнает позволение, жизнь впервые начинает случаться сама. Мы напрасно боремся, чтобы чего-то достичь; по существу, преградой становятся сами наши попытки.

Жизнь случается сама — ее нельзя достичь. Чем более человек к ней стремится, тем меньше ее получает. Не нужно идти к ней; она приходит сама. Все, что нужно, это состояние полной восприимчивости, открытости. Нужно пригласить жизнь в гости. За жизнью не нужно гоняться. Погоня приносит страдание; чем больше вы гонитесь, тем дальше она отступает.

А жизнь содержит все. Она содержит Бога, она содержит блаженство, она содержит благословение, она содержит красоту, добро, истину — или придумайте какое угодно название; она содержит все, и нет ничего, кроме жизни. Жизнью называется совокупность всего сущего.

Нужно научиться быть в терпеливом расслаблении, и тогда вершится чудо из чудес: однажды, когда вы в глубоком расслаблении, вдруг что-то меняется. Пелена спадает, и вы видите вещи такими, как есть. Глаза, слишком затуманенные желаниями, ожиданиями, стремлениями… — застилаемые пылью желания, — не могут видеть истины. Всякие поиски тщетны. Всякие поиски, вольно или невольно, порождаются умом. Быть в неищущем состоянии — великий момент трансформации.

Все медитационные техники только готовят этот момент. Это не настоящие медитации, только подготовка, чтобы однажды вы могли просто сидеть, ничего не делая, ниче­го не желая.

x

288. Проводник

Каждая река впадает в океан — без всякого проводника, без всякой карты. Мы тоже могли бы достичь океана, но по пути мы отвлекаемся и теряемся.

Проводника, мастера не нужно, чтобы привести вас к океану, — это может случиться само — мастер нужен, чтобы помочь сохранить бдительность и не заблудиться по дороге, потому что вам встретится тысяча и один соблазн.

Река движется и движется; она течет мимо красивого дерева; она радуется дереву и движется дальше; она не привязывается к дереву, иначе всякое движение прекратится. На пути ей встречается красивая гора, но она течет дальше, признательная, бесконечно благодарная горе за радость, которую принесла эта встреча, за возникшую в ней песню, за танец. Река благодарна, безусловно благодарна, но совершенно не привязана. Она продолжает двигаться; ее течение не останавливается.

Беда человеческого сознания в том, что вам встречается красивое дерево, и вы хотите сделать его своим домом; вы больше не хотите никуда двигаться. Вам встречаются красивые мужчина или женщина, и вы становитесь привязаны. Мастер нужен для того, чтобы снова и снова напоминать: не будьте привязаны. Я не говорю, что ничему не нужно радоваться. Напротив — если вы привязаны, то не сможете радоваться; радоваться можно, только оставаясь непривязанным, ничем не скованным.

x

289. Особые моменты

Когда вы счастливы, когда вы любите, когда вы в радости и равновесии — это особые моменты, когда дверь совсем рядом. Стоит только постучать.

Почти всегда бывает, что, когда люди несчастны, встревоже­ны, напряжены и нервны, они пытаются медитировать — но тогда войти в медитацию трудно. Когда вам больно или грустно, когда вы расстроены или рассержены, вы думаете о медитации, но теперь войти в нее будет трудно — почти как плыть против течения.

Когда вы счастливы, когда вы любите, когда вы в радости и равновесии — это особые моменты, когда дверь совсем рядом. Стоит только постучать. Однажды утром — без всякой видимой причины — вдруг вы чувствуете, что вам хорошо. Наверное, что-то случилось глубоко в бессознательном. Наверное, что-то возникло между вами и космосом: некая гармония — может быть, ночью, в глубоком сне. Утром вам хорошо; не тратьте это время даром. Всего несколько минут медитации сейчас будут стоить больше, чем несколько дней, когда вы несчастны.

Или, может быть, однажды вечером вы лежите в постели и вдруг чувствуете себя хорошо и спокойно… уютная атмосфера, теплая постель… побудьте в этом хотя бы несколько ми­нут, не упускайте этот момент. Есть некая гармония — воспользуйтесь ею, дайте ей себя нести, и на ее волне вы продвинетесь дальше, чем смогли бы своими силами. Научитесь пользоваться этими счастливыми моментами.

x

290. Единство

Деление на внешнее и внутреннее ложно, как и всякое деление на категории. Деление небесполезно — вряд ли можно было бы говорить без слов. Но рано или поздно приходит понимание, что есть только одно — одно, в котором нет внешнего и внутреннею. Одно едино, и вы едины с ним.

В этом единстве состоит смысл сутры Упанишад: Таттва-маси Светакету — «Другое суть Ты». Под «Другим» подразумевается внешнее, под «Ты» подразумевается внутреннее; они взаимосвязаны. «Другое» превращается в «Ты», «Ты» превращается в «Другое», и вдруг — никакого разде­ления нет.

Разделения действительно нет — смерть есть жизнь, жизнь есть смерть. Все деления на категории существуют только из-за неспособности ума видеть единство противоречивого. Из-за самой своей логики ум не может видеть, как что-то одно может быть одновременно собой и себе противоположным. Ум мыслит в терминах взаимоисключения, он говорит: или одно, или другое. А жизнь есть одно и другое вместе, существование есть одно и другое вместе — и до такой степени, что неправильно даже говорить о существовании как об «одном и другом», как о двух вещах: оно безмерно едино.

x

291. Маски

Делайте что угодно, но будьте сознательны. Если вы носите маску, носите ее и знайте, что вы ее носите — носите ее сознательно, не механически.

Если, когда у вас плохое настроение, к вам кто-то придет, и вы останетесь в плохом настроении, испортится настроение и у него. А он этого не заслужил, он ничего вам не сделал — зачем напрасно портить ему настроение? Улыбнитесь, поддержите разговор, даже пересиливая себя, — но все время помните, что это только маска. Когда друг уйдет, вам снова станет грустно. Вы только исполнили социальную формальность. Если вы прибегаете к ней сознательно, в ней нет ничего плохого.

Если вы страдаете от какой-то раны, необязательно ходить и всем ее показывать; ваша рана никого не касается. Зачем из-за нее создавать в умах окружающих страдание? Зачем быть эксгибиционистом? Рана есть рана. Уделите ей внимание, позаботьтесь о ней, попытайтесь ее исцелить. Покажите ее врачу, но необязательно показывать ее каждому встречному на дороге. Только будьте с ней сознательны сами.

Человеку часто приходится надевать маски — они служат смазочным материалом. Представьте: кто-то подходит и спрашивает, как у вас дела, и вы начинаете рассказывать обо всех своих несчастьях. Вас об этом не спрашивали; с вами просто поздоровались, а теперь целый час приходится вас слушать… Кто угодно выйдет из терпения! В следующий раз с вами даже здороваться не будут, от вас будут прятаться!

В жизни много необходимых формальностей, потому что вы не одни на свете; и если не соблюдать формальных предписаний, принятых в обществе, вы только создадите себе страдание, ничего больше.

x

292. Способность удивляться

Все, что красиво и истинно, всегда приходит неожиданно, поэтому сохраняйте способность удивляться неожиданному — это одно из величайших благословений жизни.

Как только вы теряете способность удивляться, вы мертвы. Если что-то может вас удивить, значит, вы еще живы. И чем больше вы удивляетесь, тем более живы. Именно поэтому дети такие живые — они удивляются любой мелочи. Они удивляются самым невероятным вещам: ничем не замечательному дереву, или птице, или собаке, или кошке, или камешку на морском берегу. И удивляются больше, чем удивились бы вы, если бы нашли самый красивый в мире бриллиант — Кохинор. Вы даже тогда не удивитесь! Но для детей, благодаря способности удивляться, каждый камешек становится бриллиантом. Если вы не удивляетесь, даже бриллиант становится обычным камешком.

В жизни содержится столько же смысла, сколько в вас — способности удивляться, и насколько в вас глубоко чувство чудесного. Поэтому всегда оставайтесь открыты. Напоминайте себе как можно чаще, что жизнь безбрежна. Она продолжается без конца; ее процесс нескончаем — бесконечное путешествие, в котором каждый миг нов, в котором каждый миг первозданен. Когда я говорю: каждый миг первозданен, — я хочу сказать, что каждый миг вновь отбрасывает вас к первозданному источнику, каждый миг снова делает вас ребенком.

x

293. Непознаваемое

Ум есть познаное; медитация есть проникновение в непознанное; божественность есть непознаваемое… – как линия горизонта, очерчивающая границу непознанного. Чем ближе вы подступаете, тем она становится дальше. Она всегда как радуга: ее нельзя поймать руками.

Можно пытаться достичь непознаваемое – и нужно приложить все усилия к тому, чтобы его достичь, — но оно всегда будет оставаться недостижимым.

Бог непознаваем – и благодаря тому, что существует непознаваемое, жизнь безмерно красива. Благодаря тому, что существует невозможное, жизнь прекращается в нескончаемое приключение и наполняет живущего трепетом первооткрывателя. Когда что угодно становится познанным и возможным, теряется всякий смысл. Поэтому на Западе жизнь обессмысливается более, чем на Востоке. Из-за того, что наука делает вас все более знающим – из-за пыли, которой осыпает вас наука, — способность удивляться становится меньше и меньше. Вы почти потеряли чувствительность к непознаваемому. Единственная ваша могила, единственная ваша смерть – думать, что все познано. Всегда оставайтесь открыты непознанному и непознаваемому.

x

294. Критический голос

…Этот критический голос — не ваш собственный. Когда-то в детстве отец вам сказал: «Не делай то-то и то-то», — мать сказала: «Не делай то-то и то-то». Все, что вы хотели делать, всегда оказывалось плохо, а от вас хотели «хорошего» — того, что вы делать не хотели.

Вы попали в заколдованный круг: вы знаете, что делать «правильно», но не хотите этого делать, а если все-таки делаете, то только из чувства долга, и тогда нет никакой радости, и вы чувствуете, что разрушаете себя, что теряете жизнь попусту. Если же вы делаете то, что на самом деле хотите, то чувствуете себя виноватым, чувствуете, что поступаете плохо. Стало быть, нужно просто избавиться от родителей, вот и все — и это очень просто, потому что теперь вы выросли и родителей рядом нет; их голоса звучат только у вас в уме.

Я не говорю, что вы должны пойти и убить родителей — я хочу сказать, что нужно убить этот пережиток прошлого. Вы больше не ребенок — признайте этот факт. Возьмите ответственность в свои руки; ваша жизнь принадлежит вам. Делайте, что хотите, и никогда не делайте того, чего не хоти­те. Если вам придется за это страдать, страдайте. За все нужно платить свою цену; в жизни ничто не дается даром.

Если вы чем-то наслаждаетесь, а весь мир это осуждает — ну и пусть, прекрасно! Примите последствия; дело того стоит. Если вам что-то не нравится, а весь мир считает это чудесным, все равно для вас это бессмысленно, потому что вы никогда не сможете наслаждаться жизнью. Ваша жизнь принадлежит вам, и — как знать?…завтра, может быть, вы умрете — наслаждайтесь жизнью, пока вы живы! Ваша жизнь никого не касается: ни родителей, ни общества — во­обще никого. Ваша жизнь принадлежит только вам.

x

295. Бег

Длинные пробежки, если вы сможете ими заниматься, будут прекрасной медитацией. Ходьба, бег или плавание — что угодно, во что вы вовлекаетесь целиком, — очень хороши.

Остается только действие, и вас нет, потому что эго не может продолжаться: когда вы бежите, на самом деле существует только сам бег, не остается бегущего. А это и есть медитация.

Если есть только танец и нет танцора, это медитация. Если вы рисуете, и есть только рисование, нет рисующего, значит, это медитация. Любое действие, которое забирает вас целиком и в котором нет разделения между делающим и делаемым, становится медитацией.

x

296. Техника

Действует любовь; техника служит только предлогом. Действует терапевт, не терапия.

Иногда, рядом с каким-то человеком — как, например, Фриц Перлз, основатель гештальт-терапии, — что-то начинает получаться. Действует не гештальт, действует личность этого человека: его огромная смелость, его огромное сострадание. Он пытается помочь; он пытается донести свое открытие до других.

Но наши логические умы говорят, что, должно быть, помогает гештальт-терапия; подобное заблуждение царило во все века. Помогает не христианство, помогает Христос. Не буддизм — Будда: две с половиной тысячи лет люди думают, что помогает буддизм, тогда как на самом деле помога­ет Будда. Если бы Будда сказал что-нибудь другое, помогало бы и другое. Если бы даже он сказал противоположное тому, что им было сказано, помогало бы и противоположное. Помогает жизненная сила этого человека, его сострадание, его любовь и понимание.

Но наши умы тут же хватаются за технику — за поверхностное. Теперь важным становится поверхностное, а существенное мы упускаем из виду. С существенным же все не так просто: ему нельзя научить; научить можно только несущественному. Так нельзя «научить Фрицу Перлзу» — можно научить только гештальту. А Фриц Перлз случается лишь однажды, в свое время; таким вещам научить невозможно! Но общество хочет чего-то определенного и начинает учить — хотя учить можно только несущественному.

Всякое учение оборачивается против своего основателя, потому что основатель несет существенное, учение же передает несущественное.

x

297. Побег из тюрьмы

Может быть, я ошибаюсь. Может быть, на самом деле я не освободился из тюрьмы, а только притворяюсь. А может быть даже, я и есть сам тюремщик! Никто не может быть уверенным. Поэтому ставку нужно делать вслепую; вопрос в доверии. Доверие всегда ставит вслепую.

Если вы решите бросить курить, оставите свое решение при себе и никому не скажете, девяносто девять шансов из ста за то, что вы будете продолжать. Предположим, кто-то другой решит бросить курить и скажет друзьям. Вероятность того, что он все же не бросит, — девяносто процентов. Есть третья возможность: что он вступит в общество некурящих, где никто не курит. Теперь шансов, что он бросит курить, девяносто девять из ста.

Гурджиев часто говорил, что если вы хотите что-то сделать, найдите себе несколько друзей и действуйте сообща. О вас можно сказать, что вы в тюрьме; вы хотите бежать, но бежать в одиночку очень трудно. Если вам удастся собрать группу заговорщиков, будет немного легче: вместе вы сможете убить тюремщика, что в одиночку очень трудно. Вместе вы сможете проделать отверстие в стене, что в одиночку очень трудно. Не исключено все же, что вы не добьетесь желаемого, потому что ваша группа останется небольшой кучкой беспомощных заключенных. Силы, управляющие тюрьмой, превосходят ваши.

Лучше всего установить связь с кем-то, кто уже снаружи, кто уже вне стен тюрьмы, кто уже свободен, кто сможет снабдить вас всем необходимым, дать вам карту, подкупить охрану… позвать тюремщика на пикник.

x

298. Ритм тела

Очень важно понять ритм своего тела. Его нельзя изменить. У каждого он устанавливается в момент рождения.

Наблюдайте свой ритм. Если вам хочется ложиться спать рано, ложитесь рано и рано вставайте по утрам. И как только вы установите, какой распорядок вам подходит, лучше следовать ему регулярно. Если получается, следуйте порядку регулярно; если когда-нибудь не получится, ничего страшного, но не допускайте, чтобы отклонение входило в норму.

Сейчас в этой области проводится много исследований; кажется, изменить ритм тела невозможно. Программа заложена в тело на клеточном уровне. Например, некоторые птицы засыпают, когда садится солнце. Один раз таких птиц поместили в искусственные помещения и попытались обмануты, когда снаружи была ночь, в помещениях было светло, а когда снаружи был день, в помещениях была ночь. Птицы оставались в этих условиях много месяцев. Они стали невротичными — стали убивать себя, убивать друг друга, — но изменить ритм тела не удалось. Они спали, пока в помещении был день, и просыпались в темноте. И конечно, птицам было странно не спать ночью — им было не по себе, им становилось жутко, и это  стало сказываться на их организме.

Таким образом, просто следуйте своему ритму.

x

299. Тень

Никто не может убить эго, потому что эго нет; оно как тень — нельзя убить тень.

Даже бороться с тенью глупо, вы обречены на поражение — не потому, что тень очень сильна, а потому, что тени нет! Если вы начнете бороться с тенью, как вы можете победить? Ее не существует — и точно так же не существует эго.

Эго — тень существа. Точно так, как тело отбрасывает тень, существо отбрасывает тень эго. Нельзя с ним бороться, нельзя его убить… по существу, само желание убивать исходит из эго.

Можно только понять. Если вы хотите убить тень, внесите свет, и тень исчезнет; внесите больше осознанности, и эго исчезнет.

x

300. Главный ключ

Тотальное принятие — это ключ, главный ключ, который отпирает все двери.

Нет такого замка, который нельзя было бы отпереть ключом принятия. Ключ подходит ко всем замкам: как только вы что-то принимаете, в вашем существе начинается трансформация, потому что теперь в нем больше нет внутреннего противоборства. Вы не разделены надвое. В принятии вы слились воедино, вы стали одним целым.

Помните, что вы, во всей своей сложности, одно целое, и это единое и сложное целое красиво. Желания красивы. Страсть красива — если вы ее принимаете, она становится состраданием. Если вы принимаете желания, постепенно вы увидите, что та же самая энергия становится свободной от желаний. Энергия, ранее направляемая в желания, осталась прежней. Когда вы принимаете желания, постепенно вы расслабляетесь, и течение энергии становится более естественным. Вы начинаете видеть вещи такими, как есть. Вы не увлекаетесь слишком одним или другим желанием. Вы их приняли; теперь ничто не мешает.

Все, что вы называете желанием, станет свободой от желаний. Сейчас оно как каменный уголь; его можно превратить в бриллиант, оно может стать драгоценностью. Только представьте себе человека, у которого нет желаний — он был бы бессилен! Вообще говоря, он не был бы даже живым — как можно быть живым без желаний? Таким образом, свобода от желаний не отрицательна, но бесконечно положительна: величайшая кульминация всех желаний. Когда желания познаны, поняты, пережиты и прожиты — вы вышли за их пределы. Вы стали взрослым.

x

301. Родители

Всегда хорошо прийти к пониманию со своими родителями.

Гурджиев говорил: «Пока вы не научитесь ладить с родителями, вы ничего не добьетесь в жизни». Пока между вами и родителями сохраняется гнев, вам всегда будет немного не по себе. Где бы вы ни были, вы будете чувствовать себя немного виноватым. Вы никогда не сможете простить и забыть. Родители не просто случайные знакомые — из них вы появились на свет; вы их часть, ветвь их дерева. Вы все еще в них укоренены.

Когда родители умирают, что-то очень глубоко укорененное умирает в вас. Когда родители умирают, вы впервые чувствуете, что остались одни, остались без корней. И пока они живы, сделайте все возможное для взаимопонимания, чтобы вы могли общаться с ними, а они могли общаться с вами. Тогда все будет улажено, и все счета закрыты, и когда они покинут мир — а однажды они его покинут — вы не будете чувствовать вины, не будете раскаиваться. Вы будете знать, что все улажено. Они были довольны вами; вы были довольны ими.

x

302. Реинкарнация

Восточная концепция реинкарнации прекрасна. Суть не в том, верна она или нет. Она дает очень расслабленный подход к жизни — вот что ценнее всего.

На Западе слишком много спешки из-за христианской концепции одной жизни: со смертью вы исчезнете и никогда не сможете вернуться. Эта идея преломилась в умах людей совершенно сумасшедшим образом: каждый торопится и бежит, чтобы успеть.

Никто не беспокоится, куда бежит; люди думают только о том, чтобы бежать как можно быстрее, ни о чем больше. Никто ничем не наслаждается — как можно наслаждаться при такой спешке? Жизнь превратилась в серию столкновений на скоростной трассе.

Чтобы наслаждаться, нужно состояние глубокого расслабления. Чтобы наслаждаться жизнью, нужна вечность. Можно ли наслаждаться, если так скоро придет смерть? Человек пытается успеть как можно больше, но в самих этих попытках теряет покой, а без покоя нет наслаждения. Радоваться чему-то можно, только медленно его смакуя. Когда у вас достаточно времени, чтобы терять время даром — только тогда можно чему-то радоваться!

Восточная концепция реинкарнации прекрасна. Суть не в том, верна она или нет. Она дает очень расслабленный подход к жизни — вот что ценнее всего. Меня не волнует метафизика. Может быть, концепция реинкарнации верна, может быть, нет, на суть совсем не в этом. Для меня это несущественно. Суть в том, что эта концепция предлагает вам прекрасную опорную точку.

x

303. История

История так уродлива! Человек еще не достиг уровня развития, с которого должна начинаться история. До сих пор история была похожа на сплошной кошмарный сон.

Человечеству пока нечего написать о себе, за исключением очень немногих случаев: где-то Будда, где-то Иисус — как дальние и рассеянные звезды…

Человечество живет среди насилия, войн и безумия, и хорошо бы было — в определенном смысле — забыть прошлое. Прошлое так тяжело, что знание его не приносит пользы. Напротив, оно развращает ум. Если посмотреть на прошлое, начинает казаться, что человечество не способно к росту. Начинает казаться, что надеяться ему вообще не на что.

История еще не стоит того, чтобы ее записывали или читали. И сам интерес к истории не хорош. История занимается прошлым. История занимается мертвым. История занимается тем, чего больше нет. Весь интерес должен быть к тому, что существует сейчас, в этот самый момент.

Забудьте не только историю, забудьте также собственную биографию и каждое утро начинайте так, будто день совершенно новый, будто вас никогда раньше не было. В этом вся медитация: начинать каждый миг заново, свежим, как роса, ничего не зная о прошлом. Когда вы ничего не знаете о прошлом и ничего из него не несете, вы не проецируете будущего. Вам нечего проецировать. Когда прошлое исчезает, исчезает и будущее. Одно связано с другим. Теперь остается чистое настоящее, остается чистая вечность.

x

304. Корни

Если вы укоренены в любви, в вас есть корни. Других корней не бывает.

У вас могут быть деньги, у вас может быть дом, у вас может быть социальная защищенность, у вас может быть счет в банке; ничто из этого не даст вам укорененности. Это только заменители, бедные заменители любви. Они могут даже принести больше тревог, потому что, как только вы оказываетесь в физической безопасности — будь то посредством денег или социального статуса — у вас появляется множество страхов, так как эти вещи у вас можно отнять. Или вы начинаете беспокоиться о том, чтобы иметь больше и больше, потому что неудовлетворенность ума не знает пределов… Тогда как в основе всего лежала потребность иметь корни.

Любовь — вот почва, в которой человек нуждается, чтобы пустить корни. Точно так, как деревья укоренены в земле, человеческие существа укоренены в любви. Наши корни невидимы, и ничто видимое не поможет… Деньги вполне видимы, дом вполне видим, социальное положение вполне видимо. Но нам, деревьям с невидимыми корнями, нужно будет найти некую невидимую почву — назовите ее любовью, назовите ее божественностью, назовите ее молитвой… нечто подобное: невидимое, неосязаемое, неуловимое, таинственное. Нечто такое, что нельзя поймать и взять в руки — напротив: нужно будет позволить ему поймать и взять в руки себя.

x

305. Посвящение

Жизнь должна быть чему-то посвящена — только тогда есть смысл. Смысл приходит из посвящения; и чем выше предмет, которому вы посвящаете жизнь, тем больше в ней будет смысла.

Есть люди, которые посвящают себя стране — родине, отчизне. Быть преданным стране — очень мелко, и к тому же глупо: эту преданность начнет эксплуатировать какой-нибудь Адольф Гитлер.

Есть люди, которые посвящают себя церкви — индуизму, христианству, исламу. Такое посвящение лучше, чем в первом случае — но все же в нем присутствует некий догмат, вероучение: нечто придуманное человеком, и это нечто лежит в основе всех человеческих раздоров. Один становится христианином, другой индуистом, они расходятся во взглядах, и возникает борьба, насилие — и ирония в том, что насилие совершается во имя любви!

Никогда не посвящайте себя ничему, что разделяет людей.

x

306. Наполненная пустота

Одной рукой создавайте пустоту, другой — наполненность, чтобы, когда вы станете совершенно пусты, в вашу пустоту могла войти наполненность.

Иногда бывает так, что человек до болезненности привыкает к одному роду медитации. Это привыкание ведет к определенному оскудению. Вы должны впускать в себя многие измерения. Возьмите хотя бы две медитации: одну не актив­ную и одну активную. Это основное условие; иначе личность становится однобокой.

В наблюдении весь процесс пассивен. Делать ничего не нужно. Это не действие; это своего рода недействие. Это буддистская медитация — очень хорошая, но неполная. И буддисты стали очень однобокими. Они стали тихими и спокойными, но что-то потеряли — то, что я называю блаженством.

Мировоззрение буддизма — одно из самых красивых мировоззрений, но оно не полно. Чего-то недостает. В нем нет мистицизма, нет поэзии, нет романтики; почти голая математика — геометрия души, не поэзия души. А пока вы не знаете танца в медитации, не довольствуйтесь достигнутым. Будьте в молчании, но используйте молчание как путь к блаженству.

Выбирайте техники медитации, включающие танец, включающие пение, музыку, чтобы одновременно с молчанием в вас росла способность наслаждаться, радоваться.

x

307. Границы

Любовь требует, чтобы были отброшены территориальные границы. Эта очерчивающая нас невидимая линия должна исчезнуть, поэтому становится страшно — страх приходит из нашего животного наследия. Именно поэтому, будучи в любящем состоянии ума, вы выходите за пределы животного наследия. Впервые вы становитесь человеческим существом — человеческим в полной мере.

Если вы действительно хотите, чтобы ваша жизнь была полной, богатой, бесконечно яркой, нет ничего другого, кроме как отбросить границы. Единственный путь к такой жизни — больше и больше смешиваться с людьми. Позвольте, чтобы больше и больше людей вторгалось в ваше существо, позвольте, чтобы больше и больше людей входило в вас

Люди могут причинить боль — что вызывает страх — но этот риск необходим. Дело того стоит. Если вы всю жизнь защищаете себя и никому не позволяете к себе приближаться, какой смысл вообще быть живым? Вы станете мертв